Чтение онлайн

Хотя с годами юношеская восторженность и смиренное преклонение перед школьными героями и дворовыми кумирами имеет обыкновение сходить на нет по мере продвижения по службе или по жизни, но что-то все-таки остается. И сублейтенант Ван Чанг слишком ценил дорогие его сердцу кадетские воспоминания, чтобы самый большой естественный спутник планеты Экспарадиз, где занял позиции его взвод, не назвать в рабочем порядке Дугл, прозрачно в честь Дага Хампера, несомненно, рассчитывая угодить и потрафить начальнику штаба спецгруппы.

Центральный ментатор фрегата, аппаратно и программно не обладавший человеческими эмоциями, естественно, не имел ничего против карьерных соображений командира взвода "В" (принято и зафиксировано протокольно) и потому вскоре передал ему рутинное текстовое распоряжение от имени майора Тотума, как положено, заняться подробным топографическим обследованием естественного спутника Дугл.

Кто скажет, что картография и космодезия не могут увековечить память о властях, вождях и предводителях народов, тот не имеет ни малейшего понятия, кто и как реально-виртуально командует парадом планет и звездных систем во Вселенной.

На луне Дугл взвод Чанга в составе 36 рейнджеров, а также приданных средств усиления расположился с максимальными военными удобствами и активно-пассивными системами наблюдения за окружающим пространством по всем азимутам. Автономные топографические макросенсоры, не видимые для гравиоптики вероятного противника, если даже таковая и была где-нибудь вдалеке, поползли на антигравах над пыльным ландшафтом, изрытом обширными лунными цирками, мелкими и крупными кратерами. Съемка велась тщательно и без пропусков.

Не менее педантично относился к своим обязанностям и субалтерн-лейтенант Чанг, первый раз в жизни назначенный командовать взводом на правах отдельной спецгруппы — фельд-плутонга, поскольку так в конце концов распорядился майор Тотум, тем самым ставший командиром целого фельд-кампамента. Дабы не посрамить высокого доверия, субалтерн-лейтенант Чанг лично вникал во все подробности и детали службы, а потому не мог не заметить на одной из съемочных записей-кроки люк воздушного шлюза, ведущего в сооружение, расположенное под лунной поверхностью.

— Ого-го-го, находка как раз для нашего Хампера! Моими молитвами, хо-хо. Спасибо Создателю, — сотворил двуперстное благодетельное знамение бесконечности сублейтенант Чанг и отправил анкер-болид на КНП вниз, на Экспарадиз.

… Ух-ху-ху, здорово быть командиром. Во всякой лейтенантской малости есть многая толика большой карьеры, достопочтенные милорды…

Боевой устав рейнджеров дает много прав командиру фельд-плутонга, в том числе в случае чего и на экстренную прямую связь с командованием. Служебная необходимость сделать что-то приятное недреманному оку начальства обрела насущность, и субалтерн-лейтенант Ван Чанг нуль-переходом вызвал начальника экспедиционного штаба первого лейтенанта Дага Хампер, каковой не замедлил появиться в живом весе на одноименном спутнике.

— Рад вас видеть живыми, братья рейнджеры. Благодарю за лунную номинацию, — не стал отдавать дань ложной скромности Даг Хампер, никогда не пренебрегавший знаками внимания и почитания сослуживцев. — Давайте показывайте, что существенного вы тут обнаружили, субалтерн-лейтенант Чанг.

— Пожалуйста, первый лейтенант Хампер, сэр, вот ваш монорепер, извольте прямо на место.

Во все миссии Даг Хампер всегда брал с собой универсальное устройство считывания информации с древних носителей памяти. Он даже мог снимать цифровые данные с музейных фрагментов античных лазерных дисков на поликарбамидной основе. В палеографических источниках ему встречались упоминания о некогда бытовавших гибких лавсановых дискетах с ферромагнитной памятью, но такие реликты его аппаратуре, увы, были не по зубам. Впрочем, дискеты остались в безвозвратном прошлом в бытность кремневой протокомпьютерной эпохи, и с другими версиями твердотельной кристаллической или деаморфной памяти не столь почтенного возраста, включая стародавние биотронные ДНК-носители лейтенант Хампер управлялся наилучшим образом.

Начальник штаба Хампер остался весьма доволен распорядительной исправностью субалтерна Чанга, а еще больше информацией, какую удалось обнаружить на лунной базе колонистов, очевидно, избежавших экогуманистического безумия и маразма.

… Какое-никакое, но все же присутствие архаичной индустриализации в ближнем космосе. Бывает же! Говорил давеча на семинаре такие благоглупости, а угадал, точно в колодец глянул. И в лужу не пукнул…

Именно так, с научной точки зрения, о себе самом подумал Хампер, когда с неоценимой (молодец, парень!) помощью Чанга ему удалось без серьезных физических повреждений вскрыть драгоценную реликтовую память гибридного биоквантового вычислителя.

— Жаль, не могу взять вас с собой, коллега Чанг, в разведрейд на антарктический архипелаг.

— Мысленно я буду с вами, первый лейтенант Хампер, сэр. Могу поддержать сверху огнем и маневром, если в нужное время окажусь над вами.

— Почему бы и нет, сублейтенант Чанг? Рейнджер везде пройдет во взаимодействии с братьями или, хм, с сестрами, когда придется. Ладно, хвастайтесь дальше налаженным хозяйством, сэр лейтенант, сэр…

Как велят уставы и регуляции, Даг Хампер, коль выпал такой момент, взялся не мимоходом, а вдумчиво проинспектировать несение службы подразделением, находящимся на боевых позициях. Не остались без его внимания и системы наблюдения. Бесстрастная невозмутимость генерального инспектора, не желающего, чтобы трепетные подчиненные как-нибудь догадались об истинных чувствах проверяющего, едва не покинула Дага Хампера, когда он строго вопросил:

— А что это у нас, дорогие леди и джентльмены, болтается, хм-м, как неприличное слово, в районе Сиксты, притом на умалишенной субсветовой скорости?

Проверяющему положено быть хмурым и загадочным, озадачивая инспектируемых кажущимся незнанием элементарных вещей. Посему сублейтенант Чанг почтительно ответствовал начальству:

— Там, как вы позволили заметить, первый лейтенант Хампер, сэр, перемещается наша, как бы это сказать, свободный вагантер, первый пилот фрегата главсержант Саб Дерим.

— Прелестно-прелестно. Продолжайте наблюдать за ее астероидной базой.

— Есть, продолжать наблюдение за астероидной базой, сэр Хампер.

Даг Хампер и прежде приходил к не слишком лестным выводам об интеллектуальном потенциале майора Тотума. Теперь же наблюдалось вовсе несообразное званию и должности.

… Чтоб ему пусто было! Совсем спятил старикан. Ни мне, ни Алмо ничего не сообщил. А должен был, полупердун старый. Так-так… Либо старческий склероз у дедушки Тото. Либо вирусная амнезия у дядюшки Алмо. Нуль данных…, из пустого в порожнее…, прелестно и прельстительно… Ну-ну, скоро проверим тактическим путем. И узнаем, кому за здравие, кому за упокой кушать подано…

Природа не только терпит пустоту. Она ее неподдельным образом обожает и беззаветно боготворит. Лишь природа способна по-настоящему обожествить пустоту, когда из ничего, предшествовавшего Большому Взрыву, получилось все. Именно тогда, а не позже, свято место бывает пусто, когда до него не дошли руки творца-демиурга.

Быть может, и разум человеческий, suum cuique данный нам от Бога или от Природы, есть та самая исходная пустота, открывающая пустынные горизонты познания, куда устремляется словами, мыслями, делами род людской?