Чтение онлайн

– Вырастешь, придешь к нам, будешь спасать.

Чуть отворачиваю голову вбок.

Пальцами сжимаю ворот куртки. Подношу ближе к лицу.

Запах все еще едва уловим, но есть. И этот запах – как капля на раскаленную сковороду. Шипит. И не испаряется.

Мне и плохо. И хорошо. И подташнивает. И хочется провалиться. И снова быть в его руках. И убежать как можно дальше.

Что теперь делать с этим всем, я не знаю.

– А какой кнопкой сирена включается?

– Вот этой, – показывает водитель.

– А можно…?

– Борис… – окликаю сзади, чтобы не надоедал. Этому палец дашь, он съест с головой все. – Ты мне что обещал?

– Я просто спросил, мам, – выпрямляется.

– Ты обещал себя хорошо вести.

– Я хорошо себя веду. Просто интересуюсь. Я же будущий спасатель.

– Тебя самого спасать еще пока надо.

– А вам на работу не надо? – киваю двум бугаям, что подрабатывают таксистами. – Вы так свободно разъезжаете… Как такси.

– А мы на работе. Спасаем, вон, экспериментатора.

– Ну так на многое ответов нет. Или есть и за и против. Как мне понять, где правда. Я вот не знал, что уши не пройдут назад, пока не попробовал.

– Ты не виноват, что ты такой любопытный, – улыбается ему Ник. – Это круто.

– Правда?

– Правда. Но, – он разворачивается к нему, – есть одно правило.

– Какое?

– Придумывай любые эксперименты. Только перед этим один вопрос себе задавай. Один.

– Какой?

– "А мама бы одобрила?" Пока она твой ориентир.

Боря его внимательно слушает. Как будто даже что-то понимает.

– Если “нет” – значит, надо найти способ, как сделать, чтобы одобрила. Или спросить у взрослого, как сделать безопасно.

Боря серьезнеет. Кивает.

– Хорошо. Буду так.

– Вот и договорились, боец, – Никита протягивает кулак.

– Пшшш! – Борька стукает кулачком в ответ.

– А у тебя можно спрашивать?

– Можно.

– А ты все-все знаешь?

– Конечно. В плане экспериментов и жахнуть – все.

– Класс!

– Ник, – тут можно, – машин совсем нет.

– Держи, – протягивает Боре небольшую рацию. – Нажимай эту кнопку и скажи что-нибудь.

Боря зачем-то зажимает одной рукой нос, вторую с рацией подносит ко рту.

– Внимание всем постам! Преступник вооружен и очень опасен! – на полном серьезе, с абсолютно серьезным выражением лица.

– Боря! – одергиваю его.

Но стыдно за это только мне.

Водитель еще включает сирену и мы мчимся по объездной дороге , где никто не видит.

Мужчины в кабине заходятся от смеха.

– Ну все, Борян, тебя теперь самого в розыск подадут, – хлопает по плечу Никита.

– Я просто как в мультике! – Борька гордо поправляет повязку на плече и сияет.

– Борис! Мы так договаривались? Что ты будешь делать все, что я скажу?

– Мам, но я же не в забор полез, – невинно хлопает ресницами сын. – Просто в рацию сказал!

– А ты подумал, мама испугается или нет?

– Так Никита сказал, что можно.

Ник снова смотрит на сына, но уже с чуть более серьезным видом.

– Повторяем, Борь. Сначала спроси себя: "Если бы мама это услышала, ей стало бы спокойно?" Если ответ – "да" – вперед. Если нет – ищи другой способ.

– Мам, а я точно могу стать пожарным? Даже если у меня ключица была сломана?

– Конечно можешь, – отвечает за меня Ренат. – Тут главное, чтобы было большое и доброе сердце. А кости срастаются.

– Двадцать минут едем, а будто уже смену отработал, – смеется молодой водитель.

Добро пожаловать в мою жизнь.

Водитель выключает сирену и мы спокойно возвращаемся в черту города.

– Эх, я бы еще что-то сломал, чтобы еще раз вот так по ночи покатать…

Ну, Боря…

– Давай так договоримся, – наклоняется к нему Ник. – Ты ничего не ломаешь, а я как-нибудь лучше возьму тебя на пожар настоящий.

– Да?

– Да. Но только если будешь цел и без бинтов.

– Класс!

– А меня никто не хочет спросить, испугаюсь я или нет?

Естественно, я категорически против пожаров. Потому что потом насмотрится и будет мне дома показывать, как он тушит.

На улице уже полумрак, в салоне машины еще темнее. Натягиваю на себя побольше его куртку, чтобы не замерзнуть.

В сумке тихо вибрирует телефон. Заглядываю.

Олег.

Я могу, конечно, ответить. Но это надо будет объяснять, куда я еду, с кем, почему, как вообще я на это согласилась после всего.

А я устала и не хочу говорить.

Их голоса – из одного прошлого. Два друга. Два совершенно разных выбора. Один бросил. Второй подобрал.

А между ними – я. И мой сын.

Убираю телефон назад в сумку. Молча еду. Боря все терроризирует Рената и Никиту, высправшивая по машину. Как будто себе такую присматривает, ей Богу.

Сворачиваем наконец в наш квартал. Скоро будем дома. Как теперь с этим терминатором жить? Ни покупать, ни переодеть толком.

Теперь еще у кого-то раздается звонок в машине.

– Да, – отвечает Никита. – Привет, Маш.

У него нет ни братьев, ни сестер, мамы, отца, никого, значит…

Мне все равно.

– Да, взял. Завтра со смены поеду, заеду, распишусь.

Но я прям замираю вся, впитывая каждое слово. Как будто жизненно важно знать хоть чуть-чуть больше о его жизни. Потому что пока вопросов больше, чем ответов.

– Не надо сантехника, я гляну у тебя кран сам. Ты утром будешь дома? Хорошо. Все, целую. Давай.

Я молчу. Даже дышать стараюсь тише. Кто такая Маша – мне все равно. Не мое дело. У него теперь своя жизнь, быт, капающий кран, Санька какой-то. И он ее целует.

А все равно царапает.