Бывший. Ты мне нужна
Шрифт:
Ракитин посмотрел на меня задумчиво. Скользнул по кашемировому пальто, шарфу последней коллекции известного бренда, который подарила мне одна из клиентов в благодарность за проведённый корпоратив.
Раньше я такого не носила. Ходила в пуховике и связанной бабушкой шапке, только бы было удобно, и ладно. А все заработанные деньги тратила на расширение и создание ивент агентства с праздниками под ключ.
Марка это ужасно злило. Он хотел видеть рядом с собой куклу из модного бутика. Дарил брендовые тряпки, но я не хотела их носить. Не хотела выглядеть как содержанка. И возвращала презенты не распакованными.
Судя по взгляду, сейчас он оценил мой дорогой внешний вид. Этого требовали статусные клиенты. Да и деньги появились, чтобы я могла себе такое позволить. Одно дело, организатор без имени. Другое – уважаемый в нужных кругах.
Марк кивнул, соглашаясь со своими мыслями, и снова что-то написал в телефоне.
– Ты поедешь со мной, Юля. Мне надо разобраться в происходящем. Отпущу, как только получу подтверждение, что ты ни при чём.
– Это бред! – Возмутилась я. – Я же не игрушка, не вещь! Я живой человек, и у меня свои планы. Ты не можешь меня просто так заставить быть рядом с тобой, куда-то не ходить или что-то делать! Я же разумное существо!
– Неразумное, раз согласилась на предложение Тимофеева. Или ты сама ему предложила свои услуги?
– Я ни на что не соглашалась!
– Тоже понятно. Тимофеев умеет давить и убеждать силой. Мне это хорошо понятно, Юль. Ты не волнуйся. Я тебя ни запугивать, ни шантажировать не буду. Побудешь у меня немного, а там решим.
У меня уже не было никаких аргументов. Ракитин меня не слышал и слушать не хотел. Во мне клокотала ярость и желание прекратить этот абсурд прямо здесь и сейчас. Прекратить пытку, встречу с прошлым и перестать вскрывать старые раны.
– Я никуда с тобой не поеду, Марк. А забрать меня ты не можешь. Это похищение. Ты на такое не способен. Ты нормальный человек. Да и я не вещь.
Ракитин прочитал сообщение в телефоне и хищно улыбнулся. Я почувствовала себя крохотной букашкой на пути мощного зверя. Замерла, ожидая его вердикта.
Профессионалы
Садясь в машину к Ракитину, я больше всего боялась оказаться в прошлом. Провалиться в его запах, утонуть в его ароматах. Распластаться по гладкому сиденью и потечь от любви.
И я была права. Всё так и получалось. Мне казалось, что Ракитин подхватил петельки моей души на свои спицы и снова начал играть первую скрипку на моих чувствах.
Только в этот раз всё было хуже. Жёстче и безжалостнее. Марк не звал меня в свою ловчую сеть. Он меня поймал в капкан, стальные челюсти которого я испытала на себе впервые.
Мне говорили, что он безжалостен к конкурентам, что не прощает предательства и строг к ошибкам. Но я никогда этого не испытывала на себе. Со мной он был добрым. Человечным.
А сейчас передо мной сидел совсем другой Марк. Вернее, теперь его не хотелось называть по имени. Ведь у безжалостности и убийственной жёсткости нет имени. Только фамилия.
Он посмотрел на меня так сурово, что я поняла, что переговоры закончились. Он принял решение, и мне не вырваться из западни Ракитина. Но его слова всё равно прозвучали чудовищно.
– Ты поедешь со мной и будешь там, где я скажу, пока я не разберусь с причинами твоего появления на моём пути.
Это прозвучало так, словно я специально осмелилась ему противостоять. Словно я была против него, и он со мной боролся.
– Но мне надо работать. У меня проект. Мне надо подготовить помещение. Это не сделать за один день, когда ты отпустишь меня после своей дурацкой проверки. Мне сегодня надо успеть выполнить один этап, завтра второй и так далее. Или ты решил похоронить мой бизнес только потому, что у твоего конкурента будет день рожденья лучше, чем у тебя?
Я искала в его лице сочувствия, человеческих эмоций, но натыкалась только на решимость добиваться цели. Он не собирался идти по головам. Он просто не замечал их в таком состоянии.
– Будешь работать. Телефон сдашь. Оставишь мессенджер с мамой, и 2 сотрудниками на месте.
– Но это нереально! Так работать нельзя! Я нужна им на месте! Мне надо самой всё контролировать! Как ты не поймёшь?
– Это ты никак не поймёшь, что для тебя это хороший способ вынырнуть, наконец, из рутины и посмотреть на работу, как собственник компании. До конца передать управление персоналу. Оценивать их работу со стороны. Или ты собираешься всю жизнь собственноручно крепить воздушные шарики и расставлять цветочные композиции?
А вот это было больно! Потому что я так всегда и поступала. Даже сегодня часть креплений лежала в багажнике моего красненького Гетса. И да, я собиралась помогать своим сотрудникам физически.
И от этого мне было ещё обиднее.
– А что в этом плохого, Марк? Я не боюсь никакой работы и не настолько офигительно прекрасна, чтобы стоять в сторонке, когда требуется моя помощь. Тебе это не нравится, Ракитин?
Марк поморщился. Ему не нравилось, когда я обращалась к нему по фамилии. Но только если это делала именно я. С остальными это не вызывало неудовольствия. Так и осталось.
– Не в этом дело. Пока ты занимаешься поддержкой прибухивающих монтажников или разведённых флористов, ты упускаешь главное. Живя на уровне ежедневной рутины, сложно подняться выше. Оценить перспективы бизнеса, простроить сегодня те шаги, которые выльются в прибыль послезавтра. Но это можно сделать только, если вынырнуть из гирлянд и сценариев. А ещё, если подбирать на работу профессионалов своего дела. Самых лучших. Самых талантливых.
– Это несбыточная мечта! Ты не представляешь, какой сейчас кадровый голод! Мы не можем найти стропальщиков, монтажёров сцены, постановщиков. О толковых грузчиках можно только мечтать. Моя тактика – адаптировать к условиям тех, кто есть, и не тратить время на поиск этих мистических лучших. Но тебе это незнакомо. Ты с твоими деньгами можешь купить себе эксклюзив. А остальным приходится довольствоваться малым. И, иногда, засучив рукава, работать рядом со своими сотрудниками.
Ракитин хмыкнул. Теперь его ситуация забавляла. Он явно потешался над моими рассуждениями. Они его веселили своей непосредственностью и глупостью. Великий Ракитин думал иначе.
– Когда я только начинал руководить бизнесом, думал так же, Юля. Но постепенно линейные сотрудники начали меня растаскивать по кускам. Через месяц моего внимания не хватало на решения проблем с чьим-то заболевшим ребёнком и перепившим накануне кладовщиком. И знаешь, к чему это привело через полгода?
– Сотрудники увидели в тебе заботливого руководителя, собственника с человеческим лицом?