Чтение онлайн

Владимир Сергеевич, наш главврач реабилитационной клиники, как истинный любитель хоккея, с придыханием рассказывал о том самом Борисе Смоленском, знаменитом хоккеисте, получившим в этом году серьёзную травму.

Я скептически слушала его сбивчивый рассказ о ситуации в целом:

— Отдаю в ваши заботливые и профессиональные руки самое ценное, Ярослава Львовна. Сам Смоленский заинтересовался вашей реабилитационной программой. Надежда только на вас. Но смотрите не подведите, всё же один из самых известных хоккеистов в стране. Да что там, в мире! И… вот ещё что… — Уже тише, но с лёгкой угрозой в голосе: — Мы должны его заполучить, это же такой человек, такая реклама нашему центру. Ярослава Львовна, умерьте свой характер, прошу вас, даже настаиваю, и помягче с ним. Прошу вас лично.

А что поделать, если пациентов я брала в основном по рекомендациям? Да и цены у меня откровенно кусались. Ещё и внешность моя поначалу многих вводила в ступор.

Я так и не привыкла к реакции людей на меня — выглядела я слишком молодо для своих лет, мало кто сразу воспринимал меня серьёзно.

На стук в дверь кабинета я повернула голову, отвлекаясь от очень увлекательного занятия, выбора курорта. Я всё же не исключила возможность просто убежать от проблемы, тем более отпуск я себе не позволяла очень долго. Слишком долго.

Сначала зашёл лысоватый мужчина лет пятидесяти, и я, уже было, совсем расстроилась. Но вот второй…

Он был спокойным, уверенным, неотвратимо приближающимся брутальным здоровяком. Настоящим самцом. Я аж зависла на пару секунд, но профессионализм победил.

— Добрый день. Вы ко мне? — Любезность и лёгкая улыбка. И не стоило так пристально разглядывать фигуру брутального красавчика.

Красавчику было уже сильно за тридцать, скорее даже ближе к сорока, я даже удивилась, всё же действующий спортсмен. Хотя… Хоккеист. Сделала вид, что вся внимание, в это же время думая, что не отказалась бы слетать в отпуск именно с этим бруталом.

Первый, который лысоватый, почему-то решил, что хамить реабилитологу здесь разрешается и выдал:

— Да вот уже не уверены. Вы, девушка, врача позовите, мы к специалисту пришли, нам ваш главный посоветовал Ярославу Львовну Поднебесную как высококлассного специалиста. Она вышла? Позовите её, у нас не так много времени.

Я вздохнула печально. Да, с моей внешностью меня чаще всего принимали за медсестру, а не за врача, кем я и являлась. Ещё и этот тон, да и полное имя я не любила, поэтому безапелляционно заявила:

— Зовите меня Ярослава и на «вы». Отчество и фамилию можно опустить. И я тот самый врач, к которому вы пришли. Присаживайтесь. Документов у меня ваших нет, медсестра их не принесла, значит, ваш визит неплановый. Вы захватили то, что получили при выписке? Давайте сюда, я посмотрю, — сказала и протянула руку.

Тот лысоватый, что так и не представился, повернулся к спутнику и сказал, словно меня здесь не было:

— Борис, по-моему, нас разводят. Предлагаю закончить с этим фарсом прямо сейчас.

Что? Явились, значит, отвлекают от выбора курорта, ещё и хамят?!

Я встала, а внутри меня поднималась волна. Вот же пробрало меня! Мелькнула мысль, что работать нужно меньше, а в отпуск ехать срочно.

— А ну-ка, вон, и чтобы я вас здесь больше не видела. — С тихим бешенством прошипела. Я не желала и дальше слушать оскорбления в свой адрес.

Тот самый хам аж застыл от удивления. Второй, красавчик-хоккеист, так и сидел, спокойно наблюдая за выпроваживанием своего спутника.

Лысый повернулся растерянно к нему, и тот, который Борис, бросил спутнику отрывисто:

— Костя, выйди и не мешай нам, пока не позову.

— Но…

— Выйди, я сказал. — Голос глубокий, низкий. И спокойный. Мне такие нравились, с некоторых пор на слишком агрессивных у меня появилась аллергия.

Я подошла к двери, открыла её и молча показала этому хаму на выход.

Мужчина прошёл к выходу, приостановился рядом со мной, воздел палец вверх и веско, с угрозой, выдал:

— Имейте в виду, я иду к вашему главному.

Развернулся, одарил взглядом оставшегося у меня Смоленского, и всё же вышел.

Я спокойно закрыла за ушедшим дверь, подошла и, сев на своё место, ещё раз спросила про документы. Вдумчивое изучение всех сопроводительных бумаг сказало мне многое, но я всегда проверяла диагнозы своим методом. Поэтому подняла голову на этого здоровяка и с внутренним удовольствием, но внешне спокойно предложила:

—Раздевайтесь до нижнего белья, ложитесь на кушетку спиной, и я начну первичный осмотр. Борис, правильно? А дальше как удобнее? Своё имя я вам назвала.

— Тогда и меня зовите по имени. И я всё ещё Борис.— Ответил тот, начав раздеваться.

Мужчина знал себе цену, но не был самоуверен. Он раздевался передо мной явно с удовольствием, красуясь, давая возможность рассмотреть и широкую, накаченную спину, и сильные ноги.

Я же в это время оказалась где-то в другом месте, представив, как бы я обвила ногами его бока, сжимая их за спиной, как руками обвила бы его шею и прижалась к крепкому торсу. На секунду представила, как именно буду прикасаться к этому божественному телу. Остановилась, поняв, что делала явно что-то не то. Слишком торопилась. И с чего я вообще на нём так залипла?

А, может, и правда поехать в отпуск? Весна только-только нагрела воздух в нашем городе, а мне хотелось солнца, тепла, ненавязчивых комплиментов и ухаживаний от красивого, полного сил местного красавчика или заезжего отдыхающего. И меня перестанут волновать сексуальные спортсмены.

Хотя, кого я пыталась обмануть? Этот экземпляр меня будет волновать в любом состоянии. Мой любимый типаж мужчины: мощный, высокий, со спокойным взглядом, не разговорчивый, но и не молчун.

А ещё этот Борис знал себе цену. Увидел, что смотрела на него, и продолжил раздеваться, немного красуясь.

Так бы и облизала этот торс.

«Так, Слава, давай уже успокойся, ты на работе».

Взгляд уловил особенности движений при снятии одежды. Уточнила:

— Вы стараетесь не опираться на левую ногу. Болевые ощущения? Когда зашли, такого не было. Что сейчас изменилось?

— Я какое-то время сидел, нужно разойтись, тогда лучше становится.

— Хорошо, не отвлекайтесь, ложитесь на кушетку. Да, спасибо.

Медленно прошлась по его телу руками, особое внимание уделяя тем местам, где должен был зажить перелом. Мы определили, в каких моментах нога болела больше, какие именно болевые ощущения Борис испытывал. Заодно я сделала для себя записи на будущее.