Чтение онлайн

– Правда? – спросила я, чтобы удостовериться, что поняла ее правильно.

– Черт, да! Я на хрен прямо сегодня соберу вещи! Мне столько надо всего сделать. Надо уволиться, собраться, послать на хрен свою жизнь здесь и двигать в Кали. Ты вообще понимаешь, что это значит для меня, Миа?!

Я широко улыбнулась и прижала трубку к уху покрепче.

– Я начинаю думать, что понимаю! – засмеялась я, а ее радость затапливала все вокруг, заставляя приятные теплые мурашки бегать по всему моему телу, и это был знак, что я приняла правильное решение. Наконец-то.

– Это значит, что вся моя жизнь изменится к лучшему! И благодарить за это я должна тебя и твоего Кена из Малибу. Позови его к телефону! Я хочу подарить ему немного виртуальной любви, – взволнованно сказала она.

Качнув головой, я снова легла на кровать и свернулась калачиком.

– Не могу. Он сейчас разговаривает с Джиной.

В трубке повисла мертвая пауза. Я слышала только ее частое дыхание и могла представить себе, как она ходит по дому, пытаясь осознать столь серьезные перемены в своей жизни.

– Прошу прощения? Почему эта грязная сука с влагалищем вместо лица в твоем доме разговаривает с твоим мужчиной, а тебя нет рядом?

– В этом предложении так много тебя.

– Ну, ладно, тогда скажи мне, где я ошиблась. Этот мужчина твой. Так?

– Да. Но я доверяю ему. – Я накрутила прядь волос на палец. – Они вместе пережили очень многое, Джин. Он только начинает оправляться от того, что произошло. И она выглядит дерьмово.

– Прекрасно! – слишком быстро отозвалась она. Моя лучшая подруга никого не щадила. Она готова была защитить меня от любого, как и я ее, и по ее мнению Джина меня обидела. На самом деле технически – нет, потому что Уэс был свободен, когда у него были с ней отношения. Да и я в то время развлекалась с Таем. Именно то, что он был с Джиной, заставило меня понять, как сильно я хочу быть единственной женщиной, с которой он занимается любовью, которую целует, с которой засыпает и просыпается рядом и все, что между этими двумя действиями.

Надо было взять под контроль ревнивую сторону Джинель. Особенно если она собиралась переехать сюда. Вполне возможно, что она и Джина могут пересечься.

– Джинель, это правда нехорошо. Если бы она исхудала так от наркотиков, или этот страх в глазах у нее появился бы только из боязни потерять прибыль, или если бы она разбила сердце очередного придурка – я бы порадовалась. Но проблема в том, что там гораздо более тяжелая травма. Я даже не уверена, что готова знать, какая именно – но чувствую, что это может помочь Уэсу. Его по ночам мучают кошмары. И если исцеление Джины может помочь ему – я буду искать в себе силы быть великодушной. Понимаешь?

Джинель тут же перестала шутить.

– Так они ее сильно изувечили? – прошептала она, как будто кто-то мог ее услышать, а она этого не хотела.

– Думаю, что… безнадежно, – ответила я честно, не зная, какое еще подобрать слово.

– Ну, все равно ты лучше меня.

Я хихикнула.

– А разве были сомнения? – Я решила сменить тональность разговора и вернуть его в привычное шутливое русло.

– Ох ты грязная шлюшка! Я тебе это спущу. Но только потому, что ты предлагаешь моей заднице работу мечты и пускаешь меня пожить в своем поместье в Малибу. Только знай – я никогда оттуда не уеду.

Я пожала плечами и улыбнулась.

– А может быть, я никогда тебя не отпущу.

На самом деле так оно и было. Мэдди была в Вегасе, как и папа. Милли и Уэс рядом со мной. Макс и его семья – в Техасе. Людей, которых я любила, размотало по свету. И если бы Джин жила здесь, рядом – мне было бы чуточку легче с этим смириться.

– Как там папа поживает?

Джинель замычала.

– Ну, его жизненные показатели снова хорошие, и врачи надеются, что он очнется. Это вопрос времени. Если верить сканированию, мозг у него функционирует нормально. Вирус и аллергическая реакция не причинили ему того вреда, которого они опасались.

Прикрыв глаза, я вознесла благодарность большому парню на небесах. Он спас моего отца – и его стоило за это поблагодарить. А теперь оставалось только ждать.

– А Мэдди?

– О, она в полном порядке. Вернулась к учебе, живет своей жизнью с Мэттом, нормальной жизнью для девушки двадцати одного года.

– Отлично, именно это я и хотела услышать.

– Знаешь, когда я говорила с ней последний раз, она сказала, что много разговаривала с Максом о «Каннингем Ойл», их исследованиях и научном отделе. Похоже, она всерьез подумывает сосредоточиться на изучении земных недр и минералогии. Говорит, что всерьез рассматривает возможность работы у них после защиты диплома. И даже Мэтт считает это хорошей идеей.

– Да, но как же его семья? Они мне показались довольно симпатичными, – заметила я.

– Да, по ходу, никаких проблем – его отец сказал, что они переедут в Техас. Он их единственный ребенок, а они уже почти пенсионеры. Макс сказал, что возьмет его отца на работу, и маму вроде тоже. Что-то там о семье, которая должна быть вместе и прочее дерьмо.

Конечно, он так и сказал. Макс же чертов святой. Он спас меня, он включил Мэдди и меня и всех вокруг нас в свой круг. Я любила своего брата, но я бы так не смогла. Возможно, именно поэтому он и был таким счастливым. Он был прекрасным примером того, что надо относиться к другим так, как хочешь, чтобы относились к тебе. Он к каждому относился с уважением, любил членов своей семьи больше всего на свете и всех хотел сделать счастливыми. И в свою очередь был счастлив сам. Я задумалась: а что если необходимость переезда в Техас коснется и меня? Ведь рано или поздно мне придется об этом подумать. Этот человек любит жить так, чтобы вся семья была рядом. И я вряд ли смогу противостоять ему, если он вдруг решит, что нам с Уэсом надо переехать в Штат Одинокой Звезды. Одной говядины мне бы хватило за глаза. А еще жара, мерзкая влажность и то, что все это дерьмо делает с моими волосами… буэ. Нет, должно было бы произойти чудо, чтобы я согласилась на такое. Заполучить туда мою младшую сестренку было бы приманкой – и он знал это. Возьми младшую – и старшая последует за ней сама.

– Да уж, Макс это что-то.

Джинель мечтательно вздохнула.

– Девочка моя, он все – и пакет рифленых чипсов «Лейс» вдобавок, а ты знаешь, как сильно я их люблю. Никогда нельзя съесть только одну штучку.

– Ты что, положила глаз на моего брата? – Я притворилась возмущенной.

– А неужели солнце встает на востоке, а садится на западе? Ты вообще видела своего чертова братца? Он же бог в ковбойских сапогах и футболке «хенли»!

– О, брат, – сказала я, не желая слушать подобные вещи о нем от посторонних.

– Да черт возьми, о брат! Была бы ты мной – ты бы уже орала: «Трахни меня, Макс! Сильнее, Макс! Глубже, Макс!» – Она застонала и захрипела для пущего эффекта, изображая, как будто давится чем-то и сдерживает рвоту.

– Ты больная. – Я расхохоталась.

– Но ты любишь меня.

– Мне надо голову проветрить, – сказала я.

– Ну а пока ты будешь это делать, я буду упаковывать свое дерьмо. Увидимся через две недели. Люблю твое уродливое лицо, шалава! – заявила Джинель и повесила трубку.

Черт. Она выиграла этот раунд. Ну ничего, я выиграю следующий.

Леденящий душу крик вырвал меня из блаженного сна. Уже наученная горьким опытом последних дней, я вскочила с кровати, включила свет и смотрела, как мужчина, которого я люблю, корчится, дергается и кричит, пытаясь изгнать демонов, проникших в самую глубину его сознания. Это разбивало мне сердце. Его тело изогнулось дугой, грудная клетка, блестящая от пота, вздымалась вверх, весь его вид говорил о страдании. Напряженный член, натянувший тонкую ткань боксеров, являл собой наглядную демонстрацию его мужественности. Прежде чем разбудить его, я закрыла глаза и глубоко вздохнула, позволяя его крикам ввести меня в то состояние, которое ему требовалось. Мне нужно было стать уверенной, сильной, я должна была стать средством, которое вернет его обратно из пустыни отчаяния и будет возвращать оттуда снова и снова. Я буду такой до тех пор, пока однажды он не найдет покой. Другого выбора не было. Уэс должен был снова найти покой.