Чтение онлайн

Антон заказал креветки со спагетти и умял их с такой скоростью и проворством, словно они могли спрыгнуть с тарелки обратно в океан. Когда я поинтересовалась, зачем он так яростно поглощает еду, Антон нахмурился, вытер рот и перевел взгляд на Атлантику. Хизер старательно сменила предмет обсуждения еще до того, как он успел ответить. Очевидно, ей было известно об этой взрывоопасной теме что-то такое, чего не знала я. Я покосилась на девушку, и она чуть заметно покачала головой. Разговор свернул на музыкальный видеоклип и план наших действий.

Вот тут-то я и сбросила гигантскую атомную бомбу, сообщив, что абсолютно не владею искусством танца.

– Вообще?

Брови Антона сошлись к переносице. Я покачала головой и прикусила губу. Мой босс задумчиво почесал послеобеденную щетину и шумно вдохнул.

– Придется с этим что-то делать. Ты… – тут он обвел жестом мою фигуру, – …perfecto… э-э… идеально подходишь для роли обольстительницы. Хи, ты не могла выбрать никого лучше. Нам надо решить эту маленькую проблему.

Антон потер руки, и его глаза потемнели.

– Думаешь о том же, о чем я? – спросил он, обращаясь к Хизер.

Уголки ее губ поползли вверх. Она постучала пальцем по нижней губе и пожала плечами.

– Если она не занята. Сезон в Сан-Франциско завершился, а этот мерзавец, который преследовал ее друзей, убрался.

Хизер поерзала на стуле и продолжила:

– Вроде бы на горизонте все чисто. Может, если мы пригласим ее в качестве хореографа, это заодно решит проблемы с подтанцовкой. Я ей позвоню и посмотрю, готова ли она спасти твою задницу. Но ты знаешь, что это вылетит тебе в копеечку.

– Как и все остальное, верно, Хи? – рассмеялся Антон. – Я хочу только ее. Устал уже возиться с этим дебилом, а ее постановки современного балета самые лучшие. И латина фьюжн. Она умеет выстраивать композицию. Хочу, чтобы все внимание было на Миа. Хочу, чтобы при взгляде на нее у зрителей слюнки текли. Все мужчины будут хотеть ее, но она никому не достанется.

Он похотливо ухмыльнулся, закинул в рот креветку целиком и швырнул хвост на тарелку для мусора. Антон просто сиял, воодушевленный этой новой идеей.

– Так кто, эм-м, этот хореограф?

Хизер отхлебнула своего белого вина и промокнула губы.

– Очень талантливая исполнительница современного танца, которая последние пару лет выступала с балетной труппой Сан-Франциско, так что нам не удавалось заполучить ее.

Она подняла руку с бокалом вина и одним пальцем указала на Антона.

– Антон влюбился в ее тело и в манеру исполнения после того, как видел в прошлом году ее спектакль.

Эти сведения меня удивили.

– Тебе нравятся театральные представления? – встряла я.

– Да, Lucita. Они меня успокаивают и пробуждают мою музу. Мне нравится смотреть, как другие танцуют, поют классику или современные вещи.

– В любом случае, – вмешалась Хизер, – мы выяснили, что она преподает хореографию исключительно в Сан-Франциско. Ты же знаешь, что она не променяет Сан-Франциско на Майами.

Последние слова Хизер были адресованы Антону. Он нахмурился.

– Что-то там насчет того, что ей надо быть рядом с сестрами. Но если мы предложим ей достаточно и свяжемся прямо сейчас, она, возможно, согласится приехать сюда на то время, пока Миа с нами и пока мы заняты съемками. Может, она тот самый ключевой элемент, который поможет нам поднять видео на следующий уровень.

Хизер внезапно вскочила и заявила:

– Я позвоню ей прямо сейчас.

Взглянув на часы, она добавила:

– У них сейчас на три часа раньше, так что все нормально.

Без дальнейших объяснений она отошла от столика и направилась к открытому балкону.

Я глядела на океан, прихлебывая вино. Дул легкий ветерок, но лампы для обогрева, стоявшие у столика, не давали нам замерзнуть.

– Твоя помощница весьма расторопна.

– Так и есть, – улыбнулся Антон. – Поэтому я ее и держу.

– Могу я говорить прямо? – спросила я и сжала губы, ожидая ответа.

Антон откинулся на стуле, положил ногу на ногу и широко раскинул руки.

– Разумеется.

– Почему ты говоришь с ней таким жестким тоном? Не боишься, что она уйдет?

Мне и вправду было искренне непонятно, зачем кому бы то ни было оставаться с человеком, который половину времени ведет себя так, будто его дерьмо не пахнет, а половину – вполне расслабленно и непринужденно. Создавалось впечатление, что в нем совмещались две совершенно разные личности.

– С чего ты так решила? – прищурился он.

– Не знаю, – пожала плечами я. – Может, с того, что ты рычишь на нее по телефону, расхаживаешь перед ней так, словно она твоя батрачка, и отдаешь ей приказы, даже не оборачиваясь.

– Я ценю мнение Хизер больше, чем остальных, – поморщился Антон. – Только ее слова имеют для меня значение… всегда. Я полностью ей доверяю.

– А я бы так не подумала.

Антон схватил бокал и одним махом всосал остаток своего шираза.

– Она тебе говорила что-нибудь насчет ухода?

Судя по его тону, мысль об уходе Хизер крайне ему не нравилась.

– Нет! Вовсе нет. Просто мне кажется, что ей хочется большего.

– Большего?

Последний вопрос тяжело повис в воздухе.

– В смысле отношений?

Я покачала головой. Неужели он и правда настолько самовлюбленный?

Взглянув на его тело и лицо, которое заставило бы зарыдать самих ангелов, я подумала, что у него есть на это право. Ну, типа того.

– Насчет этого я не в курсе. Я говорила о работе. Она как-то упоминала, что хочет стать музыкальным продюсером. У тебя же вроде сейчас нет продюсера.

Антон поднес руку ко рту и погладил свою чрезвычайно располагающую к поцелуям нижнюю губу подушечкой большого пальца.

– Нет. Обычно я перекидываю все решения на Хи, и она все организует.

Любопытно.

– То есть она уже как бы продюсирует тебя, но при этом у нее нет ни преимуществ, ни привилегий, которые дает звание продюсера. Как печально для нее.

Я принялась, как ни в чем не бывало, накручивать локоны на палец, а потом передвинула стул так, чтобы сидеть лицом к воде и временно оставить Антона в покое. Океан был абсолютно потрясающим. Сердце пронзила боль, когда я осознала, насколько скучаю по дому.