Чтение онлайн

– Спроси своего братика.

Я покачнулся.

– Потому что Иисус, а точнее, Гэри Топп, если называть его настоящим именем, собирается убить нас и всех, кто встанет у него на дороге, и захватить власть. Так, Топп?

– Называй меня Иисус! – прошипел обожженный.

– Хрен тебе, – огрызнулся я. – Ты просто псих с манией величия.

– Называй меня Иисус!

–Поцелуй меня в задницу!

Он зарычал и махнул ножом у меня перед лицом, промахнувшись на добрую дюжину сантиметров. Я увидел, что он серьезно обгорел. Кисти рук превратились в покрытые волдырями клешни. Выбираясь из огненной ямы, он лишился пары ногтей – очевидно, когда лез по спинам товарищей.

И снова он зашипел как зверь:

– Я свое имя вырежу у вас на спинах!

– Как? – Во мне начал закипать гнев. – Ты обгорелый кусок дерьма, Гэри Топп. Даже со своим ножиком, как ты с нами справишься?

Я посмотрел на Стивена – он сумел подняться на колени. Я подхватил его за руку и помог встать со мной рядом. Так мы и стояли, держась друг за друга – у меня все еще кружилась голова от газа.

Поглядев на брата, я с испугом понял, что ножевая рана серьезнее, чем я думал. Лицо у него посерело, на лбу выступила испарина. Он то и дело глотал слюну и дрожал всем телом.

Губы обожженного психа скривились в улыбке.

– Братская поддержка? В буквальном смысле? Как трогательно.

– Сделай только шаг, и я тебе шею сломаю! – зарычал я.

Стивен тяжело дышал, но голос его прозвучал яростно.

– Ты насрал сам себе в тарелку. Если ты думаешь хоть секунду, что мои люди будут слушаться приказов такого психа, ты очень ошибаешься.

– Когда вы оба будете мертвы, – он осторожно потрогал волдыри на щеке, – кому им тогда верить? Я вошел и увидел, что вы убили друг друга. Все помнят, как вы подрались в Лондоне на острове. Так что, джентльмены, я думаю, моему рассказу поверят. И знаете что? Ваши люди примут меня с распростертыми объятиями.

– А если нет?

– Тогда чик-чик. —Он провел рукой у себя перед горлом.

– Ты знаешь, что сейчас делают наши люди? – произнес Стивен, скривившись от боли в ране. – Ты ведь их видел. Тысячи серых. Они собираются напасть. Тебе все равно, что будет?

– Все это в голове, – мотнул головой обожженный. – Так, Рик Кеннеди?

– Ты знаешь?

– О да, знаю. Конечно, я тоже сначала их видел. Как и все. Потом однажды я перестал видеть серых – просто перестал – и понял, что все это вот тут. – Он показал на обожженный висок. – Галлюцинации.

– Но тебе было выгодно, чтобы люди в них верили?

– Абсолютно верно.

– Значит, – сказал я, – ты не собираешься подняться на палубу и не дать нашим людям открыть огонь по этим несчастным?

– Ни в коем случае. Когда перед тобой враг, люди объединяются и идут за тобой. Они...

Я воспользовался шансом.

Схватив куртку с кресла, я швырнул ее ему в лицо. Он отбил ее взмахом ножа.

Но я уже налетел, замахнувшись для полновесного удара.

Огромный волдырь лопнул у меня под кулаком.

Этот тип завопил и махнул на меня ножом.

Я успел поймать его за запястье и толкнул его руку обратно. Нож разорвал еще один волдырь, лопнувший красным.

Стивен поймал его за другую руку. Но мой брат был в плохом виде и еле мог стоять, не то что драться.

Гэри Топп легко его отпихнул.

Но атака Стивена отвлекла его на столько времени, сколько мне нужно было, чтобы прижать его руку к стальному косяку двери. Волдыри на тыльной стороне ладони брызнули гноем, заляпав пол. Топп заорал и выпустил нож.

Я думал, сейчас начнется кулачный бой, но он просто отпихнул меня назад. Я повалился на Стивена.

Когда я сумел вскочить на ноги, Гэри Топп уже захлопнул дверь каюты. Застучали, удаляясь, шаги.

Я выглянул в иллюминатор. Масса беженцев была от нас метрах в трехстах, упорно пробираясь сквозь невидимый ядовитый газ. Молнии ветвились у них над головой. И все это время рожденное под землей электричество змеилось поверху голубыми щупальцами.

Я поглядел на Стивена. Он побледнел как смерть, глаза его потускнели. Он тяжело дышал. Я помог ему лечь на койку.

Он оттолкнул меня:

– Найди его... Он схватит первый попавшийся под руку пистолет... и придет... закончить свою работу.

– Стивен, у тебя кровь!

– А хрена ли ты хотел? Этот гад пырнул меня ножом. Я что, супермен, что ли?

– Я только...

– Рик, брось меня! Я выкарабкаюсь. Сначала найди этого гада.

С колотящимся сердцем, с пересохшим ртом я шел по палубе. На зубах скрипела падающая с неба гарь. Пепел на палубе доходил до щиколотки и скрипел под ногами, как снег самого Дьявола.

Надо мной из бронированных башен нависали почерневшие от сажи стволы корабельных орудий. Они смотрели поверх голов изголодавшихся беженцев, а те все шли и шли своим смертным путем к кораблю, неся на плечах детей.

На палубе не было никого – ни души.

Прислонившись к ограждению, я задрал голову на верхнюю палубу. Оттуда на беженцев смотрели пятьдесят – шестьдесят стволов – винтовки и автоматы.

Чего они ждут?

Я знал, что наши люди на верхней палубе во власти галлюцинации. Они видят не остатки человечества – изголодавшиеся, почернелые, – а серых чудовищ с кровавыми глазами. А из земли летят искры. Дым висит над равниной, темный и зловещий, как предвестие смерти. Дым обжигает горло, жалит глаза, даже на языке оседает горьким слоем сажи.

Задрав голову, я стал звать по имени людей, которых знал. Они не отвечали. Они были крепко заперты в собственном иллюзорном мире и ждали приказа стрелять.

Я теперь двигался увереннее. Газ почти выветрился из крови, зрение прояснилось. Я знал, что должен сделать: найти этого психа раньше, чем он найдет оружие. Иначе – так же верно, как прорывается на землю огонь Ада, он убьет Стивена, а потом меня. Потом ничто ему не помешает занять место неоспоримого господина и хозяина наших народов. И я ни на миг не сомневался, что это будет тираническое правление.

У кормы корабля я вышел на вертолетную площадку. Палуба была пуста – только всепокрывающий и всеудушающий пепел.

Когда я возвращался к середине корабля, передо мной распахнулась дверь.

Я отскочил, готовый к драке.

– Кейт?

– Рик? Что случилось? Там люди...

Примерно за пять секунд я рассказал ей, что происходит и что я ищу человека, называющего себя Иисусом. Она взялась за ограждение, чтобы не упасть. Газ ее еще не отпустил.

– Он сильно обожжен, – сказал я. – А плохо то, что он все равно может много натворить. Его надо найти, пока он не нашел себе оружия или кого-нибудь из своих людей, которые послушаются его, не задавая вопросов.