Чтение онлайн

– За что?

– Как за что? Начнется расследование, будут выведывать – у кого я купил эту нефть и бомбу вместе с ней. А купил я ее у шейха. Понимаешь?

– Дальновидный ты.

– Тут большого ума не нужно.

– А ты не забыл, что тебе нужно расплатиться кое за что?

– Нет, не забыл. Но мое наказание будет после смерти. Поэтому мне не резон ее приближать. Но и это не главное. Есть еще одна причина.

– Говори.

– Если меня уберут до суда, то они и все следствие закатают в асфальт. Поверь мне, так и будет. Дело это, естественно, будет засекречено, поэтому никакой огласки оно не получит. И в результате меня убьют, я попаду в ад, а бомба все равно останется у них. Я не люблю глупо работать…

– Логично. Вот мы и поняли, почему руководство не предложило нам такой легкий план.

– Остается одно – обезвредить бомбу здесь.

– Как?

– Пока ты валялся без сознания, я много обдумал.

– Выкладывай.

– У нас нет ни единого шанса завладеть пультом, потому что шейх сейчас очень насторожился. Пока он ничего понять не может. Наверное, сейчас он ходит по моей вилле, и у него уши трещат от напряженных размышлений. Он уже знает, что я неожиданно сильно постарел, приплелся в одних трусах вместе с каким-то суперменом по берегу рано утром, устроил погром в собственном доме, усыпил весь персонал, обезвредил повара, взорвал Фадлана и завершил столь экстравагантный выход эффектным аккордом, разворотив неизвестно куда ведущий тоннель.

– Как бы у него процессор не задымился от такого…

– Как бы у нас чего не задымилось! Давай думать дальше: что бы ты на его месте сделал?

– Я бы не стал долго думать, а отправил бы танкеры в Америку и нажал бы пульт сам.

– Это самое примитивное и глупое, что только можно придумать. Если шейх погонит танкеры как свою собственность, то при взрыве их он окажется за решеткой. Но он хотел продать их мне. В таком случае, я оказался бы за решеткой. И там все по той же схеме – секретное следствие и мой труп в камере. Правда, он может продать суда кому-нибудь другому. Но он не знает – где я. И чувствует, что я владею всей информацией.

– Нелегкое у него положение…

– У нас не лучше. Сейчас он будет искать меня, поэтому нам нужно просчитать каждый шаг. Я уверен, его люди уже получили приказ достать нас хоть из-под земли.

– И из-под воды.

– Правильно мыслишь. У них есть корабли береговой охраны и вертолеты с глубинными сканерами. Скорее всего, они уже начали охоту.

– Сколько идти до рейда, на котором стоят танкеры?

– Пол часа. Не меньше.

– Ну, давай, жми, как говорится, на всю катушку!

– Тут небольшие глубины, видишь, как светло? Думаю, что нас можно увидеть невооруженным глазом с любого самолета.

– Будем надеяться на чудо.

– Чуда не будет. Я уверен, что первым делом шейх постарается прикрыть этот танкер со всех сторон, и мы идем на всех парах прямо в его руки.

– А если нам где-нибудь затаиться и подождать хотя бы до ночи?

– За это время они прочешут каждый метр акватории, и все равно найдут нас.

– Ну и что же ты предлагаешь? Ты же думал четыре часа!

– Есть у меня одна идея…

– Ну, говори!

– Это – единственная возможность остановить шейха.

– Ну не тяни же резину!

– Нам нужно потопить этот танкер.

– Хорошая мысль! У нас на борту есть торпеды?

– Я не шучу. Торпед у нас нет. Но у нас есть наша субмарина, которая имеет систему самоликвидации.

– Какова мощность заряда?

– Я в этом ничего не понимаю. Но изготовитель гарантировал полное уничтожение.

– Но ты же представляешь, что мы погибнем?

– Естественно, я об этом подумал. И я согласен, если это поможет делу.

– Но как же мы подойдем к танкеру, если он со всех сторон прикрыт?

– Будем блефовать. Давай свой Интернет-приемник. Поговорим с шейхом!

Михаил снял с шеи приемник и отдал Коэну. Тот медленно развернул дисплей, набрал адрес шейха, но не решался нажать ENTER.

– Чего ты ждешь?

– Что нужно говорить вашему Богу в таких случаях?

– Почему «вашему»? Это и твой Бог.

– Но я не знаю, как к нему обращаться.

– Ты перекрестись и скажи «Господи, благослови», а все остальное Он и сам видит и знает.

– Но я же не крещеный.

– Мы тебя крестим потом.

– Когда, если я сейчас погибну? Некрещеные ведь все идут в ад? Хотя, какая мне разница…

– Действительно, чего ты так переживаешь? – улыбнулся Михаил.

– Не понимаю твоего цинизма. Я стою на пороге вечных мук, вообще-то.

– Не обижайся. Наверное, это у меня профессиональное. Я столько раз уже стоял и на пороге, и в самом аду бывал, хоть ты мне вряд ли поверишь…

– Почему? Я верю. Я знаю, что ты был в аду. Пока ты был без сознания, я разговаривал с Лизой. Она мне рассказала многое про ваш проект и про ваши задачи.

– О! Если она тебя посвятила в наши тайны, значит, твоя персона серьезно рассматривалась на Совете и у них на тебя есть какие-то виды.

– Не смеши. Какие виды могут быть на матерого крахобора… Просто она прекрасно понимает, что все эти тайны я унесу с собой.

– Безусловно, унесешь. Лиза – девушка умная. Просто так трепаться не станет.

– Скажи, Михаил, Бог помогает некрещеным?

– Все люди – Его дети. Он помогает всем.

– Но какой смысл Ему помогать некрещеным, если они все равно стройными рядами идут в ад?

– Ну, может быть, этот некрещеный сделает какой-нибудь поступок, который поможет общему делу. Простой пример: Бог может помочь некрещеному вырыть колодец для того, чтобы из него когда-нибудь напился погибающий крещеный. Это, конечно, примитивная демагогия. Но принцип примерно такой. В природе нет ни одного лишнего элемента.

– Значит, я могу помолиться, чтобы Бог мне помог сделать то, что спасет миллионы крещеных?

– Да, если ты помолишься именно с этой мыслью, Бог обязательно поможет. Дерзай! А потом, как-нибудь, я тебе скажу еще кое-что.

Коэн неумело перекрестился, что-то сосредоточенно прошептал себе под нос и решительно вызвал шейха на видеосвязь.

На мониторе появилось удивленное лицо Аль-Абаса.

– Джонатан! Это ты! Где ты?

– Здравствуй, здравствуй, дорогой друг! Прости за то, что вынужден так конспирироваться, но обстоятельства, побудившие меня выбрать такое поведение очень серьезные!