Чтение онлайн

Далее: «А Андром ему сказал: «Замолчите, ИБО Я НЕ УДОСТОЮ ВАС ОТВЕТА!» [117], с. 22.

Итак, мы видим хорошее согласование евангельского сюжета с историей Андроника.

Евангелия говорят: «Пилат сказал: какое же зло сделал Он? Но они (народ и первосвященники – Авт.) кричали: да будет распят. Пилат, видя, что ничего не помогает, но смятение увеличивается, взял воды и умыл руки перед народом, и сказал: невиновен я в крови Праведника Сего; смотрите вы. И, отвечая, весь народ сказал: кровь Его на нас и на детях наших. Тогда… Иисуса бив, предал на распятие» (Матфей 27:23–26).

Робер де Клари описывает практически те же события: «Когда император Кирсак услышал, что ОН (Андроник – Авт.) НЕ ЖЕЛАЕТ УДОСТАИВАТЬ ЕГО ОТВЕТА, ОН ПОВЕЛЕЛ СОЗВАТЬ ЖИТЕЛЕЙ ГОРОДА, ПРИКАЗАВ ИМ ЯВИТЬСЯ К НЕМУ. И когда они пришли к нему, император сказал им: «Сеньоры, вот Андром, который содеял столько зла и вам, и другим (здесь, как мы видим, опять звучит осуждающий пропагандистский нажим Робера де Клари – Авт.). МНЕ КАЖЕТСЯ, ЧТО Я НЕ СМОГУ ТВОРИТЬ НАД НИМ ПРАВОСУДИЕ, чтобы удовлетворить желание каждого из вас; И Я ОТДАЮ ЕГО ВАМ, ЧТОБЫ ВЫ СДЕЛАЛИ С НИМ, ЧТО ЗАХОТИТЕ». И ЖИТЕЛИ ГОРОДА ОЧЕНЬ ВОЗРАДОВАЛИСЬ ЭТОМУ И СХВАТИЛИ ЕГО» [117], с. 22.

Далее Робер де Клари описывает страдания Андроника и его мученическую смерть. К данному сюжету мы подробно обратимся через некоторое время.

Никита Хониат помещает в своей «Истории» следующий, на первый взгляд кажущийся не очень понятным, рассказ. Якобы еще при жизни царя Мануила Андроник, находящийся в изгнании, решил прийти к царю с повинной. Приведем рассказ почти полностью: «Царь согласился… и через некоторое время Андроник является. Как человек ловкий и способный на все плутовские проделки, ОН НАДЕЛ СЕБЕ НА ШЕЮ ТЯЖЕЛУЮ ЖЕЛЕЗНУЮ ЦЕПЬ, которая опускалась до самых пят, и скрыл ее под одеждой… Получив дозволение войти и представиться самодержцу, он, как только показался ему на глаза, тотчас же растянулся на полу во всю длину своего огромного роста, выставил напоказ цепь и, со слезами на глазах, пламенно и трогательно просил прощения во всем, чем оскорбил царя. Царь, изумленный этим зрелищем (фантазирует Хониат, поскольку подобные действия выглядят достаточно дико и ничем не мотивированы – Авт.), прослезился сам и приказал поднять Андроника, но он уверял, что не встанет с пола, пока КТО-НИБУДЬ ИЗ ПРЕДСТОЯЩИХ ПО ПРИКАЗАНИЮ ЦАРЯ НЕ ПРОТАЩИТ ЕГО ЗА ЦЕПЬ ПО СТУПЕНЯМ ПРЕСТОЛА И НЕ ПОВЕРГНЕТ ПРЕД ЦАРСКИМ СЕДАЛИЩЕМ. Как просил Андроник, так и было сделано. А исполнил это дело Исаак Ангел, который впоследствии лишил Андроника власти – событие, которому нельзя не удивляться и которое едва ли можно объяснить бессмысленным стечением обстоятельств или простым случаем» [140], с. 241–242.

Рассказанная история выглядит настолько странно, что сам Никита Хониат не удерживается от растерянного комментария. Дело в том, что если бы нам сказали, что это произошло уже когда Андроника схватили и повели на казнь, то все стало бы на свои места. Но у Никиты Хониата рассказ помещен совсем в другое место, а именно, отнесен к тому времени, когда отношения между Андроником и Мануилом были хотя и сложными, но не настолько плохими. И уж во всяком случае в тот момент подобного унижения от Андроника никто не требовал. Сам Хониат, вероятно, понимал, что данный сюжет находится «не на своем месте» и поэтому путано рассуждает о невозможности случайного совпадения.

Но теперь мы понимаем – о чем на самом деле идет тут речь. Вспомним евангельский рассказ о захвате Христа воинами. См. выше цитаты из книги «Страсти Христовы». Там подробно говорится о железной цепи, возложенной на шею Христа. Сказано, как его тащили за цепь, см. рис. 2.72 и рис. 2.73. Оба рассказа – и евангельский, и Никиты Хониата – поразительно схожи. Здесь мы видим, как одно и то же событие на страницах различных летописей могло иногда истолковываться совершенно по-разному. В данном случае евангельское описание намного реалистичнее. Что касается рассказа Никиты Хониата, то перед нами – явно затуманенное и искаженное отражение событий. Тем не менее, основной мотив, а именно, что Христа-Андроника тащили за цепь на шее (по земле или по ступеням), передан точно.

Рис. 2.72. «Несение креста». Лотто. Якобы XVI век. (Лувр). Взято из [87], с. 255. Христа волокут на казнь за веревку на шее.

Рис. 2.73. «Коронование терновым венцом». Антонио де Переда. (Прадо). Взято из [111], с. 129. Веревка обвязана вокруг шеи Христа. Веревка, охватышающая шею Христа, показана также и на картине «Несение креста» Марко Пальмедзано якобы 1535 года. См. [114], с. 142, илл. 129.

Впрочем, цепь на шее Андроника упоминается у Хониата еще раз и уже «на своем месте». А именно, при описании ареста Андроника. Когда свергнутого Андроника схватили, «его заключили в тюрьму, называемую Анема, наложили на его гордую шею ДВЕ ТЯЖЕЛЫЕ ЦЕПИ, НА КОТОРЫХ ДЕРЖАТ В ЖЕЛЕЗНЫХ ОШЕЙНИКАХ СОДЕРЖИМЫХ В ТЮРЬМЕ ЛЬВОВ и заковали ноги его в кандалы. Когда В ТАКОМ ВИДЕ его привели и представили царю Исааку, его осыпают ругательствами, бьют по щекам, толкают пинками» [140], с. 356–357.

Очевидно, перед нами – краткий пересказ того же самого евангельского сюжета: Христа с железной цепью на шее волокут на судилище.

В евангельском изложении, Христа, после его пленения, ведут на двор Анны архиерея [127], лист 63, см. выше. У Никиты Хониата говорится, что как только Андроника схватили, его первым делом заключили в тюрьму под названием АНЕМА [140], с. 356. Похоже, что здесь АННА и АНЕМА – одно и то же слово. В одном случае говорится о дворе Анны, а в другом – о тюрьме Анема. Надо сказать, что буквы H и М в старых текстах могли легко путаться из-за того, что, например, обе иногда обозначались одним и тем же символом – волнистой черточкой, см. книгу «Империя», Приложение 2. Опять мы видим, как на страницах разных летописей одно и то же слово приобретало чуть разные формы и по-иному истолковывалось. Один переписчик воспринял его как имя архиерея, другой – как название тюрьмы.

Как пишет Хониат, Андронику перед казнью ВЫКАЛЫВАЮТ ЛЕВЫЙ ГЛАЗ. «Спустя несколько дней ему выкалывают левый глаз, сажают на паршивого верблюда и с торжеством ведут по площади» [140], с. 357. В Евангелиях об этом ничего не говорится, но на Плащанице видно, что один глаз у Христа был действительно поврежден и, скорее всего, выколот, см. выше. На данное обстоятельство обращали внимание разные исследователи. На фотографиях Плащаницы хорошо видна большая вертикальная рана, пересекающая правый глаз, см. рис. 1.17. Хониат пишет о левом, а не о правом глазе, но не надо забывать, что текст Хониата отнюдь не является оригиналом. Как мы видели, это – некая компиляция старых источников, сделанная поздним редактором. Кроме того, сами документы очевидно тоже появились в результате многократных переписок. Как мы теперь понимаем, история Христа была действительно очень древней. Двенадцатый век – это глубокая древность, согласно новой хронологии. Мы не можем требовать полного совпадения описаний во всех деталях. Тем не менее, существенные черты событий, как мы обнаруживаем, сохранились достаточно хорошо. В данном случае – выколотый глаз.

Вспомним также, что у Хониата император Андроник сравнивался с ЦИКЛОПОМ [140], с. 279. Напомним, что Циклопы это – «ВЕЛИКАНЫ, С ОДНИМ ГЛАЗОМ во лбу, они отличаются необычайной силой» [154]. Кроме того, циклопы «принадлежат к ДРЕВНЕЙШЕМУ ПОКОЛЕНИЮ БОГОВ» [95], т. 1, с. 649.

Возникает впечатление, что Хониат называет Андроника ЦИКЛОПОМ далеко не случайно. Скорее всего, мифологический Циклоп – это и есть Христос, которому перед смертью выкололи глаз. Христос был большого роста. Впоследствии народная молва создала на данной основе образ могучего одноглазого великана – Циклопа. На рис. 2.74 – рис. 2.76 приведены рисунки с «древне»-греческих амфор – ослепление Циклопа Полифема.

Рис. 2.74. Ослепление циклопа Полифема. Рисунок на «древне»-греческой вазе. Взято из [82], с. 437.

Рис. 2.75. Ослепление циклопа Полифема. Фрагмент росписи проаттической амфоры из Элевсина. Якобы 670–650 годы до н. э. Элевсин, музей. Взято из [95], т. 1, с. 649.

Рис. 2.76. «Древне»-греческое изображение: «Ослепление Полифема». Взято из [198], с. 305. Обращает на себя внимание большая рыба рядом с Полифемом. Напомним, что рыба (ИХТИОС) считалась одним из символов Христа. Более того, само слово ИХТИОС могло обозначать Христа.