Чтение онлайн

Иван, видимо, тоже вспомнил о своей бедной возлюбленной, томящейся в плену у высасывающего из нее все соки изувера. На его пригожее, осунувшееся за последние дни лицо набежала тень. Между бровями залегла упрямая складка, на скулах заиграли желваки. Была бы его воля, он бы вступил в схватку с супостатом уже сегодня. И все же ему пришлось смириться. К счастью, царские слуги не заставили себя долго ждать.

Около полудня в ворота постучали, и на двор въехали всадники в островерхих шлемах с бармицами и пластинчатых доспехах, сиявших начищенной медью, точно инструменты духового оркестра. Чуть поодаль поджидали стражники в черненых латах, украшенных серебром и вычурной позолотой. Впрочем, сами по себе эти тридцать три богатыря, а каждая из цариц прислала по десятку личной охраны с командиром, на улице позапрошлого века смотрелись хоть и чужеродно, но вполне объяснимо. Но в качестве экипажа, на котором нам предстояло добраться до дворца, царицы прислали гигантских размеров печь с лежанкой, вроде той, какую мы видели у деда Овтая. Только застеленную ворсистым ковром, дополненным для большего комфорта мягчайшими подушками. Занимая место между Левой и Иваном, я после вчерашнего все ждала какого-то подвоха. Но царицы, видимо, не желали нам зла. Во всяком случае — пока.

— А где же «По щучьему велению»? — разочарованно протянул Иван, когда печь мягко тронулась с места одновременно со всадниками и безо всякой команды.

— А ты думаешь, царицам в своей вотчине нужно чье-то повеление? — усмехнулся Лева, устраиваясь поудобнее и заботливо подкладывая мне под спину подушки так, чтобы я могла, вальяжно развалившись на лежанке, еще и все рассмотреть. — Средняя из сестер, которая Серебряным царством правит, и есть та самая щука. Старшая гуляет по морям золотой рыбкой. А правительнице Медного царства больше по душе облик белки. Тем более что песни и изумруды она одинаково любит.

Пока я осмысливала новую порцию информации о древней и могущественной хтони, с которой нам сейчас придется иметь дело, Иван свесился с лежанки, заглядывая в горнило и опечье в поисках движка или хотя бы колес.

— И каким же образом эта мечта лодыря едет? — поинтересовался он, ничего не обнаружив.

— Да таким же, как и у Емели — при помощи магии, — пожал плечами Левушка. — Все-таки это личный экипаж цариц. А так здесь есть и тарантасы, и автомобили, и паровой броневик. В Золотом царстве даже троллейбусная линия проложена в стиле пятидесятых годов прошлого века.

В самом деле, мы не проехали и пары километров, как нам навстречу начали попадаться все перечисленные виды техники, кроме троллейбусов и броневика. Хотя все же в большинстве своем жители Медного царства передвигались на лошадиной тяге.

Что же касалось былинных богатырей, то на их счет я не совсем ошибалась, поскольку в Чертогах предков, принимавших как язычников, так и умеренных материалистов, собрались люди, жившие как сто, так и тысячу лет назад. И про древних пращуров, которые иногда забредали в Красную слободу из своего Ярилина городища или приходили по торговым дням на ярмарку, братья и их домочадцы охали, что они все сущие дикари, и дай им волю — они тут все сожгут и растащат.

В Красной слободе в основном обитали современники Сурая и его братьев, большинство жителей одевались по моде двадцатых-сороковых годов прошлого века либо продолжали, как Настасья, носить традиционные крестьянские костюмы разных регионов. Несколько раз, правда, нам попадались дамы в кринолинах, кавалеры в сюртуках или фраках и даже солдаты в форме Преображенского полка.

Однако потом печь, плавно ехавшая по брусчатке, миновав что-то вроде заставы, огороженной крепким частоколом, запрыгала по мощеной бревнами кривой улочке. А крепкие пятистенки сменили крытые дерном приземистые избенки и даже землянки, вместо труб имевшие на крыше дымогоны, а то и вовсе топившиеся по-черному. Их обитатели, смотревшие на нас настороженно, но с почтением, своими костюмами напомнили мне ребят из Никитиного клуба исторической реконструкции эпохи Древней Руси. Разве что бороды мужчин выглядели куда менее ухоженными, а косы девушек, носивших височные кольца вроде моих, спускались до пояса, а то и до пят. Стоит ли говорить, что большинство мужчин носили ножи или даже мечи, бабы кутались в повойники. А над домами витал густой запах дыма и чеснока.

Впрочем, обитателей Ярилина городища я толком не рассмотрела просто потому, что увлеклась зрелищем куда более невероятным. По улице в сторону дворца, чинно уступая нам дорогу, двигались мамонты. Сидевшие на них люди в белых длиннополых одеждах степенно кивали страже и как ни в чем не бывало продолжали путь.

Мой бедный Иван даже привстал.

— А мамонты-то тут откуда? — потрясенно спросил он, рассматривая вымерших гигантских животных, двигавшихся с неповторимой грацией и спокойствием своих измельчавших бесшерстых родственников.

— Так это послы из Аркаима [10] пыль в глаза пускают, намекают на свою древность и суверенность, — нарушил молчание один из наших спутников — осанистый десятник из Золотого царства, чья медвяного цвета борода спускалась ниже отягченного мечом наборного пояса. — Опять челом бьют, чтобы царицы прекратили распространение в вашем мире глупых небылиц про их город и позволили им рассказать правду. А как расскажешь, когда у них ни письменности не сохранилось, ни внятных упоминаний в дошедших источниках. Пусть скажут спасибо, что городище удалось отстоять.

— Так разве Аркаим не легенда? — потрясенно глядя в сторону послов, спросила я, вспоминая сетования Никиты на досужие байки разных родноверов и прочих альтернативщиков, считавших древнее городище чуть ли не постройкой инопланетян.

— Не большая, чем Троя или Минойское царство [11] , — кивнул Лева.

— Существование на Урале Страны городов — доказанный научный факт, подкрепленный раскопками, — отвлекся от завороженного созерцания реликтовой фауны Иван. — И первая победа ученых над зарвавшимися гидроэнергетиками.

— А Тисульская принцесса [12] ? — вспомнив рассказы Ивана о его поездке в Сибирь, спросила я.

— Младшая сестра наших цариц, — строго кивнул давешний десятник, которого я про себя назвала Черномором. — И нечего было ее саркофаг тревожить!

Иван тоже хотел что-то спросить, но в этот момент наш кортеж подъехал к хоромам, и нам стало не до праздных расспросов.

Хоромы цариц представляли собой крепость, окруженную белокаменной зубчатой стеной с дозорными башнями и четырьмя воротами, из которых трое днем были всегда открыты, готовые принять жителей Медного, Серебряного и Золотого царств, а четвертые, смотревшие в сторону Нави, круглосуточно оставались на запоре. Именно от них вела дорога к Калинову мосту, куда мы с Иваном и Левой так стремились попасть.

Царицы жили в трех соединенных крытыми галереями теремах, напоминавших одновременно и шедевры деревянного зодчества вроде Кижского погоста, и вычурные декорации к сказкам. Разве что построены были не просто добротно, а в прямом смысле на века. Проложенные плотными жгутами мха нижние венцы срубов поражали своими размерами. Иван, который прикинул, что за деревья пошли на постройку и сколько до этого простояли в лесу, только присвистнул.

— Да это же реликтовые метасеквойи, как в провинции Хубей! Им по нескольку тысяч лет.

— И срублены в миоцен-плиоцене или даже меловом периоде, — кивнул Лева. — Во всяком случае, эти терема стояли тут раньше Аркаима и египетских пирамид.

Трудно сказать, какой архитектурный стиль преобладал в Аркаиме, но богатством отделки и причудливостью резьбы терема цариц могли поспорить не с пирамидами, а скорее с древнеиндийскими храмами. При этом я отмечала привычные славянские знаки и символы верхнего и нижнего миров вроде оленьих рогов на коньке, полотенца с солнцем в зените или волнообразного орнамента по отливам.