Царица Луизиана
Шрифт:
Ночью Кэтрин захватила все артефакты, Книгу заклинаний, и тайно отправилась в заброшенный парк, где и находился семейный склеп Моубрейев.
Луизиана отпустила душу подруги уйти за грань сознания, и стала зачитывать темное опасное заклятье с записей ее дворцового Архимага Белуниса, самого порочного полубога на Гознаре, и ее любовника. Оно было о реинкарнации, перемещении Душ. Хорошо, что подземелье, где был расположен склеп, надежно и наглухо закрывали толстые каменные стены. Они сохраняли не только холод и сырость, но и не пропускали шум. Иначе, весь народ в округе, смог созерцать сильнейшую грозу и ураган над усадьбой торговца. Тело Кэт с трудом удерживалось на ногах, она боялась оглохнуть от перекатов грома, и ослепнуть от вспышек молний. Земля под ногами ходила ходуном и трескалась, а сознание покинуло рокнарку и Царицу.
Очнулись девушки одновременно, и с удивлением смотрели друг на друга. Вверху горел магический огонек, и было все хорошо видно.
– Что - то пошло не так, - проговорила Кэтрин голосом Луизианы, - ты как себя чувствуешь?
– Нормально, - медленно поднялась Язмин, ощупывая себя дрожащими руками.
– О, Боги, - тут же вскрикнула она, - это не я. Куда ушла моя душа, и почему она отдельна от моего тела. Я вижу себя со стороны.
– Не кричи, - тревожно прошипело ее тело голосом Царицы, - чем тебе не нравится тело Язмин, она красавица. Это я должна злиться, что стала наполовину оборотнем. За что Боги прокляли меня. Какой позор для всей ветви моего рода Царей Гознара.
– Меня мое тело устраивало, - чуть не плакала Кэт, - верни все назад, переделай заклятье и повтори ритуал.
– Хочешь отправить наши души во Вселенную, - кричала Царица, - это не простые фокусы на балагане, а сильная магия Богов. Очень долго мой дух был в твоем теле главным, поэтому и остался там. Твой слабее, и, особенно не сопротивляясь, перешел к Язмин. Теперь, не возможно все исправить, так что радуйся, что стала прекрасной, человеческой девушкой, и опять невинной. Через лет так сто, сможем повторить ритуал, если, конечно, захочешь.
– Мне тяжело двигаться, - пыталась успокоиться Кэтрин, но все еще нервничала.
– Разомнись немного, - подсказывала Луизиана, настороженно рассматривая себя, - нам надо спешить, и как можно скорее покинуть дом торговца и хорошо закрыть саркофаг и запечатать склеп. Неизвестно сколько времени мы здесь провалялись.
– Надо переодеться, причесаться, - и Кэт быстро достала из большой сумки платья, украшения и туфли.
– Сейчас исправлю твой новый облик и сделаю тебя рыженькой, - быстро говорила Царица, - глаза пусть тоже будут зеленые. Так мы больше похожи на сестер, и ты скорее привыкнешь к новому образу.
– Магия ушла от меня?
– беспокоясь, спросила рокнарка.
– Сила энергии не в теле, а в душе и разуме, - усмехаясь, отвечала Лиза, - на тебе сильный артефакт отца. Мне было жалко его отдавать, но я надеялась со временем вытиснуть твою душу. Но, поздно жалеть, и ты сильный маг и прекрасная женщина.
– А что будет с тобой?
– забеспокоилась Кэтрин.
– Не волнуйся, - решительно говорила Царица, - пока мне достаточно силы от моих артефактов, они не слабее твоего. Позже я найду способ пополнить нашу энергию. Это не проблема для магов нашего уровня.
Из сумерек заросшего парка, вышли две очаровательные девушки. Одна из них приманила весь багаж, направляя его к дороге, и сразу раздался стук копыт. К ним подъехала богатая повозка, и кучеру было поручено ехать к особняку господина Эвелин дер Морган.
– С нашим "дядей" буду говорить я, - приказным тоном проговорила Лиза, когда они отъехали дальше от парка, - ты робко улыбайся, можешь, даже, всплакнуть немного, это не помешает.
Было заметно, что Царица волновалась, и всю дорогу мысленно прокручивала в голове план внушения "дядюшке", что они с Кэт его любимые племянницы, вырвавшиеся из рук варваров, где в не равной битве погибли их родители.
Домом, это старинное, каменное сооружение можно было назвать с трудом. Все это мрачное, окруженное заброшенным, неухоженным парком, походило на не большой замок. К нему вела заросшая травой дорога, по которой девушки, немного постояв, и набравшись смелости, отправились к входу. Кучер должен был ждать дальнейших распоряжений.
– Может, надо было выбрать дядю менее богатого и влиятельного, - трусила Кэтрин.
– Поздно, дорогая, - убежденно отвечала Лиза, - значит, так было суждено. Я чувствую, все будет хорошо.
Прислужница господина Эвелин дер Морган, Фелина долго не хотела беспокоить хозяина из за подозрительных молодых особ, явившихся в такую рань. И, только, когда Кэтрин проговорила, что они являются близкими родственницами ее господина, их подозрительно осмотрели, и уже более вежливо попросила обождать.
Царица активировала артефакт, читая заклинание внушения, и он выглядел на ее нежной шейке, простым украшением. Девушки переглянулись, подбадривая друг друга решительными улыбками, и приготовилась к битве по завоеванию "дядюшкиной" любви и признания.
Суровая прислужница отсутствовала не долго, и скоро провела взволнованных девушек в одну из комнат хозяина дома, похожую на кабинет. Она предложила им присесть, но Кэтрин и Лиза решили встретить господина Эвелин дер Морган, стоя. Комната была большая, но темная из за тяжелых коричневых портьер. У стен стояли массивные книжные шкафы. На их полках красовались вазы из стекла, фарфора и серебра, так же сверкали золотом не большие статуэтки. У камина на полу лежал огромный ковер, а у круглого стола расположились стулья с высокими спинками. Все смотрелось богато, но безвкусно, решила Царица, и настороженно прислушивалась.
Около дверей раздались громкие шаги, в комнату, резко зашел не молодой мужчина и пристально взглянул на девушек. Луизиана перехватила его удивленный взгляд и молча считывала всю нужную информацию. Кэтрин испуганно рассматривала самого хозяина. Он выглядел старше ее отца, но был подтянут и физически развит. Темно каштановые волосы с проседью были завязаны в хвост кожаным ремешком. Лицо осунувшееся, но открытое и волевое. Брюки обтягивали стройные ноги, а высокие сапоги доходили до колен. Темно синий военный сюртук был расстегнут, как и верхние пуговицы светлой рубашки под ним.
У девушки проснулась совесть, что им приходится обманывать такого приятного и пожилого господина, и она вздрогнула от его хриплого, но громкого голоса.
– Приветствую вас молодые дамы в моем доме. Не буду скрывать, что удивлен вашим визитом. Мне передала прислужница, что вы являетесь моими родственницами, - мужчина пытался держаться спокойно и достойно, но было заметно, как нелегко ему это дается.
– Простите нас господин Эвелин дер Морган за такой дерзкий без приглашения визит, но после многих поисков и расследований, мы, почти, убедились, что вы являетесь, нашим дядей и братом погибшего отца, - делая вид, что сильно волнуется, запинаясь, говорила Луизиана.