Царица Пальмиры
Шрифт:
Дагиан приезжала на остров, чтобы присутствовать при родах Зенобии. Она привезла с собой старуху-травницу из племени добунни. Роды прошли легко, но травница посоветовала Зенобии не иметь больше детей.
— Вы уже не девушка, и ваша бурная жизнь подточила организм. Я могу помочь вам восстановить силы, но еще один ребенок убьет вас!
— Но ведь Эда старше меня, однако продолжает рожать малышей! — запротестовала Зенобия.
— Госпожа Эда всю жизнь провела в Британии. Кроме того, она рожала детей на протяжении всей своей замужней жизни. А какая разница в возрасте между вашей дочерью и сыном, которого вы только что родили? Слишком большая! Не бойтесь, госпожа! Мальчик здоров и станет отцом множества ваших внуков! Я дам вам кое-что, чтобы вы снова не зачали ребенка.
— Послушайся ее! — сказала Дагиан, увидев несчастное выражение в глазах Зенобии. — Она еще никогда не ошибалась!
Зенобия согласилась, хотя и неохотно. Она так надеялась подарить своему мужу нескольких сыновей… Однако Марк не испытал разочарования из-за того, что у них не будет больше детей. Он так радовался, что она вообще смогла родить ему еще одного ребенка.
Они назвали мальчика Луцием в честь его деда. Теперь ребенку исполнилось шесть месяцев. Они жили на острове уже больше года, и Зенобия совершенно успокоилась. Она больше не боялась плена. Она любила своих детей, но временами ей становилось грустно.
Однажды после полудня она бродила по дому и застала Марка в его библиотеке, склонившегося над какими-то картами. Присоединившись к нему, она увидела, что на карте написано «Иерне».
— Это то самое островное царство к западу от Британии? — спросила она.
— Да.
— Там есть римляне?
— Нет, насколько я знаю, — А кто там живет?
— Не знаю, любимая.
Он посмотрел на нее, и она увидела в его глазах то же самое страстное стремление, которое он мог прочитать в ее глазах.
— Когда мы отправляемся? — спросила она.
— Мы?!
— Уж не думаешь ли ты, что я останусь здесь, как хорошая римская жена, в то время как ты отправишься на разведку?
— Но как же дети?
— Это прекрасный предлог, чтобы удержать твою мать у нас. Что же касается Луция, то молока у меня не слишком много. Зато среди рабынь есть одна женщина, которая только что родила мертвого ребенка, и у нее есть молоко. Позволь мне передать ей Луция!
Она схватила его за руки.
— Я не хочу расставаться с тобой, Марк. Я скучаю, томлюсь без дела. Наш островок действительно безопасное место, но мне нечем заняться!
— Это может быть опасно, любимая!
— Ох, я надеюсь на это!
Ее лицо так и засияло от предвкушения, словно у ребенка, который с нетерпением ждет какого-то особенного удовольствия.
— Ты никогда не станешь настоящей римской женой! — сказал он с притворным отчаянием, но в его синих глазах светилась любовь к ней, любовь, которая будет жить вечно.
— Нет, Марк, я никогда не стану настоящей римской женой, хотя буду когда-нибудь такой же старой, как Баб.
Ее серебристые глаза смеялись, отвечая ему сочувствием и любовью.
— Тогда, — медленно произнес он, — тогда нам ничего другого не остается, как только ехать на разведку вместе. Может быть, мы найдем новое царство, которым ты сможешь править, любимая!
— Нет, — ответила она. — Я правила Пальмирой, самым великим городом на Востоке, а может быть, и на всей земле. Для меня не существует другого земного царства. Я счастлива жить с тобой и править царством твоего сердца!
Его руки легко опустились ей на плечи, и, он снова произнес те слова, которые помогли ему впервые завоевать ее:
— Я любил тебя с незапамятных времен и буду любить тебя еще долго после того, как воспоминания о нас сотрутся с лица земли!
Сердце Зенобии затрепетало. Она чувствовала, что счастьем пронизано все ее существо. Марк опустил голову и захватил ее губы в нежном, но страстном поцелуе. Весь мир лежал перед ними. Чудесные новые приключения ожидают их. Все будет прекрасно, ведь Марк Александр Бритайн с ней навеки. Она все еще любима богами, хотя в конце концов последнее слово будет за ними! И этого достаточно, подумала Зенобия. Этого больше чем достаточно!