Чтение онлайн

– Что делается?
– ещё раз спросила девушка.
– С какой целью эфоры собрали людей?

– Вы видите, что Клеон привёл обещанных фракийцев, но теперь мало кто считает это хорошей идеей, это только обостряет противостояние землевладельцев и людей победнее, ибо многие думают, что варвары прибыли защищать наше добро, а не полис. Вы ещё не знаете, что делается в ремесленных кварталах? Там народные вожаки, Ификл и Агорократ, собрали своих сторонников, в основном неполноправных, они давно готовились, поэтому у них достаточно оружия. Я слышала, что эфоры послали туда часть фракийцев, хотят и спартиатов с собрания прямо повести бить чернь.

– Боюсь, что с мятежниками теперь и Каллисто, под Амиклами у неё стоят до сорока воинов, но их пока задерживают мои, - сказала Габриэль.
– Где Дамон? Ты должна знать его.

– Он тоже в опасности сейчас, никогда я не знала, как относиться к его смелым замыслам, о коих шептались многие, но, так или иначе, его объявили одним из мятежников, как и нескольких его друзей. Похоже, что Дамон как-то прознал о решении магистратов, с самого утра его с друзьями никто не видел, говорят, воины, посланные схватить его, нашли дом пустым, а сам он где-то скрывается. Тут многие могли бы встать на его сторону, поэтому другие члены совета так и жаждут его обезвредить.

В это время, как пояснила женщина, слово взял Клеон, вместе с которым на возвышение поднялись двое из фракийцев, судя по их виду, это были командиры. Оратор поведал, что доблестные Ономарх и Бисалт блюдут здесь интересы римского наместника, и, вместе с ними, магистраты восстановят порядок в Спарте, что главная задача сейчас - подавить мятеж в городе, потом же посредничество римской власти поможет уладить дела с периэками. Однако ему кричали из толпы:

– Нам не нужны фракийцы! У нас есть оружие! Мы люди свободные! Кто землю вернёт?!

Из одного места в дальнем конце площади кто-то запустил несколько камней в портик, но тут же стоявшие рядом напали на смутьянов, завязалась драка, над головами сверкнул клинок меча. В другом месте фракиец теснил горожан, показавшихся ему слишком подозрительными, масла в огонь подлил один из людей Клеона, закричавший на всю площадь, что Дамон обнаружен в одном из храмов неподалёку, где засел с вооружёнными друзьями. Габриэль больше не могла терпеть, она должна была выступить от имени Зены, хотя Персей и говорил ей, что она рискует головой, но девушка ничего не хотела слушать, проталкиваясь через море людское к портику. Рядом с возвышением нарочито облачённые в льняные панцири, но без щитов фракийцы хотели её задержать, поглядывая на её вооружение, однако эфоры, поднявшиеся на возвышение и заметившие спор внизу, велели её пропустить, полагая, что она несёт какие-то важные новости от Зены. Многие заметили её на площадке, указывали и шептались о чём-то, она же просила Агафона призвать Дамона для оправдания, готова была за него поручиться, но тот был против. Тогда девушка прямо обратилась к народу, стараясь говорить громко и без дрожи в голосе:

– Послушайте меня, спартиаты, я не отниму много времени! Ради уважения к Зене, которую вы встречали не так давно с воодушевлением, послушайте! Дивлюсь я, что вы так легко обвиняете Дамона в мятеже, даже не выслушав его оправданий, а, ведь, он - человек знатный, и никто не может упрекнуть его в пренебрежении к полису! У вас есть реальные враги, что заняли сейчас часть города и приютили у себя разбойников, на них обратитесь, а не преследуйте врагов ложных!

Такие речи магистратам не понравились, Агафон делал ей предупредительные жесты рукой, только стоявший внизу Персей, что крепко сжимал рукоять меча, не позволял подняться фракийцам. Однако Габриэль продолжала:

– Я готова поручиться за Дамона, ибо полностью уверена в нём! Велите же сейчас призвать его из храма, дабы он предстал перед вами!

– Этот человек смущал народ речами против Рима, - возразил один из командиров фракийцев.
– Его ждёт законный суд.

– О чём ты говоришь! Тебя призвали, как я помню, для борьбы с реальными мятежниками, но твои воины заняты другим!

– Я послал в мятежные кварталы почти полсотни воинов, они справятся, а ты спускайся вниз, ибо смущаешь народ, - наступал на неё фракиец, не воспринимавший её воинственности серьёзно. Габриэль на мгновение подумала, что сейчас спасёт только меч, мысли о том, чтобы сдаться и уйти, она даже не допускала, но желание народа неожиданно оказалось на её стороне, многие кричали, чтобы Дамон был призван, непосредственную же помощь оказал Орест. Он появился рядом с возвышением и потрясал копьём, словно готовый драться за девушку, кричал, что не оставит без помощи ту, что спасла его. Это вызвало ещё большие симпатии к ней, но более спартиаты хотели найти кого-то, кто бы придавил богатых и списал бы все долги, и только Дамон мог дать им хоть какую-то надежду.

Всё это, как казалось, переменило настроения магистратов, и эфоры позволили Габриэль привести беглеца как можно быстрее, она и поспешила, захватив с собой Ореста и Персея, пока Агафон успокаивал народ жестами рук. На одной из ведущих с площади улиц стоял храм Коры Сотеры, там, по словам спартанцев, и укрывался Дамон, девушка стучала в закрытые двери, крича, что отряд вооружённых рабов Клеона отошёл назад, и она хочет войти. Спартанец узнал голос и решился открыть, в полутьме Габриэль увидела десяток человек в вооружении, тревожный Дамон опирался на копьё, его панцирь тускло поблёскивал.

– Мы тут уже готовимся к обороне, но нас маловато, - мрачно улыбнулся он, когда они затворились вновь.
– Вести о том, что меня хотят схватить, принесли мне мои люди ещё накануне, но я не знал, что делать. Хотел собрать людей, опереться поначалу на отряд из своих друзей, но меня терзали сомнения в том, что люди услышат мои слова. Когда же мы узнали о фракийцах, то ничего уже не оставалось, лишь искать защиты у богов.

– У тебя ещё есть шанс. Я была на площади и видела, что многие на твоей стороне, варвары раздражают народ, даже эфоры согласились, чтобы ты предстал на собрании и смело ответил на все обвинения, - горячо ответила девушка.

– Дело опасное, ты мало знаешь наших аристократов, поверь, что это, скорее всего, уловка с их стороны, они просто хотят выманить меня. Однако ты права в том, что выбора у нас нет, и из храма нас рано или поздно выкурят, поэтому я готов довериться тебе.

– Обещаю, что буду стоять за тебя с оружием в руках, - сказала Габриэль.

– Нам бы сейчас воины с Зеной во главе не помешали, - вновь улыбнулся Дамон и смело рванул ворота. Они бежали по улице, чувствуя какую-то гордость, смешанную с лёгким привкусом обречённости, бежали словно на битву, и лишь у самой площади девушка призвала всех к осторожности, попросив друзей Дамона ждать в укрытии, пока он будет говорить. На площади же все были в напряжении, Габриэль сразу заметила, протискиваясь с ведомыми ею по краю толпы, что фракийцы заметно сконцентрировались у портика, однако отступать было уже поздно.

Мир медленно погружался в вечер, и солнце уже клонилось, заполняя пространство меж зданий золотистым огнём, и люди на возвышении были облачены в мрачноватые тона, народ же вовсе был тёмным, лишь жала копий мерцали как звёзды. Дамона поначалу пустили говорить, и он вышел воодушевлённым, смело вращая свой короткий меч в руке, он сказал:

– Быстро же вы нашли общий язык с теми, кто в обычное время закабаляет вас и лишает собственных домов! Я не говорю, что лучше их, просто я помню то, что вы забыли! Я говорю вам, забудьте всё! Забудьте их, забудьте меня, забудьте Рим, этих варваров и всё, что лишает вас доблести! Просто делайте то, что должно спартанцам! Выбейте, во имя Диоскуров, этих варваров из города! Обратите оружие против восставших и загоните их туда, где им и место!

Ономарх, яростно побуждаемый Агафоном, схватил его сзади и попытался вытащить с глаз народа, одновременно выбивая и меч из руки, другой эфор, Левкон, кричал, что такие речи совсем уж невозможны и только доказывают вину мятежника. Однако Габриэль немедленно вмешалась, уже не думая о том, что сделают фракийцы, что будет в городе, просто подчиняясь единому желанию, она выхватила свой меч и ощутимым ударом отогнала Ономарха. Дамон отскочил к стоявшему на ступенях Персею и взял у него отданное прежде копьё, сам юноша уже обнажил меч, Габриэль же спешила к ним, крича, что ей нужно время для расчехления лука. Трое обороняющихся прижались к стене портика, вокруг них образовалось небольшое пустое пространство, ибо спартиаты находились в смятении, сторонники аристократов свою немногочисленность компенсировали активностью, налетев на Ореста и отсекая друзей Дамона, остальные же смущённо молчали, опасаясь хорошо вооружённого противника.