Чтение онлайн

– Итак, повторяю задание. – Фарлан с улыбкой садиста прошел мимо Ольгерда. – Один бьет, второй прикрывается щитом и пытается достать противника с боку. Потом наоборот. Начали!

– Ладно, Оли, я вполсилы. – Фрикки извиняюще улыбнулся.

Ольгерд поднял щит.

– Да чего уж там бей.

Удар Молотобойца впечатал щит в плечо Ольгерда, боль свела судорогой левую руку.

– Повторить. – Раздался над ухом голос Фарлана. – Я же говорил. Второй пытается достать противника сбоку. Повторяю, пытается, а не стоит как столб. Давай Фрикки еще раз.

Ух, выдохнул Фрикки и его меч с грохотом опустился на щит Ольгерда. Юноша зашатался, но лишь мгновение. Следующим движением он всадил свой деревянный меч в бок молотобойца.

А-а-а! – Заревел Фрикки от боли, и вдарил по щиту Ольгерда со всей силы.

На этот раз юноша не удержался и упал на одно колено. Молотобоец, озверевший от разодранной бочины, вошел в раж. Он отбросил щит и схватился за меч двумя руками. Гигантский замах. Этот удар наглый юнец должен запомнить надолго. Меч летел на щит поверженного противника как неудержимая лавина. Еще миг и размажет по песку любое сопротивление.

По правилам честного поединка Ольгерд должен был принять этот удар на щит, но инстинкт самосохранения воспротивился. Юноша неожиданно упал на спину и выкатился из-под удара. Никто такого не ожидал. Меньше всех Фрикки. Не найдя мишени, его меч пронесся к земле увлекая своего хозяина полностью вложившегося в этот удар. Потеряв равновесие, молотобоец засеменил вперед и, зацепившись за удачно выставленную ногу, рухнул на землю.

Надо отдать Фрикки должное, при всей своей массе и видимой неуклюжести, он провел на земле лишь мгновение и тут же вскочил. Ошеломленный, обескураженный с бешенными непонимающими глазами, но с мечом в руке и готовый к бою.

Фарлан, наблюдавший за перипетиями боя, довольно улыбнулся, ему понравилось то, что проделал его ученик. В голове промелькнула мысль, не зря я его мучил столько лет. Но насладиться сентиментальными воспоминаниями не удалось, прибежавший посыльный испортил настроение.

– Черный, тебя Рорик зовет. К нам гости.

Фарлан кивнул и, повернувшись к рубящимся со всей дури парням, крикнул.

– Ладно, закончили. Хватит на сегодня.

Фрикки тут же бросился на разборки.

– Нечестно Оли.

У Ольгерда зверски болела вся левая половина тела, и разбираться с рассерженным гигантом не было никаких сил.

– Согласен. Ты сильнее, я не прав. Все, пошли к колодцу умоемся.

Фрикки Молотобоец, раздосадованный тем, что ему уступили так быстро, что-то еще бухтел, шагая вслед за Ольгердом. Но это было ненадолго. Легкость нрава и незлобивость этого гиганта была одна из причин, по которой они сошлись. Фрикки, не смотря на размеры и силу, был добряком. Мог пожалеть пленника или дворового пса, что вызывало насмешки у сверстников. Это вошло в привычку и его высмеивали уже по любому поводу. Гигант мог бы пресечь насмешки в любой момент, в драке он был страшен, и связываться с ним дураков не было. Но он этого не делал. Не обижался на злые шутки, а порой и на настоящие издевательства, понемногу становясь белой вороной в дружине конунга. Ольгерд тоже не вкатился в коллектив, наверное, по этому, он и обратил на Фрикки внимание. Младшему Хендриксу нравилась флегматичность и инфантильность гиганта. Несмотря на размеры и возраст, тот был старше его на три года, для Ольгерда Фрикки стал младшим братом, которого надо опекать. Может быть вместо того, реального младшего брата погибшего на песке родной бухты.

На площади перед главным домом уже собралась толпа. Встречали гостей. Пришла ладья Улли сына Фергюса. Улли и как минимум половина его людей были норгами но, несмотря на это в Ругаланде их считали своими. Конунги частенько нанимали его с дружиной, когда не хватало своих людей. В набегах Руголанда на южный берег Улли участвовал не раз, там то и прилипла к нему кличка Ухорез. За нездоровую страсть отрезать уши у поверженных врагов. Ожерелье из таких высушенных ушей и сейчас болталось у него на шее.

– Рад видеть тебя, Улли? – Приветствовал Рорик идущего навстречу норга.
– Надолго к нам?

Ухорез обнял Рорика. Они хорошо знали друг друга по старым временам.

– И я рад Хендрикс. – Улли похлопал Рорика по спине. – Слышал про твоего брата. Прими мою искреннею печаль. Решишь отомстить, только позови. Порвем Гаральда на куски.

– Всему свое время Ухорез. – Улыбка слетела с лица конунга. – Не только Гаральд, каждый Ларсен на этой земле ответит.

Улли внимательно посмотрел прямо в глаза Рорика.

– Понимаю. Надо поднакопить силенок, деньжат и уж потом… - Лицо норга вновь расплылось в радушной улыбке, и он потыкал указательным пальцем в грудь конунга. – Вы, Хендриксы, всегда были мудры. Мне это нравится. Мудрый и смелый вождь. Хочу пойти с тобой на тонгров весной. Ну как, примешь?

Что-то во всем этом показалось Рорику странным. Вернее все было странным. Сейчас осень, набег может быть, еще не решили точно, будет весной.Да и как он вообще узнал о походе. Вопросов было много, но конунг решил не обижать гостя недоверием.

– Мы лишним мечам всегда рады. – Рорик наконец высвободился из цепких объятий норга.- Сколько людей с тобой.

– Двадцать отличных бойцов. – Улли улыбался во все тридцать два зуба.

– Двадцать. Хорошо. – Рорик изобразил радость. – Заводи своих ребят. Всех расселим.

Конунг дал знак Озмуну заняться.

– Вечером накроем большой стол. Поговорим за кувшином пива. – Конунг наклонился к своему ближайшему помощнику, и шепнул тому на ухо. – Вот и повод для праздника. Зови всех.

Озмун понимающе кивнул, и как только Рорик с Улли поднялись на крыльцо, со всей торжественностью объявил.

– Вольные люди Истигарда слушайте. Конунг приглашает дружину и гостей города сегодня на пир по случаю приезда наших друзей.

Народ, заполнивший площадь перед главным домом воспринял новость бурными криками радости. Люди уже давненько не наедались досыта, да и по запаху пива соскучились. Прибывшие с Ухорезом бойцы пока еще стояли особняком, но весть о пире их тоже обрадовала.

Последнее время охота была неважной, зерна тоже не хватало. И дело не в жадности конунга, отчего то в этом году венды неохотно везли хлеб на север. Доходил слух о купцах с юга, гребущих все на корню. Озмун, чуть ли не каждый день тревожил Рорика, пересказывая ворчание дружины. Но вот вчера боги послали удачу, и ладья с зерном пришла и охотники вернулись с добычей. Людей надо было срочно взбодрить, и повод подвернулся как нельзя кстати.

К пиру готовили главный дом. Рабы выметали пол, скребли столы и лавки. Тушу кабана жарили целиком, дело это не простое, но у Рорика были настоящие умельцы. Похлебку и пироги доверили женщинам. Город вдыхал аромат жареного мяса и с нетерпением готовился к вечеру. Народ побогаче доставал легкую парадную бронь, или рубахи из дорогущего имперского сукна. Не успевшая еще скопить добра молодежь чистила и чинила старую одежду, ударить в грязь лицом никому не хотелось.