Чтение онлайн

Неужели у больного мальчика в его ранние годы было предчувствие грядущей ссылки и заключения? Одному Богу это известно.

Как пишет П. Жильяр, болезнь Наследника скрывали. Сам он мог только догадываться, что Цесаревич чем-то серьезно болен. Это случалось тогда, когда мальчика не было видно, а Царевны сидели на уроках очень печальные. На вопрос Жильяра они давали уклончивый ответ, мол, брату нездоровитс Во дворце все этот вопрос обходили молчанием, и Жильяр узнал правду о болезни только несколько лет спустя, когда ему об этом рассказал доктор Деревенько. 72

Когда Императрица поручила П. Жильяру начать занятия с Цесаревичем Алексеем, он, как хороший воспитатель, стал постепенно подготавливать Наследника к урокам. Сначала он, гуляя с ним по парку и разговаривая, приобрел доверие мальчика, который потом и полюбил его.

Но Пьер Жильяр видел, что чрезвычайная опека над ребенком вредила ему. Она препятствовала ему выявлять свою инициативу. Жильяр был одного мнения с доктором Деревенько, что Цесаревичу необходимо дать больше свободы.

Когда он выразил это свое мнение Императору и Императрице, то то супруги согласились с ним. «Дядьки» Наследника - Деревенько и Нагорный, по распоряжению Царственной четы, перестали бдительно охранять каждый шаг Алексе Но с этого времени риск для здоровья мальчика увеличилс И случилось то, чего так страшился П. Жильяр.

В классной комнате Цесаревич, влезая на скамейку, упал и ушиб правое колено. На следующий день он уже не мог передвигаться, а потом началось внутреннее кровоизлияние. Под коленом образовалась опухоль, настолько большая, что распространилась на всю нижнюю часть ноги. Кожа, растянутая до предела, отвердела, а изливающаяся кровь внутри давила на нервы и мускулы и причиняла больному нестерпимую боль.

Ни Государь, ни Государыня ни единым словом или знаком не показали П. Жильяру своего упрека. Наоборот, они старались, чтобы он не впал в отчаяние от случившегос

Императрица неотлучно находилась при больном сыне. Она ласкала его и всячески старалась облегчить его страдани Император, как только мог оторваться на минуту от своих дел, приходил в спальню сына. Сестры Цесаревича входили в комнату на цыпочках и целовали брата.

Но страдания Наследника были ужасными. Он только на мгновение открывал свои глубоко ввалившиеся глаза и продолжал стонать.

Одна из ночей была особенно тревожной, когда доктор Деревенько опасался, что не сможет остановить кровотечения из-за повышающейся температуры больного. Опухоль увеличивалась и боли становились еще сильнее, чем накануне.

Войдя утром в комнату Наследника, П. Жильяр застал у постели мать. Он пишет следующее: 73

»… Цесаревич, раскинувшись на постели, болезненно стонал прислонившись головой к руке своей матери, а его исхудалое бескровное лицо стало неузнаваемо. Время от времени, он переставал стонать и шептал только одно слово «Мама», в котором выражал все свое страдание и свои муки. И мать целовала его волосы, лоб, глаза, как будто эта ласка ее губ могла облегчить его страдания и возвратить его к жизни, которая его оставляла. О! Мучение этой матери, бессильной помочь страданиям своего ребенка в продолжение этих долгих часов смертельной тоски, - матери, которая сознавала, что это благодаря ей страдает ребенок, что это она передала своему ребенку ужасную болезнь, с которой наука ничего не может сделать. Как хорошо я теперь понял тайную драму этой жизни и как легко мне стало восстановить этапы этого долгого пути на Голгофу».

Далее П. Жильяр на сс. 50 и 51 своей книги пишет, что именно тогда было приписано посредничеству Распутина улучшение состояния здоровья Цесаревича после приступа гемофилии. Он пишет, что обычно, когда доктора, после беспокойных ночей, имели удовольствие видеть своего маленького больного вне опасности, то выздоровление приписывалось не заботам врачей, но исключительно чудодейственному вмешательству Распутина.

Анна Вырубова играла большую роль в жизни Царской Семьи и, особенно, в жизни Императрицы Александры Феодоровны.

Сама Вырубова пишет о себе, что когда она была 16-летней девушкой, она заболела брюшным тифом в тяжелой форме. По ее просьбе пришел к ней отец Иоанн Кронштадтский. Он отслужил молебен и положил ей на голову епитрахиль. Потом взял стакан воды, благословил Анну и облил ее этой водой. С того дня она стала поправлятьс

София Буксгевден в своих воспоминаниях пишет, 74 что во время болезни Анны приходила навещать ее Императрица, и больная девушка, романтическая по природе, глубоко тронутая таким отношением, воспылала горячей любовью к Государыне.

Вот что князь Ф. Юсупов рассказывает о посещении Государыней больной Анны. 75 Во время своей болезни Анна видела сон, будто Императрица пришла к ней в комнату и взяла ее за руку. После этого сна Анна стала поправляться и только и мечтала о том, чтобы наяву увидеть свою высокую посетительницу.

Государыне стало известно об этом, и она, по своей доброте, пожелала принести радость больной и навестила ее. С тех пор и началось обожание Анной Императрицы.

Княгиня Екатерина Радзивил о знакомстве Анны с Императрицей сообщает, 76 что Анна Вырубова была дочерью композитора А.С. Танеева, Статс-секретаря Государ А.С. Танеев и его семья, из-за некоторых интриг, игнорировались петербургским высшим светом. Но А.С. Танеев постарался приблизить ко двору свою дочь Анну. Зная, что Императрица осуждает пустых девушек, он передал Государыне сочинение Анны, которое Государыня одобрила и сказала, что большинство русских девушек ничего не имеют в голове, кроме офицеров. Эту неудачную реплику Императрицы Танеев стал повторять везде, вредя этим Государыне.

Благодаря стараниям своего отца, Анна Танеева была приглашена во дворец, чтобы заменить одну заболевшую фрейлину. Придворные приняли ее холодно. Анна рассказала об этом Александре Феодоровне и та стала ее жалеть. Императрица была очень тронута тем, что Танеева упала перед ней на колени и стала уверять ее, что ее единственным желанием является посвятить всю свою жизнь Императрице и умереть за нее, если это потребуетс

Александра Феодоровна еще никогда не слышала ни от кого такого откровени Перед ней еще никто из придворных дам не падал на колени с такими заверениями.

Русская аристократия, преданная трону, не стала бы себя унижать до того, чтобы устраивать то, что делала Анна - падать на колени перед Императрицей или плакать у нее на груди.

Государыня холодно относилась к русской аристократии. Вырубова же передавала ей пустые разговоры и сплетни, не сознавая того, что еще больше дискредитировала высший свет в глазах Императрицы. Она способствовала увеличению расстояния, которое существовало между Александрой Феодоровной и русским высшим светом.