Чтение онлайн

Виктор развел руками.

– Это действительно похоже на улей, – признался он. – Но я до последнего буду утверждать, что это дело рук человека, и только его. Видите? Там, сбоку.

Он указал на стену исполинского творения, где под слоем ржавчины отчетливо угадывалась широкая ровная трещина, отходившая от земли на полторы сажени в высоту и, преломившись, шла уже параллельно плоскости, теряясь дальше в хлопьях грязи и рыжего налета.

– Видите? – повторил Виктор. – Евклидова геометрия. Природа не терпит прямых углов. Мне думается, это дверь.

– Тебе лучше остаться здесь, – сказал Монгол штурману. – Никто не знает, что случится дальше. Здесь пока еще безопасно и можно будет легко вызвать помощь.

Савелий кивнул: он не слишком рвался посетить неприветливое место.

Ближе к цитадели земля стала тверже, ровнее. Нагнувшись, Монгол внимательно осмотрел чистый от снега и хвои участок.

– Бетон, – прокомментировал он.

На душе Виктора почему-то стало легче. Каким бы зловещим не казался радиоактивный лес, каким бы внушительным не было чуждое сооружение, знание, что все это сделано руками человека, воодушевило экспедиторов. Страх отступил и не проявился даже тогда, когда люди подошли к основанию веретена. Вблизи стена уже не казалась такой прямой и ровной. На самом деле, она была испещрена многочисленными наростами, выщерблинами, а то, что издалека люди приняли за прямую полосу щели, оказалось чем-то вроде широкой трубы, состоящей из множества сочленений, но можно было только догадываться, чем это являлось раньше и для чего предназначалось. Тем не менее, просунув пальцы под трубу, Монгол действительно нащупал пустоту и предположил, что это не труба, а своеобразная перемычка дверной коробки, либо наличник, служащий элементом декора.

Пока Монгол возился у стены, отыскивая дверь, Мириам сошла с бетонной полосы и взяла пробу грунта. И Виктор понял, почему именно ее отправили в это путешествие – за все время женщина не высказала ни слова недовольства и не показала ни тени страха перед неизвестностью.

– Ага! Нашел! – послышался ликующий возглас.

Монгол нажал часть трубы, и она отошла в сторону, открыв небольшое прямоугольное углубление. На мгновение Виктор засомневался в успехе предприятия. Он читал, что двери южных фортов открывались с помощью цифрового кода, но вместо множества кнопок на панели красовалось только две. Наверное, когда-то они были выкрашены в соответствующие цвета, теперь же обе представляли собой бесформенные куски ржавчины.

Не мудрствуя лукаво, Монгол нажал сразу обе. Верхняя застопорилась и не хотела уходить в паз, зато нижняя после секундной задержки вошла, как по маслу.

О том, что Монгол угадал, возвестило длинное и визгливое шипение, как бывает, когда от станции отходит тепловоз.

Осторожно, двери закрываются. Следующая станция…

«…Улей», – мысленно закончил Виктор. И какое-то время наблюдал, пока громадная ржавая плита с мучительным лязгом уходила в невидимые пазы. Из открывшегося провала тугой струей ударило облако пара и пыли, ломкая короста ржавчины взметнулась пеплом. Дверь открылась на треть, издала стонущий скрежет и остановилась.

– Все, приехали, – прокомментировал Монгол.

Он включил рацию и произнес:

– Кушев? Ларкин? Прием. Как слышно?

– Слышно хорошо.

– Связь установлена. Прием, – в один голос откликнулись Дерек и Савелий.

– Мы готовы войти в объект, – сказал Монгол. – Здесь все закостенело от времени, но механизмы все еще работают.

Он протиснулся в проем первым. За ним следовала Мириам. Замыкал шествие Виктор.

Проход поглотил людей, будто беззубый рот, и тьма сомкнулась над ними. Но тут же зажегся фонарик Монгола, выхватив из мрака покатые своды тоннеля. Вдоль стен переплетались трубы, напоминающие кровеносную систему какого-то исполинского животного, с потолка свисали причудливые каменистые образования.

Исследователи шли гуськом, подсвечивая путь фонариками, и через несколько метров тоннель стал выше и шире, а вскоре вовсе оборвался. Люди оказались на пороге огромного зала, по форме напоминающего пещеру. Вырастающие один над другим ярусы уходили ввысь. Экспедиторы так и не смогли разглядеть, насколько высоко – свет фонарика растворялся в непроглядной тьме. Пол здесь был ровный, покрытый хлопьями ржавчины и пепла. По периметру первого яруса отчетливо виднелись отверстия, похожие на соты.

– Не хватит и недели, чтобы осмотреть здесь все, – сказал Виктор, и умолк, поразившись, насколько громким и чужим показался его голос в этой гнетущей, какой-то оцепенелой тишине.

– У нас три дня, – отозвался Монгол.

Виктор подумал, что так, наверное, впервые чувствовали себя археологи далеких столетий, опускаясь в лабиринты египетских гробниц. Тогда люди шли за знаниями и сокровищами. Какие открытия ждали их теперь?

Рация пискнула.

– Внимание, – послышался искаженный помехами голос Савелия. – Ребята, тут что-то странное. Над лесом появился объект.

– Какого рода объект? – удивленно отозвался Монгол.

– Я не знаю, это.. помехи.. становится больше… помехи

– Прием, прием! – закричал Монгол. – Что со связью?

В рации что-то шелестело и щелкало.

– … оранжевый, похожий на стрекозу, по крайней мере… хвостовая часть длиннее любого знакомого нам…

– Это вертолет? – одними губами прошептала Мириам.

–..снижается, – продолжала отщелкивать рация. – Я попробую…

Что-то загрохотало, отрывисто и гулко, будто град размером с гусиное яйцо рассыпался по железным крышам.

– Всем на выход, – скомандовал Монгол. – Но осторож…

Снаружи прокатился грохот.

Своды пещеры ответили на это легкой вибрацией, рядом с экспедиторами упал и рассыпался в крошку осколок сталактита.

– Что, черт возьми.. – начал Виктор.

Потом что-то прогремело во второй раз, но теперь это больше походило на звук колокола – раскатистый, патетический. Земля застонала и поплыла под ногами. Виктор сгреб Мириам в охапку, спиной прочувствовав укусы осыпавшихся дождем камешков. Краем глаза он видел, как упал и закрыл голову руками Монгол. Нарастающий гул разрывал барабанные перепонки.

А потом внезапно все закончилось, и наступила тишина.

Они остановились у выхода, беспомощные и изумленные.

Оледенелый склон оврага поблескивал извилистым масляным следом. Комья снега были разметены по бетонной дорожке, неподалеку продолжало крутиться дымящееся колесо вертолета. А сам вертолет лежал в стороне, проломив смерзшуюся корку наста. Оранжевая морда представляла собой смятую груду металла, хвост изогнулся и торчал перпендикулярно земле. Из-под обломков тянулись струйки густого дыма. Лопасти еще продолжали вращаться, но ход их замедлялся, приближаясь к неизбежному концу и смерти.

А поблизости от входа в цитадель лежал Савелий.

Его серый комбинезон окрасился в красный, из правой части лица торчал обломок железа. Кровь пузырилась, ленивыми толчками стекая на снег.

Мириам хотела закричать, всхлипнула, но Виктор обнял ее, зажал ладонью рот. Она тряпичной куклой обмякла в его руках. Сквозь ватное облако оцепенения Виктор слышал, как Монгол вызывает по рации Дерека, но на том конце раздавался только треск помех, и Монгол страшно матерился. В сердцах отключил рацию, снял с предохранителя пистолет, после чего широкими шагами направился к упавшему вертолету – подошвы ботинок давили осколки стекла.