Чтение онлайн

– Малокалиберные пушки-пулеметы, – проговорил Евгений. – А что же они раньше не били?

– У моста, видно, вплотную были, – ответил Хурашуи. – От моста чуть отошли и начали их расстреливать. Давай быстрее, – поторопил он Евгения. Сверху им нетерпеливо махал рукой Анхашину.

– Вы считаете себя воинами?! – зло говорил могучий молодой мужчина со шрамом на правой щеке. – Ведь они в ваших руках были! Оставалось сжать пальцы на их тонких шеях! – Он выхватил длинный узкий нож и всадил его в живот стоявшему перед ним рослому мулату. Охнув, тот вытаращил глаза и рухнул. Резкий мах вытащенного из живота узкого острого лезвия распорол ему горло. – Вырезать сердце и отдать гиенам, – приказал могучий. Сплюнув, посмотрел на побледневшего белого. – Следующим будешь ты! – пообещал атлет и быстро пошел вниз по каменистому склону. За ним последовали несколько вооруженных людей.

– Саблезубый! – окликнул его амбал в широкополой шляпе. – Здесь раненых шестеро. Что делать?

– Добейте, – не останавливаясь приказал атлет, – и в воду. Такую возможность упустили!..

– Капитан, – раздался голос справа, – здесь много белых. Уже восемь человек нашли. Неужели за повстанцев белые наемники воюют?

– И такие есть, – кивнул офицер французского Иностранного легиона. – Хотя не похожи на повстанцев. Интересно, кто они такие?

– Люди Саблезубого, – услышал он снизу. – На плече татуировка головы саблезубого тигра. Телохранители Саблезубого.

– Значит, повстанцы этого бандита наняли, – сказал капитан. – Не добили его наемники Жунуа. Но видно, досталось там Саблезубому. Он награду за голову полковника объявил. Вольф, – засмеялся капитан, – три дня был главой Бурунди. Правда, что-то, вероятно, у него с законом какой-то страны не так. Журналистов не допускал, а тех, кто фотографировал, задерживали и пленку забирали. А когда его вместе с представителем ООН фотографировали, лицо закрывал руками. В «Нью-Йорк таймс» была его фотография с закрытым лицом. И подпись: «Это вы, полковник?»

– К телефону, капитан, – послышался голос.

– Деревня, – сказал остановившийся за пальмой Хайле.

– Людоеды? – спросил подошедший Гарри.

– Нет, скорее всего ауши, довольно цивилизованное племя и, пожалуй, самое многочисленное. По крайней мере в трех государствах Африки есть ауши. Видишь мужчину с перьями и железными обручами на ногах? Это вождь. Человек, имеющий огромный авторитет, его желания исполняются быстро и безотказно. Пошли.

– А не опасно?

– Нет. – Африканец вышел на поляну.

Гарри, держа в руках винтовку, выбрался из кустов.

– У них оружие! – Он остановился.

Из крайних хижин с винтовками и охотничьими ружьями выбегали мужчины.

– Время сейчас такое, – сказал Хайле. Положив винтовку, он протянул руки вперед и медленно пошел к бегущим навстречу мужчинам с оружием. Те остановились и вскинули оружие. – Положи винтовку, – не оборачиваясь, попросил африканец. – Не бросай, а положи и вытяни руки вперед.

– Ты уверен? – спросил Кэпмбелл.

– Делай, как я сказал, – поторопил его Хайле.

Человек с железными обручами на ногах что-то крикнул. Мужчины вернулись к хижинам и отдали оружие женщинам, которые унесли его.

– Дисциплина, – отметил Гарри.

Хайле, по-прежнему держа руки перед собой, подошел к вождю и, поклонившись, коснулся рукой земли у его ног. Выпрямился и опустил руки.

– Кто вы? – по-арабски спросил вождь.

– Я из Эфиопии, – ответил Хайле. – Мой друг – белый. Он ищет своего друга, попавшего в беду.

– Кто он по национальности? – спросил вождь.

– Американец, – ответил Хайле. Увидел короткий прищур глаз вождя. «Надо было сказать француз, – вздохнул он. – Хотя Гарри плохо говорит по-французски».

Вождь что-то быстро сказал толпившимся метрах в пяти от них мальчишкам. Те побежали туда, откуда пришли чужие.

– Кто ты и что делаешь в этой стране? – неожиданно по-английски спросил вождь.

– Я ищу человека, который убил мою семью, – ответил Гарри. – Когда найду, я убью его.

– Сколько человек было в твоей семье? – помолчав, спросил вождь.

– Мать, отец, жена и двое детей.

Вождь, вздохнув, посмотрел на Хайле. Тот кивнул:

– Он говорит правду.

– Я могу отличить ложь от истины. Мои люди помогут вам, чем смогут. Проходите. – Вождь сделал приглашающий жест.

– Все, – кивнул Хурашуи, – теперь мы на земле ауши. Миролюбивое племя, довольно цивилизованное по сравнению с другими. Но в обиду себя не дадут. Да и не лезет к ним никто. Самое, наверное, многочисленное племя. И в Эфиопии они есть, и в Кении, и в Уганде. Занимаются…

– Надо добраться до района Раненого Буйвола, – перебил Евгений.

– Я знаю. Через два дня мы будем там. Можно, конечно, добраться за сутки, но тогда придется…

– Лучше за сутки.

– Но это опасно.

– Лучше за сутки, – повторил Евгений.

– Ты торопишься, – сказал Хурашуи. – Солдат должен…

– Я знаю, что я должен, – недовольно перебил его Марковский. – У меня очень мало времени, и я хочу успеть отдать долг не только родине, но и женщине и очень надеюсь, что это она.

– Я не понимаю. Но сделаю все, что должен.

Повернувшись к Анхашину, африканец что-то сказал по-амхарски. Тот кивнул и, посмотрев на Евгения, улыбнулся.

Кения, район Ваджир

– Это точно? – быстро спросил Саблезубый.

– Да, господин, – ответил плотный мулат в белом камуфляже. – Группа сопровождения перебита. Но полковника среди убитых нет. Сопротивление оказал только один. Он убил троих и многих ранил…

– Вольф! – Саблезубый прищурился. – Значит, он где-то в районе Плюющегося Жирафа. Ты, Зоркий Глаз, – посмотрел он на рослого мулата в шортах и военной безрукавке, – выяснишь, к кому в том районе попал полковник Вольф. Я хочу знать об этом послезавтра.

– Хорошо, господин.

– Господин, – подошел к Саблезубому невысокий африканец, – вас требуют в штаб Воины Освобождения Сомали.

– Требуют? – усмехнулся он. – Да кто они такие, чтобы требовать? С ними все кончено, правительственные войска потеснили этих Воинов Освобождения. И в столице у них ничего не вышло. К тому же легионеры не ушли, как все ожидали. Лучше займемся другими делами. Мне нужен Вольф, я лично хочу снять с него шкуру, отрубить ноги и руки и наблюдать, как его будут разрывать грифы и есть гиены. Он заплатит мне за смерть моего брата!