Чтение онлайн

Аделия заняла софу у окна, я стул, на котором и сидела до фееричного появления Ванессы.

– Одри, расскажи о вчерашнем вечере всё, что помнишь. Во всех подробностях – что ела, что пила, с кем разговаривала, к чему прикасалась. Словом, абсолютно всё, что сможешь отыскать в своей памяти, – попросила наставница и приготовилась меня слушать.

Странное дело, но память ко мне так и не вернулась. Я так же чётко помнила, как принимала зачёт у последнего курса, как в аудитории остались Витор и Кайл, и как и тот, и другой не получили удовлетворительную отметку. Они вышли в коридор, потом я прибралась на своём столе и отправилась вслед за ними. До этого момента картинка была ясной, а потом начинала скакать, вспыхивая разрозненными образами.

Я вспомнила, как уцепилась за руку Витора, почему-то боясь упасть. Как шла с ним по коридорам, слушая какую-то чушь от этого напыщенного индюка, но ни слова не понимая. Ещё помнила, что за нами постоянно следовал Кайл и то и дело вставлял какие-то колкости, но… Какие? Я не помнила. Не слышала. Не осознавала.

Попытки вспомнить привели лишь к тому, что у меня разболелась голова, поэтому я замолчала. Но что куда больнее – мне на ум не приходило ни одно заклинание или же лекарство, способные вот так вырезать часть памяти, не оставив ничего.

Я вновь стала чувствовать себя маленькой и глупой, которой способны помочь лишь взрослые и опытные наставники. Нет, я уважала и магистра Амбо, и Аделию, но… Я уже давно выросла и считала себя способной решить любые проблемы, а выходит, что я абсолютно ничего не стою без чужой помощи.

– Ментальное воздействие? – предположил ректор.

– Я бы почувствовала, – отрицательно покачала головой. Да и наутро на ауре всё равно остались бы отпечатки чужого воздействия.

– Одри, – ласково произнесла Аделия, будто разговаривала с Айроном, а не со мной. – Вот когда ты вышла из аудитории, ты ничего необычного не заметила? Может быть, какой-то запах почувствовала? Или звук услышала? Хоть что-то?

Закрыла глаза, пытаясь восстановить произошедшее по секундам. С первого взгляда всё было как обычно – пустые коридоры, сварливый сквозняк, гуляющий где-то под потолком и запахи привычные. Всё вроде бы было так, но… Что-то заставило нахмуриться и попытаться поймать за хвост какую-то мысль, только у меня не вышло ухватиться за неё. Она пропала так же стремительно, как и появилась.

– Нет, – выдохнула со злостью.

Аделия поднялась со своего места и подошла ко мне, протянув руку:

– Можно?

Я сама уже всё проверила, но взгляд со стороны ещё никому не мог повредить. Тем более дар наставницы был несколько отличным от стандартного целительского. Поэтому кивнула и позволила ей взять мою холодную ладонь в свою – тёплую.

По телу прошла волна, согревая и успокаивая, и я расслабилась, давая возможность Аделии осмотреть всё внимательно. Конечно, я надеялась на лучшее, но знала, что она ответит.

– Ничего, – спустя десять минут, выдохнула наставница с сожалением. Вернулась на своё место и тогда я решила, что пора бы узнать, из-за чего Сильвервуды выходили из корпуса такими довольными.

– Что они потребовали? – посмотрела на ректора, искоса отмечая, как Аделия разочарованно покачала головой. Значит, Витор придумал что-то особенно извращённое. Это совершенно в его стиле.

Впрочем, магистр Амбо не ответил, предоставив возможно наставнице посвятить меня в «тонкости» договора.

– Милая, ты же знаешь, что я ради тебя готова на всё, но эти… – ругательство она проглотила и продолжила, – они потребовали твоего немедленного увольнения. И не просто увольнения, а такого, чтобы ты больше не смогла преподавать ни в одной академии.

– Не удивлена, – равнодушно пожала плечами. Витор давно хотел убрать меня со своего пути, потому что, видите ли, я портила его статистику. Подумать только – статистику! Ему были важны лишь балы в дипломе, а не знания. И как он собрался попасть в боевой отряд с таким подходом? Впрочем, о чём это я? Отцовские деньги и связи сотворят чудо. – А если вы меня не уволите?

Слово взял магистр. Он усмехнулся, и устало провёл рукой по идеально выбритому подбородку:

– Угрожали убрать из ректорского кресла, но знаете ли, меня этим не напугать. Я уже давно мечтаю уйти на покой. Возраст, – он кривовато улыбнулся и подмигнул мне. Но его улыбка тут же погасла.

– Тогда Ванесса предложила – либо уважаемый магистр Амбо увольняет тебя, либо они подадут в суд и раздуют из этого инцидента такой скандал, что пострадает не только ректор, но и вся академия в целом, – Аделия поставила точку в этой истории.

Серьёзный размах. И всё ради того, чтобы убрать одну зарвавшуюся преподавательницу.

Поднялась на ноги и, стараясь, чтобы голос не дрожал, произнесла:

– Я всё поняла. Думаю, приказ об увольнении стоит написать вчерашним числом, чтобы эта история уже точно никак не коснулась академии. А я… разберусь.

Мне нужно было уйти, нужно побыть одной, но дверь в кабинет открылась, и Винсент Райт заявил с порога:

– С чего ты решила, что мы оставим тебя одну в такой ситуации?

– Да-да! – копируя что позу, что голос отца, произнёс Айрон из-за его спины.

Но я отрицательно покачала головой:

– Нет, с этим я должна разобраться сама! – мой голос прозвучал непреклонно. Пожалуй, я впервые позволила себе разговаривать так с теми, к кому относилась с уважением. Было ли стыдно? Ни капли, потому что я знала, что не имею права подставить хоть кого-то из этих людей.

– Но, Одри, – со своего места поднялась Аделия, я же подняла руку, прося, чтобы она позволили мне объясниться.

Все замолчали, и только Айрон продолжил воинственно сопеть.

– Я слишком многим обязана каждому из вас, если бы не ваша поддержка и вера в меня, я бы вряд ли добилась того, что имею. Но как бы вы не храбрились, магистр Амбо, вы нужны академии, ведь без достойного преемника здесь всё тут же рассыплется. А вы, Аделия? Вы столько лет оббивали пороги всех возможных ведомств, чтобы они, наконец-то, позволили вам открыть новую кафедру с обучением магов, которые имеют такой же редкий дар, как и у вас. Хотите сказать, что готовы отказаться от всего этого, только ради меня? Нет, если ваше имя мелькнёт в этом отвратительном скандале, то о кафедре можно будет забыть. Если не навсегда, то на долгие годы. Я себе никогда этого не прощу.

Под конец речи мне перестало хватать воздуха, так что я судорожно вздохнула, после того, как замолчала. В кабинете повисла тишина. Каждый думал о том, что я сказала.

Я верила, что Аделия махнёт рукой на многолетний труд и бросится выручать меня, она всегда была такой – не могла смотреть, если кого-то несправедливо притесняли. Ведь и она из-за несправедливого обвинения в своё время оказалась в Северной Академии. Да и магистр Амбо взял меня на работу, не побоявшись доверить целительскую кафедру столь юной особе. Малодушными их точно не назовёшь, но… Разве же я вправе позволить им положить к моим ногам годы усердной работы?