Целительница из другого мира
Шрифт:
— Не оправдывайся. — улыбнулась я. — Я не говорю, что ты поступил не правильно. К тому же, это не моё дело. Ладно, я не буду больше лезть к тебе с поцелуями, а там может сможем найти какую-то информацию относительно твоей родовой печати и её воздействия в целом.
Посмотрев на меня, он неожиданно покраснел и довольно резко отвернулся к окну.
Тихо смеясь с его реакции на мои слова, я обернулась к сонному Черишу, который только проснулся и явно пока не особо понимал, что происходит.
— Шеагрэ, ты можешь лечь спать здесь, а мы пока пройдемся в сад с Черишем. — проговорила я, а затем прошла к гардеробной. — Отдыхай, пока есть такая возможность.
Войдя в нужную комнату, я быстро переоделась, натянув штаны и широкий свитер, а обув теплые сапоги — вернулась в спальню, после чего поманила за собой своего ассанэ, заметив, что сам полукровка смотрит на меня, при этом улыбаясь.
Может мои чувства и появились из-за печати, но я не думаю, что это так уж плохо. Да и, что-то мне кажется, эта печать вовсе не навязывает чувства. Он ведь был интересен мне раньше, была какая-то симпатия, потому я и предположила, что печать только усиливает уже существующие чувства.
Покинув территорию своих комнат, я направилась на первый этаж, всё-таки кушать действительно хотелось.
Едва оказавшись на кухне, где уже были Санта, Антата, Амир, Анараш да и другие, я услышала множество радостных возгласов. Они все были рады видеть меня в здравии. Поняв, что я хочу кушать, Санта быстро накрыла стол, уставив тот сытной едой, а затем позволила мне в спокойной обстановке поужинать, прогнав других.
Когда ребята уходили, о чём-то переговариваясь, я заметила, что между Амир и Анарашем что-то происходит. Сама девушка пусть и была серьёзной, но всё равно смущалась, когда парень проявлял знаки внимания при других, а я не стала больше глазеть.
Закончив с ужином, я поблагодарила кухарку, а затем вместе с Черишем направилась на улицу, захватив теплый плащ.
А здесь, как и говорил Шеагрэ, действительно шел снег.
Вскинув голову к небу, я начала улыбаться, сама толком не понимая почему. Сейчас мне просто было хорошо.
Переведя взгляд на, немного удивленного, гончего, я позвала его за собой в сад, по пути кивнув ребятам из моего отряда.
Когда мы прошли к скамейке под шиидовским деревом, которое отдалённо напоминало иву, я с удовольствием забралась на неё, в итоге оказавшись в горизонтальном положении. Так было весьма удобно наблюдать за небом.
«Тебе не стоит терять бдительность.»-в голове неожиданно прозвучал голос Чериша.
«Ты о чём? — не поняла я. — Сейчас вроде всё спокойно. Или что-то случилось?»
«На данный момент это и пытается выяснить генерал Канарш Хэтшори.»-проговорил гончий.
«Не томи, Чериш.»-нахмурилась я.
«Скажем так, это пока только предположение, но с магическим фоном что-то странное происходит. — тряхнул головой ассанэ. — Я не знаю, к чему это приведет. Нам в любом случае нужно быть готовыми ко всему.»
Нахмурившись, я пыталась понять, что может быть не так. С королевской семьёй разобрались, война между Дартмором и нашим государством уже закончилась, Мирана тоже сослали к нечисти. Что может быть ещё? Какая опасность может грозить?
Но вот гильдия Шеагрэ всё равно должна об этом знать, верно? А значит и я могу узнать нужное. Главное только суметь настроиться и найти нужную информацию.
Резко сев, я приняла позу лотоса, а прикрыв глаза, практически сразу нашла нужный поток.
В голове мгновенно появилось множество ярких нитей различных цветов, а едва я касалась какой-либо из них — меня сразу же закидывало в чьи-то воспоминания и я слышала какие-то разговоры. Вот только, все они хоть и были интересны, но вовсе не касались того, что происходило сейчас и могло хоть как-то мне помочь.
Тряхнув головой, я заметила самую дальнюю нить, которая сияла не так ярко, как остальные, но я не могла отделаться от мысли, что мне нужно узнать то, что эта нить хранит в себе.
Всё-таки решившись, я коснулась и её, а затем меня закинуло в какое-то темное помещение. И тогда я и поняла, что все эти воспоминания принадлежат Шеагрэ.
Передо мной, точнее перед блондином, стоял Миран, в чьем взгляде была заметна вина и какое-то сожаление.
— Ты понимаешь, что натворил? — как-то устало прозвучал голос Шеагрэ.
— Вполне. — глухо отозвался темноволосый, отвернувшись к окну. — Я не думал, что она решит закрыть тебя собой, тем самым став живым щитом. Я не хотел убивать её.
— Почему ты пошел против меня, брат? — холодно спросил блондин. — Ты хочешь власти? Признания? Я ведь всё равно собирался оставить человеческое государство на тебя. Мне достаточно и Дартмора, да и от правления я уже давно устал.
— Власти? — он неожиданно расхохотался, услышав слова брата. — Я бы и так не остался обделён. Но, знаешь, что бесит больше всего? Тебя с рождения признавали. Семья, ровесники, народ, генералы, советники. Для всех ты был наследником Дартмора, изначально отец создал эту чёртову гильдию только потому, что ты так решил. Тебя он назначил её главой. Даже Шинай выбрала тебя, хотя её любил я. Она всё равно хотела быть с тобой, даже несмотря на то, что ты даже не обращал внимания на неё. Ты вообще не обращал внимание на кого-либо. Вспомни, что тебя интересовало тогда? Политика, экономика, война, тренировки, учеба, восстание недовольных. Тебя уважали и любили даже после стольких попыток убить тебя. Но ты никого из них так и не казнил. Тебе всегда было плевать на других. И в то же время ты был слишком добр для того, чтобы справедливо наказать тех, кто пытался лишить тебя жизни. Ведь даже меня сейчас ты хочешь просто отправить в заброшенный город разбираться с нежитью, практически забыв о том, что я напал на тебя и убил девушку, которую ты полюбил. Я ведь прав, Ярослава важна тебе не только как целитель для гильдии? Поэтому ты и не принимаешь её доброту, ведь сам таким являешься. Но ведь благодаря её доброте ты и влюбился.
— Да, ты прав, Ярослава действительно важна для меня. — неожиданно подтвердил Шеагрэ. — И она так же против убийств, которых можно избежать. Даже на балу она просила не убивать тех, кто пытался убить её. Я обязан ей жизнью, которую она спасала уже несколько раз, потому и хочу выполнить её просьбу. К тому же, ты нравишься ей. Не думаю, что она обрадуется тому, что я казнил тебя за предательство.
— Я бы не сказал, что она сильно расстроится из-за моей смерти. — засмеялся Миран, всё так же глядя в окно. — Это всего-лишь иллюзия, которую она себе создала. Девочка очень милая, ранимая и чувствительная, а ко мне она просто привязалась. Вначале она относилась ко мне практически как к старшему брату, а затем вмешательство моей магии и её чувства изменились. Я не хотел делать этого, оно случайно получилось, но затем я просто хотел почувствовать как это, когда тебя любят. И эта иллюзорная любовь принесла ей только боль. Вот такой наш мир, братец. Он не для неё.
— Неужели ты сам не любил её? — спросил Шеагрэ, устало вздохнув.
— Я влюбился. — пожал плечами парень. — И тогда пришел ты. Я с ума сходил от того, что чувствовал, я так хотел избавиться от того, что сам создал… Поэтому я и попросил тебя убрать эти чувства к маленькой целительнице. Она была такой доброй, всегда пыталась помочь. Даже с гончими… Она собиралась их спасти, даже зная о том, что может погибнуть. А мне с головой хватило чувств к Шинай. В итоге я почти возненавидел Ярославу. Я ненавидел её доброту и наивность. Она совсем не для этого мира и слишком сильно напоминала мне тебя. По этой же причине я хотел забыть не только чувства к ней, но и её саму. Признаться, я даже хотел заставить её страдать, познать боль и весь этот чёртов мир, чтобы она наконец поняла, что её доброта ни к чему хорошему не приведет. Знаешь, Агрэ, я даже не жалею о том, что практически убил её. Может теперь она поймет, что в этом мире не всё так радостно и наивно.
Kapitel 32
«Правда у всех своя…»
— Знаешь, Миран, ты очень глуп, как для возможного правителя целого государства. — неожиданно произнес Шеагрэ. — Доброта это не недостаток. И тебе пора бы понять эту простую истину. Может Ярослава и слишком добрая, но благодаря этому она является той, кем является. Она смогла перетянуть на свою сторону генерала Хэтшори, а ты сам знаешь какой он. Смогла стать Владычицей адских гончих, графиней Оморэй и хозяйкой туманного особняка. Её любит народ и ей доверяют. Благодаря её же доброте. Почти во всём мире она известна как лучший целитель. И после этого ты говоришь, что её доброта не для этого мира?