Чтение онлайн

Насколько они сильны, понять не удалось. Только потому что мне не с кем было сравнивать. Гариус назвал несколько богов из других миров, сопоставимых с Герцогами по силам, но мне эти имена ни о чём не сказали. Сколько бы я ни силился, называя всё новых богов из Земных пантеонов, но ни об одном из них он прежде не слышал.

Разобраться с их внешним обликом тоже не удалось, потому что, видите ли: "Они боги и могут выглядеть как угодно".

Насчёт их нынешнего места пребывания всё оказалось проще и сложнее одновременно. Они действительно в полном составе прошли через Врата, и вступили в бой с местными божествами, которые при виде такой компании смогли не просто перейти в какой-то другой мир, но и Герцогов с собой утянуть. Действительно, даже если бы местные победили у себя дома, то от их мира остались бы только рожки да ножки. Шутка ли, полномасштабное сражение существ из самой высшей лиги?

Была у меня мысль, что раз боги этого мира смогли перейти в другой мир без Врат, да ещё и вторженцев с собой прихватить, то они покруче Герцогов будут, но Гариус меня разубедил. Попасть в другой мир, если он расположен не слишком далеко и не прикрыт какими-то мощными чарами, не так уж сложно. Задачка посильная не то что для богов и околобожественных сущностей, но и для сильных магов. Врата необходимы, чтобы добраться до по-настоящему удалённых уголков вселенной. Да и армию по-другому не проведёшь.

В общем и целом, где сейчас находятся главные силы Бездны никому не известно. Равно как и то, насколько успешно они справляются со своими противниками. А ведь вопрос очень важный. В конечном итоге, всё будет зависеть от того, чьи боги победят. Если Герцоги, то после их возвращения война тут же и закончится - не смогут жители этого мир ничего им противопоставить. В противном случае, Лордам придётся искать способ справиться с ослабленными, но живыми божествами противника. И что-то мне не хочется при этом лично присутствовать.

Гариус моего беспокойства не поддержал. Оно и понятно - сколько уже было таких битв? И Герцоги пока не проиграли ни в одной из них. С таким боевым опытом, в их победе можно не сомневаться.

За разговором нас и застал Сараш. Оказывается, за окном уже стемнело, и к ритуалу всё готово. Оставшись в одиночестве, я решил просто лечь спать. День был на редкость тяжёлый, а последующие часы сидения в уютном кресле рядом с горящим камином окончательно меня разморили. Найдя на втором этаже свободную комнату с кроватью, я тут же завалился спать. Последней мыслью было, что надо бы завтра разобраться с трофеями, которые я свалил прямо в гостиной у стенки. Сегодня было что-то недосуг.

***

Весело трещат в камине дрова, объятые настоящим огнём. Комната одновременно и прекрасная, и плохо запоминающаяся. Домашняя уютная атмосфера отбивает всяческое желание рассматривать интерьер. Здесь так хорошо и спокойно. И компания, самая приятная из всех возможных. И из невозможных тоже.

– Рад тебя видеть. Мне кажется, прошла уже целая вечность.

Напротив меня сидит Лена. В броском платье, которое я ей купил незадолго до смерти, но на красивом лице нет ни грамма косметики. Она говорила мне, что не любит краситься. Но я-то знаю, что Лена просто немного тщеславна, как и все люди. Появившись на вечеринке, она любила показать, что даже без помады, туши и прочих женских приблуд, легко даст остальным фору.

Она садится на диван, прижимается ко мне и кладёт голову на моё плечо. Длинные рыжие волосы немного щекочут подбородок. Я обнимаю её, и некоторое время мы просто молчим.

Чувствую спокойное удовлетворение с нотками радости и счастья. Совсем не те чувства, которые рассчитываешь ощутить, обнаружив в своих объятьях покойницу, которую ты по-прежнему любишь. Она тёплая, как раньше, и вовсе не похожа на восставшую из мёртвых.

Хочется заставить себя поверить, что это и есть настоящий мир. А всё прочее, ранее бывшее для меня реальностью - лишь выдумка, потуги больного сознания. Даже немного жаль, что я прекрасно осознаю, что из этого правда, а что ложь. И как бы ни хотелось обмануться, я не могу себе этого позволить.

– Зачем ты всё портишь? Разве тебе не хорошо со мной? Или тебе больше нравиться бегать за Сарашем по этой проклятой Бездне?
– она подняла голову с плеча и теперь смотрит на меня яркими зелёными глазами. Такая красивая, даже немного идеальнее, чем была на самом деле.

– Убегать от реальности и прятаться в собственных фантазиях - это последнее, что мне стоит сейчас делать, - провожу рукой по её мягким волосам. На лице невольно появляется улыбка. Одновременно и счастливая, и бесконечно грустная.
– Я не забуду тебя. Никогда.

– И это всё, что ты можешь мне предложить? Просто не забывать?
– разочарование и упрёк.

– Как я недавно узнал, все души, кроме таких как моя, после смерти уходят на бесконечные перерождения. Как правило, в одном и том же мире, хотя бывают и исключения. Сараш сказал мне, что ты вряд ли можешь быть в Бездне, а значит, искать тебя придётся чрезвычайно долго. Но я найду тебя.

– Ты не сможешь. Я могу быть где угодно.

– Почему? У меня для этого целая вечность, - она поверила и успокоилась. Снова примостила голову на моём плече и обняла.

Я гладил её, со всей ясностью понимая, что это не моя невеста, а порождение моего разума. Чувство вины, обязательство и, в конце концов, моё не слишком-то тайное желание. И обещание я только что давал не ей, а самому себе. Но это не сделало сон хуже. Теперь, отчасти разобравшись в себе, я действительно успокоился.

***

На следующее утро, спустившись со второго этажа, я застал магов уже в гостиной, опять у камина и со спиртным. Но на этот раз, весь невидимый стол был завален книгами, и чародеи кричали друг на друга, махая руками и рисуя пальцами прямо в воздухе светящиеся формулы. Прямо малая научная конференция с магическим уклоном.

А ведь пока я не вошёл в эту комнату, криков магов не было слышно. Похоже, старики наложили Полог тишины или какой-то его аналог, чтобы не разбудить меня. Раньше я бы подумал, что обо мне кто-то беспокоится, но у меня уже давно открыты глаза - они просто не хотели, чтобы я им мешал.

Игнорируя магов, точно так же как и они меня, я подошёл к буфету в поисках чего-нибудь бодрящего и безалкогольного. Но среди нестройного ряда бутылок - сказывалось пристрастие Гариуса - не нашлось ничего подходящего.

– Бери что хочешь, кроме крайней бутылки слева, - о, это хозяин бара заметил мой интерес к "его прелести".

Разумеется, мой взгляд тут же прикипел к упомянутой бутылке. Хм, трудно что-то сказать об этом напитке. Какая-то светлая керамика без этикетки, но с нанесённым на саму поверхность текстом. В отличие от рубленых букв языка этого мира, символы на керамике были нанесены с изяществом и очень размашисто. И это определённо другой язык.

– Что в ней такого ценного?

– Последняя в своём роде. Из мира Эйристейль. Помнишь, Сараш? Мы же там вместе были.