Чтение онлайн

— Да.

Ну… В принципе, это было понятно с самого начала, просто осторожная догадка теперь стала достоверным фактом.

— Когда должны принести кости?

— Обещали до ночи.

— Похоже, посыльный уже пришел. Встреть его и забери кости.

— Кстати… — неуверенно начинаю я, — если это тот человек, которого я просила, то через него вы говорили с нами в Последнюю Ночь.

— И?

— Собственно, Ваан тоже участвовал в стычке с Малектаном. Мы разговорились, и позже у него случилось что-то вроде… приступа прорицания. Он говорил странные вещи.

Суртаз молчит, видимо, ожидая продолжения истории. Это придает мне смелости.

— В общем, мне показалось, что вам стоит об этом знать, учитель. Ваан говорил о какой-то Бледной Матери, о Многоликом Отце, и о…

— Приведи его сюда, — резко говорит Суртаз, и я вижу, как сжимается его хватка вокруг древка посоха.

— Хорошо, учитель.

Я поднимаюсь в воздух и направляюсь к центральной двери, ведущей в коридор.

— Кто-то еще слышал его слова?

Зависнув в дверном проеме, я оглядываюсь через плечо.

— Не думаю. По крайней мере, я никого не видела.

— Хорошо, — мрачно отвечает Первый Некромант. — Иди.

Только застыв перед входной дверью, я понимаю, что понятия не имею, как ее открывать. Через окно мне виден худощавый и чуть поникший силуэт Ваана — он стоит спиной к дому с моей сумкой на плече. Похоже, смотрит на здание Зала Совета, но судить об этом наверняка я не могу — очертания тела чернокнижника почему-то расплываются, хотя оконное стекло выглядит совершенно чистым.

И все-таки, что же делать с дверью?

Я все так же не вижу на ней ничего, что могло бы напоминать ручку или замок, поэтому не могу придумать ничего лучше, как просто прикоснуться к створке.

И это сработало!

По символам на темной двери пробегает золотистая волна, и створка бесшумно открывается внутрь. Я перелетаю через порог и вижу, что Ваан все еще стоит спиной к дому — видимо, ничего не услышав. Его аура выглядит уже чуть ярче — все-таки, пара часов отдыха в доме Мэба ему явно пошла на пользу.

— Привет еще раз, — ровно и безэмоционально говорю я, так как просто не могу иначе.

Этого все равно достаточно, чтобы чернокнижник вздрогнул, прежде чем повернуться ко мне.

— Держи, — говорит он, протягивая мне наплечную сумку на вытянутой руке.

— А поясная?..

Широкая лямка соскальзывает на мою ладонь.

— Внутри.

— Спасибо, — закинув сумку на плечо, я смещаюсь в сторону. — Проходи.

— Зачем? — хмуро спрашивает Ваан.

— Тебя хочет видеть Суртаз.

— Прямо сейчас?

— Да.

Чернокнижник вздыхает и поджимает губы. Делает неуверенный шаг к порогу.

— Думаешь, это хорошая идея?..

В голосе Ваана я слышу тревогу. Впрочем, это вполне совпадает с моими ощущениями, хоть и по несколько иному поводу.

— Хорошая или нет, отступать в любом случае уже некуда.

— И то верно…

С этими словами чернокнижник переступает через порог и вопросительно оглядывается на меня.

— Вперед и наверх, на второй этаж, — подсказываю я направление дальнейшего движения.

Ваан безропотно подчиняется, и его тихие шаги — единственный звук, раздающийся в погруженном в тишину доме. Я же, прежде чем вернуться внутрь, оглядываюсь.

Улица в пределах видимости — пуста и безлюдна. Лишь косые лучи заходящего солнца, каким-то чудом умудрившись прорваться между плотно стоящими домами, то тут, то там порождают причудливые длинные тени на каменных стенах и брусчатке. То, что должно было дарить умиротворение, почему-то вселяет тревогу.

— Шиз?

Ваан уже стоит у лестницы и недоуменно смотрит на меня.

— Все в порядке? — осторожно спрашивает он.

— Да, просто… Здесь так тихо и безлюдно, — отвечаю я, перелетая через порог.

Дверь сама захлопывается за моей спиной.

— Меня это тоже… беспокоило, — чернокнижник криво усмехается и ставит ногу на ступеньку. — Обычно это плохой знак.

— В смысле?

— Видишь такое поселение — кидай массовое упокаивание не глядя, — мрачно отвечает Ваан. — И молись Суртазу, чтобы в этот момент к тебе со спины не полз упырь.

Я качаю головой, поняв ход мысли. Действительно, в обычном поселении такое безмолвие — не просто плохой, а очень плохой знак. Впрочем, между озомбевшим поселком и этой тихой столичной улицей есть разница: зомби просто упокаиваются, а вот личи могут и в ответ чем-нибудь припечатать.

Оказавшись на втором этаже, Ваан быстро осматривается.

— Нам вперед, — подсказываю я.

— Да уж тут я других вариантов и не вижу.

Чернокнижник издает нервный смешок и делает несколько шагов к двери в конце коридора. А затем, будто вспомнив, кто именно встретит его в другой комнате, он выпрямляет спину и сразу кажется чуточку выше. Хоть я прекрасно понимаю возможные ощущения Ваана, со стороны это выглядит довольно забавно.

Почти не останавливаясь, он толкает дверь и перешагивает через порог. Зависнув в дверном проеме, я вижу, что обе кушетки пусты. Перелетев через порожек и быстро осмотревшись, убеждаюсь, что Суртаза в комнате нет. Видимо, опять зашел в какую-то из соседних.

— Присядь пока, — предлагаю я, жестом радушной хозяйки указывая на кушетку, которую негласно считала своей — рядом с ней не было столика.

Ваан пожимает плечами и занимает предложенное место. Я же, пользуясь случаем, подлетаю к все еще стоящему возле левой двери ложу. С внутренним содроганием скольжу взглядом по простым и практичным формам — никакого украшательства, внешний вид каждой детали подчинен выполняемой ею задаче.

— Это… для чего? — чернокнижник тоже обращает внимание на эту своеобразную мебель.

— Суртаз намерен восстановить мое тело, — как хорошо, что мой голос не способен выдать ощущения, которые я испытываю по этому поводу, — для этого и понадобились кости.

— А… понятно.

В голосе Ваана слышится едва уловимое облегчение. От мысли о том, что мог подумать о предназначении этого ложа, мне становится смешно. Вместе со смехом притупляется и страх — я хотя бы уже могу смотреть на эту злосчастную мебель без содрогания. Снимаю с плеча сумку и ставлю ее на отполированную деревянную поверхность горизонтально разложенного изголовья.