Чтение онлайн

Занила прикрыла глаза, плавно опускаясь по уровням зрения. Она остановилась, когда физический уровень реальности отступил, а тело котенка, лежавшего перед ней, засветилось изнутри сложным переплетением бледно-зеленых нитей. Сквозь первый уровень кружева отчетливо проступал второй, и, приглядевшись, Занила увидела то, что не заметила раньше: нити заклинания пронизывали тело маленького оборотня насквозь, липкой паутиной цепляясь за ключевые узлы не только основного уровня силового каркаса, но и того, что сейчас спало, дожидаясь своей очереди. Занила осторожно потянула за серебристый кончик. Нить на удивление легко поддалась, соскальзывая с кружева ребенка: ничем не закреплена - просто накинута. Занила подавила мгновенное желание уничтожить и остальные нити: наименьшая из существующих у нее сейчас проблем - это не убранное до конца заклинание. Наоборот, нити даже нужны ей сейчас: они, соединенные непосредственно с ключевыми узлами кружева, помогут напитать его достаточным для нового обращения количеством силы. А потом уже можно будет и убрать их.

Все верно, на первый взгляд задача не выглядела такой уж сложной. Нужно было всего лишь приливом силы из вне обеспечить нестабильность энергетического каркаса, а дальше кружево все должно было сделать само. Если бы перед Кай'я Лэ стояла цель вызвать смену облика взрослого оборотня, она бы уже действовала, не задумываясь. Сейчас же она продолжала медлить, потому что в ее голове вновь и вновь звучали слова Ледя: урожденные оборотни не начинают менять облик, пока не вырастут. Златополк назвал одну причину этого - недостаточная концентрация энергии в кружеве. Но была и другая: чтобы обернуться, нужно знать в кого. Новорожденный же оборотень еще не в состоянии осознать, кто он и что он такое! Если водоем не имеет берега, то рано или поздно любая, даже самая высокая, волна угаснет, не достигнув цели. Да, именно поэтому самое первое обращение сына Вилисы, завершившееся успешно, уже можно было назвать чудом. И, как ни старалась Занила, у нее не получалось поверить, что она сумеет это чудо повторить!

Она может наполнить кружево котенка энергией, провоцируя обращение, но - что было бы достаточным для взрослого оборотня, для новорожденного будет лишь первым шагом, а Заниле нужно пройти этот путь до конца. Она не просто должна вызвать смену облика, она должна управлять ей, пока на физическом уровне реальности не окажется сформированным новое тело. Но сумеет ли она сделать это?

Нельзя сменить облик, если не знаешь, в кого обращаться.

Так получилось, что за свою жизнь Занила ни разу не держала в руках и даже близко не видела новорожденного ребенка. Хотя даже это вряд ли бы ей помогло: ей не нужен был какой-то абстрактный человеческий детеныш, ей нужен был сын Минка и Вилисы! Они даже имя ему не успели дать... Кай'я Лэ не закончила эту мысль, потому что крошечная когтистая лапка, потянувшись, вновь ткнулась в ее ладонь, лежавшую на покрывале. Занила вздрогнула от внезапно накатившего ощущения: это уже было, уже происходило с ней! Теплое, чуть шершавое домотканое сукно под ее ладонью и толчок крошечной ножки, ощутимый сквозь ткань, и сквозь плоть матери... Занила осторожно подвинула руку так, чтобы розовая подушечка лапы уперлась ей в ладонь. Как могла она считать, что не знает этого оборотня?! Ей было известно о нем так много! Как он настойчиво стремился побыстрее выбраться наружу; как много энергии было в его кружеве, что почти не удавалось удержать его от обращения; как он упрямо сражался за свою жизнь... Да, нужно быть очень настойчивым и очень сильным, чтобы выжить после всего, что с ним произошло! А еще очень смелыми и очень упрямым.

Было ли этого достаточно, чтобы обращение прошло успешно? Занила действительно не знала. Но она была уверена: этого вполне достаточно, чтобы они попробовали!

Кай'я Лэ раскрыла свое кружево и позволила силе осторожно, капля за каплей, вытекать наружу. Ей не пришлось ловить или связывать обрывки заклинания - они сами потянулись к ней, будто ощутив нечто родное в привкусе ее энергии, и Занила позволила им соприкоснуться со своим кружевом. Теперь она была соединена с энергетическим каркасом маленького оборотня, и нужно было наполнить его силой. Осторожно, капля за каплей. Не переполнить - иначе оно просто сгорит! Ровно столько, чтобы спровоцировать обращение. То, что у Минка и Вилисы вышло случайно, она должна была сделать осознанно. И если на повторение чуда еще можно было надеяться, то как быть с повторением случайности?..

Обрывки нитей заклинания засветились ярче, наполняясь энергией, а вслед за ними сияние дошло и до кружева самого оборотня. Несколько секунд, показавшихся Заниле вечностью, ничего не происходило, а потом по энергетическому каркасу детеныша прошла волна дрожи, мелкой, почти неуловимой глазом. Занила не взялась бы утверждать, когда именно начались изменения, просто вдруг нижний уровень кружева начал всплывать на поверхность, проступая ярче. По ее коже прошлась волна покалывающего тепла, и Кай'я Лэ отодвинула руку: прикасаться уже было не к чему - на кровати, в ворохе покрывал, какое-то мгновение не было ничего кроме бледно сияющего сгустка энергии. Краем сознания Занила услышала, как судорожно вздохнула Вилиса, как что-то тихо проговорил Минк, вероятно, удерживая женщину на месте, не позволяя приблизиться... Занила не вслушивалась: они, в отличие от их ребенка, какое-то время обойдутся и без ее помощи. Кружево под руками Кай'я Лэ стремительно таяло, растворяясь в пространстве. Если она хочет, чтобы обращение завершилось успешно, нужно начинать формировать новое человеческое тело прямо сейчас!

Второй уровень кружева окончательно всплыл на поверхность, и Занила тут же, не медля, дернула к себе нити - обрывки заклинания, наконец-то освобождая от них энергетический каркас оборотня. Сила обиженно зашипела, мелкими брызгами растворяясь в пространстве, но Кай'я Лэ это вряд ли заметила. Ее пальцы мелькали над кружевом, заново наполняя его энергией, помогая вытягиваться новым нитям, соединяя ключевые узлы с верхним уровнем каркаса. Сила крошечными сгустками тепла плясала по ее коже, будто торопя, не позволяя останавливаться. Занила и сама знала: нельзя медлить. У нее есть всего пара мгновений, чтобы заново сформировать кружево оборотня, иначе сила, не собранная в замкнутый контур просто раствориться в пространстве, а вместе с ней и жизнь маленького оборотня. Маленького, но такого упрямого...

Занила цеплялась за эту мысль как за якорь, не позволяющий волне силы смыть ее. А еще за то ощущение, что, казалось, отныне навсегда вплавлено в ее кожу, - ощущение крошечной ножки, толкающейся в ее ладонь. Ты ведь хочешь жить, маленький оборотень? Ты еще не знаешь, что это такое, но хочешь уже, так ведь?..

Последняя нить соприкоснулось с ключевым узлом, мгновенно сливаясь с ним. И Занила стремительно потянула руку назад: меньше всего сейчас нужно было, чтобы ее пальцы оказались внутри периметра формирования тела оборотня на физическом уровне реальности. Она стремительно начала подниматься по уровням зрения. Но даже раньше, чем она увидела результат собственных действий, она его услышала - громкий, пронзительный, режущий слух и, откровенно говоря, совсем не мелодичный плач ребенка! Человеческого ребенка.

На этот раз Вилисе никто не стал мешать, и женщина бросилась к постели, подхватывая на руки сына, прижимая его к себе. Минк помедлил лишь мгновение, а потом его руки легли на плечи женщины, обнимая их обоих.

Занила опустилась на пятки, а потом и вовсе села на пол, привалившись плечом к кровати и вытянув уставшие от долгого стояния на коленях ноги. Она не сделала ничего особенного, ничего, от чего можно было бы так устать, но глаза почему-то закрывались сами собой. Может быть, все дело в трех часах ночи - время, слишком позднее, чтобы думать, и слишком раннее, чтобы действовать. Занила чувствовала на себе взгляд Ледя. Наверное, если бы она повернулась к нему, оборотень бы сказал что-нибудь, но и в этом молчании им обоим было вполне комфортно.

Глаза, впрочем, Занила все же не закрыла. Хотя и не смотрела. Она сидела, повернувшись спиной к остальной части комнаты и продолжала вслушиваться в звуки, прекрасно рисующие ей картину происходящего. Она могла бы поспорить, что Минк и Вилиса по-прежнему стоят, обнявшись и прижимая к себе сына. Мужчина что-то тихо говорил. Слов было не разобрать, но интонация читалась безошибочно: он уверял Вилису, что теперь все будет хорошо, а может быть, утверждал, что никогда и не сомневался, что так будет. На фоне его голоса слышались отдельные восклицания женщины-оборотня. Ее голос был более высоким и оттого казался громче. Но самым громким по-прежнему оставался плач ребенка, никак не желающего успокаиваться. Занила усмехнулась: откровенно говоря, она его даже в какой-то степени понимала. Вряд ли кто-нибудь был бы доволен, встреть мир его столь негостеприимным образом!

Наконец плач стал затихать...

Занила вдруг осознала, что хмурится. Если бы она смотрела на ребенка, она, вероятно, не заметила бы перемен, вообще ничего подозрительного не заметила бы. Но она ориентировалась лишь на слух, и он не позволил ей ошибиться: что-то вновь шло не так! Ребенок плакал тише не потому, что успокаивался, а потому, что у него больше не было сил плакать!..

А дальше три вещи произошли практически одновременно: плач, будто захлебнувшись, смолк окончательно; в панике закричала Вилиса; а Занила, перескочив через кровать, бросилась к ним. Усталость смыло, будто волной, или просто не осталось времени думать о ней. Из всех мыслей в голове билась лишь одна: что опять не так? Ведь был же ребенок здоров?!

Минк перехватил сына из рук Вилисы и протянул его Кай'я Лэ. Занила осторожно положила не двигающееся больше тельце на кровать, одновременно опускаясь по уровням зрения. Она знала: если есть еще какой-то шанс понять, что происходит неправильно, то он здесь - на энергетическом уровне реальности!

Секунду спустя она поняла, что не ошиблась. А еще через две осознала, что ни с чем подобным ей раньше сталкиваться не приходилось. Ей опять, наверное, следовало быть готовой к чему угодно: к разорванному, расползающемуся клочьями кружеву; к ключевым узлам, больше не соединенным между собой; к нитям, истекающим последними каплями силы... Но то, что она увидела в действительности, вновь оказалось для нее полной неожиданностью.