Чтение онлайн

– Что она принимала-медсестра смотрит на меня, не мигая, прищуренными глазами. Девушка заставляет меня нервничать, и прекрасно это понимает.

– Я не знаю! Понятно. Не знаю.
– Я кладу руку на бедро, опускаю голову и щипаю себя за переносицу, заставляя успокоиться.

– Её состояние похоже на передозировку наркотиками. Но не такое. Чтобы она не приняла это очень сильное действие.

Я знаю как влияют наркотики на организм, у меня дома таким не занимаются, если только....

Она подошла к тумбочке, написала на ней и передала мне.

– Купи это и по быстрее. Если я права, и если это действительно наркотики будет очень плохо. Нужно вывести препарат из её организма. Ты тут бессилен. И оставь её в покое.
– я пожимаю плечами. Ответ очевиден.

Я никогда не был в порядке. Ни дня в моей жизни. Мой разум... разрушен. И я точно знаю, когда мои мозги, из слегка поврежденных, перешли в стадию полностью разрушенных.

Я сажусь в машину, давя ногой на газ и с ревом еду вниз по улице.

Через тридцать минут после того, как я уехал от Марты, я оказываюсь возле своего дома.

Я съезжаю с городской дороги на подъездную, ведущую к металлическим воротам.Нажимаю клаксон на руле, ворота открываются, и тогда я еду по длинной извилистой подъездной аллее.

Я оказываюсь внутри в гостиной. Ко мне выходит Мария в одном халате. Подходя ближе обнимает меня шею. Я с трудом удерживают себя, чтобы не задушить её руками. Без слов хватаю её за локоть и веду в сторону лифта.

– Что ты делаешь?
– её голос кажется испуганным.

Я нажимаю на единственную кнопку лифта. Единственный лифт в доме предназначен для одной цели.

Мы спускаемся, она пытается вырваться из моей хватки. Я до сих пор молчу.

После того как вышли из лифта я направляюсь с ней к камере номер восемь. Она понимает куда её ведут и начинает сильнее вырываться. Она плачет. Ненавижу видеть слезы.

– Прошу тебя Фил не надо.

Я открываю камеру, скажу её на единственный стул в этой комнате.

– Говори, что ты сделала? Не отпирайся!

– Нечего, я нечего ей не делала.

Я бью её по лице. Она падает вместе со стулом. Начинает рыдать ещё сильнее. Я поднимаю её и снова спрашиваю: Что ты ей дала!

– Нечего. С чего ты взял, что я ей что - то дала? Может это Виктор. Он тоже её ненавидит. Спроси лучше его.

– Что?
– я не могу в это поверить. Он мой брат, он не мог этого сделать.

Я нажимаю ей на горло, от недостатка кислорода, она начинает задыхаться.

– Лучше скажи правду, иначе ты умрёшь.

– Первитин - выдыхает она.

Я закрываю глаза. Дела обстоят хуже чем я думал. Марта только одним путем сможет ей помочь. Её сердце может не выдержать.

Я подхожу к шкафу. Достаю шприц с препаратом и похожу к ней.

– Нет не делай, прошу тебя.
– чёрная гадость заструилась из её глаз, губа разбитая.

– За предательство убиваем. Ты подписывала контракт, когда устраивалась на работу. И уволиться не может, потому что много видела. Я не убиваю женщин и ты это прекрасно знаешь.

– Лучше убей, прошу тебя.
– я задираю её рукав, нахожу вену и колю ей. Она громко охает.

– Ты пожалеешь, что её убил меня.
– её взгляд пустеет. Она закрывает глаза в полной эйфории. Мое сердце обливается кровью, понимая что могу потерять девушку своей жизни.

Анастасия

Я пытаюсь открыть тяжелые веки, но они очень тяжелые, и я бросаю свои попытки. Кто-то щиплет меня за руку, и это заставляет меня нахмуриться. Такое чувство, будто меня ужалила пчела.

Подняв руку, я медленно тянусь к больному месту в верхней части моей руки, и нащупываю что-то пластмассовое. Хмурюсь еще сильнее.

– Не трогай. Потерпи немного. Скоро все закончится.

– Фил, - шепчу я, с трудом проглатывая слюну.

Кто-то в нерешительности, замирает, потом наклоняется еще ближе, и шепчет:

– Он скоро будет. Хорошо?

Мое тело не мне подчиняется, и я ничего не отвечаю. Я не в состоянии даже кивнуть.

Я хочу Фила.

Я прихожу в себя с иглой в руке и приятным туманом в голове.

Солнечный свет струится сквозь окна. Снаружи на деревьях щебечут птицы.

Я понятия не имею, что происходит.Боль смутно ощущается где-то на краю моего сознания, но ее сдерживает та чудесная смесь лекарств, что растекается по моим венам через иглу. Трубка из неё ведет к прозрачному пластиковому пакету с жидкостью, висящему на металлической подставке.

Обрывки воспоминаний проплывают мимо, как облака. Должно быть, я то теряла сознание, то приходила в себя, потому что совершенно не помню, как очутилась в этой комнате.

Что я отчетливо помню, так это то, что я верила, вот-вот умру — ужасно, мучительно — но я выжила.

Мне снился Фил. Он был таким милым. Эта мысль вызывает у меня улыбку — свидетельство того, что я нахожусь под кайфом от болеутоляющих препаратов.

– Фил?

– Его нет. Он только что уехал. Как бы мне не хотелось, он сидел с тобой целую неделю. Не отходя от тебя. Несколько дней постельного режима, неделя или около того ограниченной активности, и ты будешь как новенькая.

От того что все ещё слаба мои веки медленно закрылись. Я погрузилась в опиум сна. Последнее что я услышала, перед полным погружением были слова Марты.

– Тебе будет лучше без него.

Анастасия

Мне снится, что я бегу по ночному густому лесу. Лунный свет струится сквозь ветви высоких деревьев, пятная темную лесную подстилку призрачной белизной. Массивные корни вьются сквозь груды опавших листьев, которые я подбрасываю на бегу. Мои волосы развеваются, а сердце бешено бьется в груди.

Вокруг тишина, слышен только звук моего затрудненного дыхания, глухой стук моих ног по земле и хруст сухих листьев. Мой разум свободен, будто ветер.

Мое сердце забилось от волнения. Все было как по-настоящему.Реальным.

Громкий скрежет прозвучал, где-то справа от меня. Я отшатнулась назад, столкнувшись с женским телом. А точнее с Марией с бакалом в руках.

Почему... почему это так знакомо?Я вздрогнула, когда мой разум заполнился воспоминанием.

Внезапно кто-то ударил меня по пояснице. Сильная боль отшвырнула меня вперед, и я споткнулась.