Чтение онлайн

Брайен безнадежно провел рукой по волосам, взгляд у него был отсутствующий.

— Как бы я хотел знать, что его гложет.

— Я не знаю, — пробормотала Сара, чувствуя себя немного неудобно.

Это задевало душу. Ее душу. Ведь она же отказалась говорить с Брайеном в тот последний день в его кабинете. Может быть, если бы она… нет. Она отмахнула мелькнувшую мысль. Ситуации были совсем разные. Она не его ребенок. Он должен был поверить, когда она сказала, что у нее есть силы работать. Он не имел права решать, что для нее лучше, и не должен был лишать ее права выбора.

Она была так же виновата, как и он. А теперь она сидела здесь с Брайеном, словно ничего не случилось и успокаивала его.

Если бы она получила должность партнера, они не сидели бы здесь.

— Не хотите ли десерт?

Сара удивленно посмотрела на официанта.

— Н-нет, — запинаясь, ответила она и рывком встала из-за стола. Это было уже слишком. — Я должна идти.

Брайен взглянул на нее, сконфуженно нахмурив брови:

— В чем дело?

Покачав головой, она повернулась, чтобы уйти, но не смогла. Прошлое держало ее. Ведь они делили и горе, и радость. Она должна дать ему хоть какое-то объяснение.

— Стефани, о, Боже, я же должна была ужинать со Стефани…

Сразу отпала необходимость что-то объяснять. Она бросилась из ресторана, не замечая изумленного выражения лица Брайена.

Стефани! У Сары вырвался стон, когда она остановила машину рядом с машиной Стефани. Как могла она забыть, что условилась поужинать с дочерью? Как могла она так увлечься сведением счетов с Брайеном, что позволила своим собственным эгоистическим желаниям затмить Стефани? Она думала только о себе и о Брайене. Если бы он не превратил ее мозги в кашу, она никогда не обманула бы ожидания Стефани. Сара покачала головой и пристально посмотрела на машину, стоящую рядом, желая разобраться, в чем же она виновата.

И она разобралась. Она была виновата в том, что винила Брайена, когда фактически он не имел никакого отношения к ее забывчивости. Она за всю неделю ни разу не вспомнила о договоренности со Стефани. Она так была занята вхождением в курс своей новой работы, проблемами с Алленом, приготовлением к акту покупки, которая не состоялась, что ни разу не подумала о Стефани. Она была лишь человеком и просто забыла. Стефани должна понять. «Я забыла» — была одна из ее любимых фраз.

Вздохнув, Сара нажала кнопку замка гаражной двери, вделанную в козырек, и осторожно ввела машину. Если Стефани дома не окажется, она найдет еще какую-нибудь вину, а у нее сейчас не было настроения. Когда она вошла в кухню, то увидела на стойке остатки обеда.

Стефани лежала на диване и смотрела телевизор. Она даже не взглянула на Сару, когда та вошла в гостиную.

— О, Стеф, я виновата. Была трудная неделя. Я совсем забыла.

— Уже восьмой час, мама, — холодно сказала Стефани. — Где ты была?

Сара рассвирепела, услышав обвинительные нотки в голосе дочери. Она почувствовала себя подростком, задержавшимся после комендантского часа и стиснула зубы. Неужели она не имела права хоть на кусочек личной жизни, который принадлежал бы только ей.

— Кошка съела твой язычок? — саркастически протянула Стефани, перевернувшись на спину. Она сложила руки на груди. — Разве это не та же тактика, которую ты применяешь, когда я не отвечаю на твои вопросы достаточно быстро, и ты подозреваешь, что я выигрываю время, чтобы придумать приличную историю.

— Я советую тебе попридержать язык, — выдавила из себя Сара. Стефани жаждала крови, но Сара не хотела быть донором. — Правила в этом доме не изменились с тех пор, как ты уехала в школу. И я не потерплю наглости.

Стефани отвернулась и еще крепче сжала руки на груди.

— Я только хотела знать, где ты была, — угрюмо промолвила она. — Но думаю, что сегодня произошло то же, что и в прошлую субботу: мне больше ничего не надо знать.

Сара взорвалась:

— Вот именно.

Взгляд Стефани метнулся в ее сторону. Слезы стояли в ее глазах. Сара смягчилась.

— Я извиняюсь, что не сдержала обещания. Завтра мы что-нибудь придумаем.

— Не беспокойся. — Стефани встала с дивана. — Не хочется отнимать твое время. У тебя, наверное, другие планы, о которых ты забыла. Кто знает? Касс может вызвать тебя на работу.

— Сомневаюсь, — резко ответила Сара. — Он утром уезжает из города.

— Ты, наверное, ходила пожелать ему счастливого пути. — Стефани драматичным жестом приложила ладонь ко лбу. — Забудь, что я спросила. Что ты делаешь, с кем ты проводишь время, — это меня не касается.

У Сары возникло желание хорошенько отшлепать дочь.

— Ты ведешь себя, как десятилетняя девчонка.

— Нет, я веду себя как человек, который обнаружил, что не может рассчитывать на свою мать.

— Это неправда, — возразила Сара. — Я всегда с тобой, когда нужна тебе.

— Действительно? — злобно прошептала Стефани. — А сегодня?

Сара устало вздохнула. Разговор до того был неуправляем, что она даже не знала, о чем они спорят.

— Стефани, я пропустила ужин с тобой, а не твое первое выступление в «Олимпике».

Стефани долго зло смотрела на Сару, потом отвернулась и пошла к двери.

— Куда ты идешь? — крикнула ей Сара. Стефани остановилась и бросила через плечо:

— Я не обязана докладывать тебе, куда я иду. Мне уже исполнилось восемнадцать.

Сара нагнала Стефани.

— Ты обязана делать это, — сердито сказала она. — Пока ты не будешь себя обеспечивать сама, я отвечаю за тебя.

— Другими словами, пока ты оплачиваешь мои счета, я должна отвечать на твои вопросы.

— Можно сказать и так, — сказала Сара, теряя терпение. — Я — твоя мать, а ты — мой ребенок. Я…

— Ты же не говоришь мне, куда ты идешь и что ты делаешь, — перебила ее Стефани. — А я лишена такой привилегии.

В отчаянии Сара схватилась за волосы. Ну, хватит.

— В чем истинная причина, Стефани? За эти пятнадцать минут я выслушала столько жалоб. Мне кажется, что тебя что-то беспокоит.

Стефани отвела взгляд. Сара почти видела, как ум ее лихорадочно работал, пытаясь найти нужные слова для огласки того, что нельзя обсуждать. Надо ее немножко подтолкнуть к разговору. Она использует тот же метод, что использовала недавно Стефани. Тот, который Стефани ненавидела больше всего.

— Кошка съела твой язычок?