Чтение онлайн

Я подумала про себя, как этот идиот не понимает, если бы за дверью оказался бандит и убил бы меня, то это было бы лучшим вариантом для меня. При этой мысли меня охватило какое-то странное чувство, что всю эту боль не обязательно терпеть, что я в любой момент могу все это прекратить.

–Что вам надо? Кто вы? – раздраженно посмотрев на мужчину спросила я.

– Я, Филипп Моисеевич, представитель ритуального агентства, я соболезную вашей утрате и хочу предложить вам свои услуги по организации похорон ваших близких.

Мужчина, не церемонясь, оттолкнул меня и прошел на кухню, где начал доставать из своего объемного портфеля разные каталоги.

– Сонечка, времени на организацию похорон всегда мало, поэтому предлагаю начать прямо сейчас. Вы можете, не выходя из дома, выбрать из каталогов все, что вам понравится, а обо всём остальном мы позаботимся сами.

До меня плохо доходил смысл слов, сказанных мужчиной, я понимала, что он на счет похорон, но не могла даже подумать о том, чтобы заставить смотреть все эти каталоги. В моей голове всплыло воспоминание, в котором мы с Алисой смотрели каталоги с платьями для выпускного, а мой Коля каждый раз отмахивался от нас, когда мы просили его совета. Он говорил, что его дочь в любом платье самая красивая. Боль накрыла меня с новой силой, я, чтобы не разрыдаться перед этим ритуальщиком, бросилась в ванную и закрыла за собой дверь.

В дверь снова позвонили, я услышала, как Филипп Моисеевич открыл дверь. Я услышала в прихожей голос мамы. Как мама добралась до меня? Она же еле ходит?

Я вышла из ванной. Меня ужаснул вид мамы, она за день как будто постарела лет на двадцать.

– Сонечка, доченька, как же так? Как же мы переживем это?

– Я не знаю как мам, сказала я, а сама подумала, что вовсе не зачем это переживать, не зачем жить дальше, у меня больше ничего нет и ничего меня больше тут не держит. Я посмотрела на ритуальщика и все для себя решила. В этот момент мне как будто стало легче, я поняла, что сделаю все необходимое для похорон своих родных, и отправлюсь в след за ними.

– Мама, все, что мы сейчас должны сделать, так это достойно похоронить наших любимых. Филипп Моисеевич нам в этом поможет. Нам с тобой надо просто выбрать все необходимое из каталогов.

Мама как-то обреченно посмотрела на меня, и я испугалась, что она все поняла о моих планах, но тут же отбросила эту мысль. Надо действовать по плану, не думать и не отвлекаться, нужно потерпеть еще совсем чуть-чуть…

Было очень холодно, небо заволокло тяжелыми серыми тучами, моросил дождь. На кладбище проводить моих родных собралось довольно много народу, тут были Колины сослуживцы, друзья и одноклассники Алисы, и немногочисленные родственники. Колина мама умерла уже около 10 лет назад, а папы он не знал, поэтому из родственников были только дальняя родня, которую за всю нашу совместную жизнь я видела всего несколько раз. С нашей с мамой стороны был двоюродный брат мамы с женой, детьми и внуками.

Колю с Алисой хоронили в закрытых гробах, поэтому увидеть их и попрощаться мне не удалось, смотря на закрытую крышку гроба, трудно представить, что там твои самые любимые. После похорон, как и полагается, были поминки, кто-то что-то говорил, но я была как во сне, мало на чем сосредотачивалась, мало в чем участвовала. Я просто ждала. У меня по «плану» оставалось только одно дело, а именно позаботиться о маме, отвезти ее к двоюродному брату с семьей погостить.

До поездки к дяде оставалось четыре дня, эти дни показались мне бесконечными, я, не переставая, разговаривала с мужем и дочкой, делилась с ними новостям, рассказывала про друзей и родственников, и все время молила их не уходить и подождать ее еще совсем чуть-чуть, совсем скоро я буду рядом с ними. Я понимала, что, наверное, схожу с ума, но меня это мало интересовало, я просто ждала, когда отвезу маму к родным и, наконец, последую за семьей.

Глава 4

Колю я знала почти всю свою сознательную жизнь. Мы познакомились с ним, когда мне было тринадцать лет. Мы с родителями тогда только приехали в город, после увольнения моего отца с военной службы. Я родилась и выросла в военном городке, где мой папа служил, занимая «важную должность», а мама работала в местном детском саду воспитательницей. Мой круг общения был ограничен детьми военнослужащих нашей части, с которыми я и проводила все свое время. Мама была воспитательницей моей группы и была всегда рядом, поэтому, как считали другие дети, я имела более привилегированное положение. Хотя на практике все было с точностью наоборот. За те провинности и шалости, которые мы себе позволяли сначала с моими детсадовскими одногруппниками, а в последствии с одноклассниками, получала больше всех я. Мама и папа наказывали меня, говоря, что я, как дочь воспитательницы и командира воинской части, своим поведением должна показывать пример другим детям. Так я и жила, стараясь не отделяться от моих сверстников в их развлечениях, и в то же время не подводить маму с папой. Закончив детский сад, мы практически всей моей детсадовской группой перешли в первый класс местной школы, где я и училась до шестого класса. После того, как в нашей части произошла перестановка руководящего состава, мой папа, привыкший всю свою жизнь командовать, не захотел принять предложенную ему новую должность, значительно ограничивающую его в полномочиях, и уволился со службы. Так, закончив шестой класс, мы с родителями переехали в город, где нам предстояло начать все заново. Мама быстро устроилась на работу по своей специальности и обеспечивала семью, пока папа искал подходящую ему работу. Надо отдать ему должное, он быстро понял, что, так как раньше больше не будет, и устроился на работу в службу безопасности местного банка. В седьмой класс я пошла уже в новую школу, где мне предстояло наладить отношения с одноклассниками и влиться в коллектив подростков, которые в этом возрасте не отличаются особым дружелюбием. Мне очень повезло, что в моем классе учился Коля, который взял меня под свою защиту, на зависть девочкам одноклассницам и на радость мне. Он был лидером класса и за ним бегали все девчонки. Он был очень красивым, высоким молодым человеком со светлыми волосами и карими глазами, и я, конечно же, влюбилась в него без оглядки. Нам часто говорили, что мы очень похожи внешне, принимая нас за брата с сестрой. Возможно, поэтому, а, возможно по какой-то другой причине, на мое счастье, он ответил мне взаимностью, и с тех пор мы практически не расставались.

Еще живя в военном городке, я училась в музыкальной школе по классу фортепиано. После переезда родители решили, что я должна продолжить обучение, чтобы впоследствии, после окончания школы, поступить в музыкальное училище, и получить профессию музыканта. По их мнению, такая профессия очень мне подходила и всегда могла обеспечить куском хлеба. Я согласилась с их доводами, и, окончив школу, поступила в музыкальное училище. Коля, чтобы иметь возможность начать работать и помогать маме, поступил на заочное отделение в юридическую академию. Он с детских лет мечтал стать адвокатом, часто разыгрывая сценки из своего воображаемого будущего, где он, стоя в зале суда, толкает блестящую речь и выигрывает процесс. Идя по своему намеченному пути, он уже на первом курсе академии устроился курьером в крупную юридическую фирму, в которой так и проработал всю свою жизнь, медленно, но, верно, поднимаясь по карьерной лестнице.

Когда я училась на первом курсе музыкального училища, от сердечного приступа, не дожив всего несколько месяцев до своего пятидесятилетия, умер мой отец, оставив нас с мамой одних. Я очень любила своего отца, его смерть подкосила нас, лишив нас защиты и опоры, которой он все эти годы был для нас с мамой. Он был стержнем нашей небольшой семьи и без него мы обе чувствовали себя потерянными и несчастными. Только благодаря поддержке Коли, я смогла справиться с потерей. Мама так и не восстановилась после его смерти, и предпочла больше не строить каких-либо отношений с противоположным полом, посвятив свою жизнь мне. Через год после смерти отца мы с Колей поженились. Нам было всего по двадцать лет. Несмотря на его молодой возраст, он вошел в нашу с мамой жизнь как защитник и опора, сознательно взяв на себя такую роль раз и навсегда, ни разу в этом себе не изменив. Колина мама с момента его рождения воспитывала его одна, так ни разу и не выйдя замуж, и это не могло не отложить отпечаток на моего будущего мужа. Он с раннего детства привык себя чувствовать единственным мужчиной в семье и брать на себя ответственность не только за свою жизнь, но и за жизнь близких. Его маме, по началу, было трудно впустить меня в их тесный мир, но спустя время, поверив в нашу любовь и поняв серьезность наших отношений, она смогла принять и полюбить меня. Через год после свадьбы к общей радости молодых родителей и новоиспеченных бабушек у нас родилась Алиса, сразу став центром нашей общей вселенной. Я, так и не проработав по специальности ни дня, занялась воспитанием дочки. Я могла бы пойти на работу, строить карьеру, благо у нас было сразу две бабушки, которые с радостью взяли бы на себя воспитание внучки, но я даже думать об этом не хотела. К моменту рождения Алисы Коля уже неплохо зарабатывал, и нужды в деньгах мы не испытывали, поэтому я могла себе позволить не работать, обеспечивая комфорт и уют моей семье, ведя домашнее хозяйство и воспитывая дочь. Алиса росла очень озорной и жизнерадостной, за ней всегда нужен был глаз да глаз. Она вечно спорила с нами, отстаивая свою точку зрения, постоянно загоралась новыми идеями, которые пыталась немедленно воплотить в жизнь. Жизненная энергия била из нее неиссякаемым ключом, притягивая многочисленных друзей и подруг, покоренных ее напором и лидерскими качествами. Она никогда не давала нам скучать, вовлекая всех, кто был рядом, в свой водоворот оптимизма и жизнерадостности. Она нас всех очень любила и сильно переживала, если кто-то заболевал или ссорился. В такие моменты она всячески поддерживала нас, ругая, если мы позволяли себе даже усомниться в благоприятном исходе ситуации. Для нее не существовало вообще ничего невозможного, поэтому каждый раз, когда мы пытались ее вернуть на землю с тех облаков, где она вечно витала, она обвиняла нас в зашоренности, не уверенности в себе и неумении мечтать. После школы она собиралась стать журналистом, путешествовать по миру, показывая и освещая в своих статьях проблемы человечества, такие как глобальное потепление, загрязнение планеты и другие экологические катастрофы. Вот так и никак не меньше.

Когда Алисе исполнилось семь лет, от рака умерла Колина мама. Болезнь унесла ее всего за полгода тяжелой болезни. Для всех нас это был тяжелейший удар. Она была частью нашей немногочисленной семьи, которую с ее уходом уже никто и никогда не сможет заполнить. Коля очень долго не мог смириться с ее смертью, вспоминая, как она его любила и всегда во всем поддерживала, всю свою жизнь, живя лишь его интересами. Алиса, впервые столкнувшись с тем, что нельзя изменить, была потрясена, ведь раньше она даже не думала о том, что кто-то может умереть. Она очень сильно переживала потерю любимой бабушки. С тех пор, говоря и мечтая о чем либо, она почти всегда добавляла фразу «пока мы живы».

Все восемнадцать лет нашего брака с Колей, я чувствовала себя как за каменной стеной, я очень любила его и всегда чувствовала себя любимой и желанной. Конечно, как и все, мы иногда ругались, пытаясь отстоять каждый свою точку зрения в каком-то важном для нас вопросе, а иногда и в совсем пустяковом, бывало даже не разговаривали по несколько дней к ряду, дуясь друг на друга по разным углам квартиры, но потом когда это нам надоедало, мы мирились, уступая друг другу или приходя к какому-то компромиссу в нашем споре.

Моя жизнь кончилось вместе с ними, и то, что я до сих пор хожу по этому свету, лишь досадное недоразумение, которое я и собиралась исправить.

Глава 5

Мерзкий писк, не прекращающийся мерзкий писк, весь мир свелся к этому писку. Выключите кто-нибудь эту пищалку! Надо открыть глаза. Где я? Откуда этот свет? Этот яркий свет еще противнее мерзкого писка. Стоп.... Где я? Я умерла? Тогда откуда эта боль во всем теле? Я в больнице, вернее, скорее всего в реанимации, но как такое возможно? Я точно помню, что, отвезя маму к дяде, решила не затягивать с осуществлением своего плана, помню, как направила свою машину в бетонное ограждение моста, помню, как моя машина летела с огромной высоты в реку, помню, как-тонула… После такого невозможно было выжить! Тогда, где я?