Чтение онлайн

Несомненно, статус «неполноценной» семьи в какой-то мере отразился и на качестве жизни детей, в том числе и Виктора. Но даже в детстве он понимал, что его родители в этом нисколько не виноваты. Они сами незаслуженно пострадали, поэтому всегда сочувствовал им и благодарил судьбу, которая подарила ему таких замечательных и заботливых родителей. Всей своей честной и трудолюбивой жизнью они доказали, что, невзирая ни на какие жизненные трудности и потрясения, бедность и низкий социальный статус, можно оставаться честными, внимательными, добропорядочными и жизнелюбивыми людьми. По-видимому, этими качествами, в том числе обостренным чувством гордости и собственного достоинства, они в какой-то мере наделили и Виктора.

Раннее детство Виктора прошло в послевоенные годы. В стране почти везде царили разруха, бедность и даже нищета. Главная цель, которую ставило перед собой большинство населения страны, была самая обыденная - выжить. Для этого родители не щадили себя, работая с раннего утра до позднего вечера на производстве и дома. Времени на воспитание детей не хватало, поэтому многие из ребят «воспитывали себя сами». Они были вынуждены учиться отличать добро и зло не по книгам, а в процессе жизни их самих, знакомых и даже незнакомых людей. Сами того не понимая и не замечая, дети формировали свои взгляды, убеждения, свой характер, участвуя в повседневном общении с родителями, соседями, учителями, сверстниками и другими людьми. Оценивая такую «систему воспитания», которую в тяжелые военные и послевоенные годы пришлось пройти Виктору и многим его сверстникам, вряд ли можно однозначно признать ее результаты неутешительными. Безусловно, бедность, стесненные жилищные условия, лишение гражданских прав родителей и другие невзгоды создавали им многочисленные трудности. Но преодоление их в этом возрасте вместе со взрослыми сыграло, в какой-то мере, и положительную роль. Они стали более самостоятельными и подготовленными к последующим проблемам, которые, к сожалению, встречаются на протяжении всей человеческой жизни. Как тут не вспомнить крылатую фразу: «Трудное детство учило нас суровой правде жизни». Дети того периода быстро взрослели, не нуждаясь в постоянной родительской опеке. Эта обязанность обычно возлагалась на старших братьев и сестер, которые не стремились тщательно выполнять ее, предоставляя своим юным подопечным свободу действий. Поэтому Витю и его малолетних друзей нередко можно было встретить одних, купающихся на речке, катающихся с крутых гор на лыжах и даже собирающих ягоды или грибы в лесу.

Разумеется, предоставляемая им свобода не была безграничной. Летом ребята помогали родителям по хозяйству, выполняя посильную работу на огороде, на сенокосе, по уходу за домашними животными. Иногда их привлекали и к более важным делам, которыми обычно занимались взрослые или старшие дети. Так происходило, например, когда в конце сороковых годов в стране возникли проблемы с обеспечением людей жизненно необходимым продуктом питания - хлебом. В связи с его дефицитом приобрести хлеб в магазинах стало проблематично. Купить его можно было только в течение одного-двух часов после открытия магазина в количестве не более одного килограмма на человека. Позднее продавать было уже нечего. Поэтому, чтобы купить хлеб, нужно было пройти определенную процедуру. Она заключалась в том, что рано утром, в четыре-пять часов, Витю будили, и он с ребятами шел за два с половиной - три километра от дома до магазина. Там «покупатель-активист» каждому из них записывал на ладони номер очереди. После этого, борясь со сном, детям приходилось два-три часа томительно ждать открытия магазина. За полчаса до этого момента к магазину сходились покупатели, которые выстраивались в очередь согласно номерам на их ладонях. Возбуждение среди очередников нарастало по мере приближения момента открытия магазина. Очередь, уплотняясь, выстраивалась длинной змейкой. Все чаще и громче слышались голоса покупателей, выясняющих, «кто впереди», «кто сзади», «кто занимал» или «не занимал» ее. Озабоченные их лица поворачивались по направлению, откуда должна подъехать долгожданная машина с хлебом.

Когда этот момент наступал и около магазина останавливался грузовик с металлическим фургоном с надписью «Хлеб», шум от разговоров в очереди зашкаливал, а она, как пружина, сжималась до предела. Соседи в очереди интуитивно прижимались друг к другу так сильно, что втиснуться между ними «чужаку» было практически невозможно. Особенно волновались первоочередные, находящиеся непосредственно у еще закрытой двери магазина, так как в их ряды стремились попасть нарушители порядка. Здесь царил полный беспредел, люди стояли не друг за другом, а неорганизованной толпой. Когда разгрузка хлеба заканчивалась и открывалась входная дверь магазина, эта толпа, застревая в проходе, с визгом и криками неслась к прилавку с продавцом. И только после этого вся очередь неожиданно замолкала, по-видимому, смирившись с реальным исходом этой ситуации. Но волнение людей заканчивалось лишь после того, как купленный хлеб оказывался в их руках. Иногда, когда его привозили мало или если очередь была чересчур большой, такая типичная процедура его покупки могла нарушаться и проходить по еще более экстремальному сценарию. Так, нередко в очереди случались обмороки и даже драки, которые заканчивались обращением за медицинской помощью. Брат Виктора рассказывал ему, что однажды был свидетелем случая, когда ситуация в очереди накалилась до предела. Для установления порядка вызвали милиционера, которому для этого пришлось даже стрелять в воздух из табельного оружия. Так что битва за хлеб была не только в поле, но и в очередях за ним.

После удачной покупки хлеба, Вите и его соседским ребятам предстояло пройти пешком достаточно длинный путь обратно до дома. Такая перспектива после пережитых волнений в очереди и короткого сна представлялась им весьма утомительной. Однако дорогу домой скрашивал один важный момент, который они замечали в магазине. Когда подходила их очередь, они внимательно наблюдали за тем, как продавец, орудуя своим большим и широким ножом, отрезал и взвешивал хлеб. Отрезать точно килограммовый кусок с одного раза у продавца не получалось. Обычно его вес оказывался меньше одного килограмма, поэтому ему приходилось добавлять несколько небольших кусочков хлеба, которые ребята называли довесками. Это их очень устраивало, так как ароматные довески только что испеченного хлеба они с удовольствием съедали по дороге из магазина. Утолив утренний аппетит, они возвращались домой бодрые и довольные, несмотря на бессонную ночь, ожидание в очереди и совсем не близкий путь.

Нередко посильную помощь семье маленький Витя оказывал и по собственной инициативе, без обращений к нему родителей. Несмотря на юный возраст, он чувствовал, что зарплаты отца недостаточно для содержания семьи. Поэтому ему лично хотелось участвовать, хотя бы косвенно, в повышении ее благополучия. Иногда подходящие моменты для этого возникали. Например, при обеспечении жилья теплом в холодное время года. Их деревянный неблагоустроенный дом отапливался дровами, дефицит которых неблагоприятно отражался на температурном режиме комнаты. С целью сохранения тепла вставлялись двойные рамы и заклеивались окна, хотя отепляющий эффект от этого был незначительным. Особенно холодно было в морозные ночи, когда быстро остывала небольшая печная «плита». Поэтому приходилось спать, закрывшись с головой одеялом. А утром, когда было особенно холодно, питьевая вода на кухне покрывалась ледяной коркой. Для того, чтобы наполнить чайник или умыться, ее приходилось разбивать железной кружкой.

Чтобы в какой-то мере уменьшить зимний дискомфорт в доме, связанный с нехваткой дорогостоящих дров, Витя придумал план, одобренный соседскими ребятами. Его осуществлению способствовало расположение дома около реки, по которой на буксирах перевозились лесоматериалы. Когда они предназначались военному гарнизону, бревна сгружали на берегу недалеко от дома, где их пилили на дрова. Солдаты, которые этим занимались, обеспечивались продуктами питания в то время так же плохо, как и гражданское население. Поэтому, общаясь с ними, ребята нередко подкармливали их овощами с огорода. Те в свою очередь готовы были отблагодарить ребят отходами от обработки бревен, но находившийся с ними строгий старшина не позволял им это делать. Когда начиналась погрузка дров на машину, чтобы вывести их в гарнизон, Виктор с друзьями уже ждал ее около своего дома, мимо которого она должна проезжать. Как только появлялась машина, солдаты, сидевшие в кузове на дровах, незаметно для старшины, сидящего в кабине, сбрасывали их на землю. Бежавшими за ней Вите с ребятами оставалось отнести их в свои сараи. За один-два дня реализация этого плана позволяла семье Виктора обеспечить теплом несколько холодных зимних ночей, сохранив при этом небольшой бюджет.

Вообще, с малых лет Виктор отличался тем, что стремился быть добрым не только к близким родственникам, но и ко всем окружающим. Такая предрасположенность нести людям добро, видимо, объяснялась генами его родителей, которые в полной мере ощутили проявление к ним зла и поэтому сохранили в себе добро. Он видел, как тяжело живется не только его семье, но и другим семьям их дома. Помимо бедности, людей раздражали тесные и неблагоустроенные коммунальные квартиры, в которых они проживали. Из-за этого возникали недовольства и конфликты между соседями, которые еще больше усугубляли их нелегкую жизнь. Семья Вити старалась воздерживаться от таких ссор и обид, считая, что общие жизненные проблемы не должны быть причинами неприязненных отношений друг с другом. Наоборот, для успешного решения этих проблем нужно создавать сплоченную и дружелюбную атмосферу. Эта мысль была понятна и Вите, поэтому он предложил своим соседским друзьям помогать экономить средства при оплате электроэнергии.

Суть его предложения состояла в следующем. В то время электросчетчиков в доме ни у кого не было. Раз в один-два месяца к ним приходил контролер («живой счетчик»), чтобы зафиксировать в данный момент количество и мощность лампочек в каждой квартире. Эти показатели учитывались затем при определении объема потребленной энергии за контролируемый период и начислении оплаты за электричество. Понятно, что каждому хозяину квартиры хотелось иметь хорошее освещение, но в то же время платить за него как можно меньше. Добиться этого при остром дефиците у людей денежных средств можно было только, прибегая к хитрости. Она заключалась в том, что перед посещением контролера хозяева вкручивали в квартире электролампочки минимальной мощности, а после его ухода заменяли их на более «светлые». Но это не удавалось сделать, если контролер приходил в квартиру неожиданно. Поэтому для проведения успешной «операции по обеспечению оптимальной освещенности и экономной оплаты» Виктор с ребятами разработал схему очередности оповещения хозяев квартир о появлении контролера в очередном месяце. Очевидно, что положительный результат ее использования обеспечивался только при добрососедских отношениях. Поэтому предложенная схема работала почти без сбоев в течение нескольких лет, позволяя жителям дома иметь относительно хорошее освещение при минимуме оплаты за энергию, а также снизить количество обоюдных конфликтов и претензий среди соседей.

Разумеется, что значительную часть свободного времени Витя, как и все дети, посвящал досугу. В основном это были развлечения на свежем воздухе, которые способствовали развитию физических возможностей. Зимой он отдавал предпочтение катанию на коньках и лыжах.

Первый раз Витя встал на коньки еще дошкольником. Чтобы кататься на них, сначала надо было научиться их надевать. Для этого коньки прикреплялись к валенкам сравнительно тонкими веревками, которые накручивались на небольшие, но прочные палочки. Надев коньки, какое-то время приходилось ходить на них по деревянному полу, а затем по укатанному снегу. Поэтому первое катание происходило на заснеженных дорогах. И только после этого можно было переходить на скользкий лед. В связи с этим приходилось менять и коньки. Первыми коньками у Вити были «снегурки» с широкими лезвиями, которые спереди полукругом загибались вверх. По их названию нетрудно догадаться, что они предназначались для катания по укатанным снежным дорогам. Позднее у него появились старинные коньки - «английские», передняя часть которых была загнута вверх не полукругом, а под острым углом (сорок пять градусов). Их, как и снегурки, он надевал на валенки для катания по заснеженному или неровному льду на реке и на пруду. Обычно на коньках ребята играли в русский хоккей. Для этого в кустарнике срезали крепкую прямую ветку чуть больше метра длиной, у которой самый нижний конец был искривлен. Она использовалась в качестве клюшки. Если маленького мяча не было, то его во время игры заменял какой-нибудь небольшой твердый предмет. Лишь много лет спустя, когда Виктор учился в старших классах, у него появились настоящие хоккейные коньки на ботинках - «канадки». Но они использовались уже не для игры в хоккей, а для катанья на городском катке.

Поскольку на коньках чаще всего приходилось кататься на реке, то «открытие конькобежного сезона» происходило, когда наконец-то наступали первые морозы и устанавливался лед. Обычно это было в конце октября - начале ноября, когда снега еще не было или было совсем мало. В такую погоду на несколько дней река покрывалась чистым, прозрачным, но относительно тонким льдом. Кататься по нему было особенно приятно, хотя и рискованно, так как в некоторых местах под коньками слышался его специфический хруст. Но это лишь добавляло адреналина в крови и усиливало остроту ощущений. К сожалению, уже в начале ноября на льду появлялся снежный покров, а в конце ноября река полностью им покрывалась, вынуждая ребят прекращать конькобежные развлечения. Так что активный период отдыха на коньках был сравнительно коротким - не более тридцати дней.