Чтение онлайн

Внутри всё обрывается. Вот он тот самый момент, вот сейчас я и узнаю свои "тридцать серебряников".

– Мы знаем, как он с вами обращается, знаем, что заставляет работать на него, принуждает жить с ним. Такое тяжело принять честной, достойной девушке.
– Продолжал тем временем незнакомец.
– Мы можем обеспечить вам жилье, покой и защиту.

– И что я должна сделать? Вы же не просто так мне решили помочь?
– знакомый голос бьёт наотмашь. Но нет, я дослушаю.

– Вы очень умная девушка, жаль, что попали в лапы к этому скоту.
– Отвечает её собеседник.
– Вам самой делать ничего не надо. Просто вставить небольшой чип, не больше сим-карты, во флешку. А саму флешку, в системный блок в кабинете Агирова. А позже мы выйдем с вами на связь. К сожалению, дать вам контакты или звонить, мы не сможем, чтобы не подставлять вас под удар.

– Вряд ли получится, меня редко отпускают. И сегодня вот буквально на полчаса вырвалась, чуть подышать. Когда следующий выходной будет, никто не знает, и в кабинете я одна практически не остаюсь. Да и вообще одна. Мне уже скоро звонить начнут, искать.
– Слушаю и ушам своим не верю.

– Что она несёт? Ты же её на целый день отпустил?
– удивляется Влад.

– Гони к этому кафе, быстро! И делай вид, что ты именно за ней спешишь.
– Командую Владу, а сам вслушиваюсь в голоса.

– Ой, девушка, что же вы так неосторожно. Давайте помогу собрать.
– Голос козла после звука падения, видно сумку скинул, сейчас или подложит чего или Кире передаст, делая вид, что помогает вещи собрать.

Влад с визгом тормозит у кафе. Вылетает с водительского сидения и бежит навстречу Кире, бросив машину на проезжей части. Хорошо, что окна затонированы в ноль, меня с улицы не видно.

– Кира, давай быстрее, опаздываем же! Сейчас с нас шкуру с обоих спустят за твои прогулки!
– орёт Влад на пол улицы, подтверждая слова Киры и мешая ей открыть рот на случай, если ей тоже прослушку подкинули. Только уже не нашу.

Влад буквально закидывает Киру в машину и хлопает дверью. Девчонка испугана, не понимает, что происходит. Только глаза в пол-лица таращит, ресницами, как веером взмахивает. Протянутая ко мне рука заметно дрожит. В сжатой руке комок фольги, в которой видимо тот самый чип, что ей передали. Всё, бл@ть, считай, ты выбрала!

Рывком дёргаю её на себя, похрен на Влада и всё остальное. У неё был выбор, вот пять минут назад, не знаю, как она собиралась выкручиваться, если б мы за ней не следили, но она выбрала меня! Сжимаю ее лицо в ладонях и отпускаю тормоза.

 Просто накидываюсь на эти губы. Моя! Вся моя! Она пытается что-то сказать, но от неожиданности моего нападения теряется. Чувствую, как напряжённое тело расслабляется в моих руках, слышу её тихий стон, заглушенный моим ртом.

– Что, устала? А я говорил, вечно вы бабы выпендриваетесь на своих каблуках!
– выкручивается на случай прослушки Влад за нас обоих, потому что у меня самого крышу рвёт. – Скинь, пока до офиса едем.

Закидываю её ноги к себе на колени и скидываю туфли на высоком каблуке, которые она так любит. И прижимаю палец к её губам, жестом прося молчать. Как оказалось, не зря.

При прохождении через пост охраны, Кира объясняя, что не доела шоколадку, якобы вынуждена выкинуть свёрток фольги в урну. А аппаратура срабатывает на нашу же прослушку. Но тем, кто подкинул Кире свою, этого должно быть достаточно, чтобы посчитать попытку неудачной. Тем более, что я лично разломал ручку с толстым колпачком, на которую показала Кира с жестом "не моё".

Теперь осталось только внимательно последить, кто из крыс побежит забирать из мусорки фольгу с чипом.

В своем кабинете, куда я притащил Киру за руку, усадил её на стол, скинув кучу каких-то бумаг. К черту всё.

– Сабир, я...

– Умница моя!
– шепчу ей, рассматривая глаза, губы.

– Я...

– Моя, сказал. Просто, моя!
– и снова не отказываю себе в удовольствии впиться в эти губы, что так долго меня мучили и не давали покоя.

Сабир.

Пятый день развлекаюсь охотой за своей девочкой. Всё пытается сопротивляться, не подпускает, коготки показывает. Только кому ты, девочка, лапшу решила по ушам развесить?

– Ты обещал, что пока сама не приду.
– Напоминает она мне.

– А ты ещё не пришла?
– Уточняю, наглаживая её ладонями по шее и плечам.
– Тебе же предлагали и свободу, и защиту от меня. А ты отказалась.

– Я так понимаю, что этот человек пришёл от тех, кто тебя обворовывает, правильно?
– пытается здраво рассуждать и заумную речь толкать, а саму сбившееся дыхание выдаёт и покрасневшие щеки.
– Ну, и кто верит обещаниям вора? Правда, же? Логично?

И смотрит на меня с такой надеждой, словно от моего слова зависит, поверит ли она сама в собственные объяснения своего поступка.

– А может, просто ты не захотела предавать своего мужчину?
– смеюсь, глядя в её глаза.

– Ты не мой мужчина! Не было такого!
– упёртая, пытается ведь до конца выстоять, не уступить.

– А почему тогда дрожишь, когда я тебя целую?
– шепчу уже в её губы, собираясь продолжить.- Тело предаёт?

– Зато мозг верен!
– ерепенится, как боевой воробей, пытается со стола слезть, только с учётом, что я стою к этому столу вплотную, реакция совсем не та, что она ожидает.

Даже интересно посмотреть на выражение её личика, когда она вспомнит, что сидит на столе с задравшейся юбкой и раздвинутыми ногами. И своими ерзаниями только больше заводит. А я и так не особо спокоен.

Сколько можно у меня перед носом хвостом вертеть, терпение испытывать? Всё, додёргалась! Почувствовала, что я на пределе, распалён уже до крайности. Замерла. Смотрит настороженно, назад старается отползти. Нарочно её за талию обратно подгребаю. В волосы носом утыкаюсь, дышу шумно, не потому, что напугать хочу, а потому что сам кайфую.

– Сабир... Сабир Фахратович!
– серьёзно, она на самом деле решила за официоз спрятаться?
– Ну, зачем? Ну, сам же говорил, что я твой бухгалтер, ревизор, казначей, как ты говоришь. Тебе самому я, как работник нужна, а какой из меня работник будет, если я себя потом не соберу? Ну, разве не понятно?

– Ты сначала определись на "ты" ко мне обращаться или по имени отчеству.
– Глазки серьёзные, не придурь в голове, своими переживаниями делится.
– Ты серьёзно надеешься оттолкнуть, напоминая о выгоде от своей работы? Я полтора месяца с тебя глаз не свожу, по тебе голодаю, думаешь, не успел десять раз всё взвесить?