Чтение онлайн

В буквальном смысле таранит рассудок и бесцеремонно оставляет в моей голове единственный образ — свой.

— Мы летим в Швейцарию, если тебе всё еще интересно, — мимоходом взъерошивает мои волосы и закрепляет их на затылке, не позволяя отвернуться.

Словно боится, что я просто встану и уйду, воспользовавшись временем посадки. Самолет-то еще не взлетел.

— А почему туда?!

— В этой стране говорят по-итальянски, нам будет проще освоиться. К тому же там очень низкий процент преступности, поэтому я буду спокоен за нашу семью.

Черт возьми. Он реально сказал запретное для многих мужчин слово «семья»?

Я нерешительно прокашливаюсь, чувствуя приток крови к голове, и озадаченно протягиваю.

— А откуда такая срочность? — ляпаю невпопад, ведь меня волнуют совсем другие вопросы. — Я даже вещи не успела собрать. Мы будто бежим из Милана.

— Так и есть, — сцепляет наши руки и улыбается. — Мы бежим от всего старого дерьма. Шмотки потом купим. Главное — начать сначала, — заглядывает в глаза и насмешливо добавляет. — Два безработных человека с кучей денег едут исполнять свои мечты.

— Какие, например? — заражаюсь его будоражащим настроением и кусаю губы, чтобы щеки не треснули от широкой ухмылки.

— Ты всегда хотела заниматься танцами, так почему бы не превратить это в хобби, а потом, возможно, сделать своей профессией?

Сердце чертовски греет от понимания, что в первую очередь он говорит именно о моих мечтах.

— Рон, мне двадцать два года. Как ты себе это представляешь? — мотаю головой. — Такую карьеру с детских лет начинают.

— Да. Забыл один момент — сначала поработаем над твоей любовью к самоуничижению. Найдем психолога и уберем твои сомнения в себе, а потом уже будем мир покорять.

— Ты меня переоцениваешь, — возмущенно фыркаю.

— Нет, Царапка, если ты чего-то захочешь, то обязательно добьёшься, — убеждения звучат как угрозы. — Я же не говорю о конкурсных танцах. Ты могла бы серьезно изучить теорию и практику и преподавать в какой-нибудь школе. На это потребуется время, да и плевать. Я думаю, что мы с тобой и так много лет потратили на вещи, которые нам противны.

— А ты? — касаюсь его руки и начинаю водить непонятные узоры. То ли себя успокаиваю, то ли его. — Чего ты хочешь? Ведь из-за моего отца твоя карьера безнадежно испорчена. Я не могу перестать винить себя за это.

— Не неси чушь. Только благодаря тебе я смог остановиться и не превратился в конченного ублюдка, — тяжело вздыхает, обжигая кожу у висков. — Я придумаю что-нибудь. Создам компанию или вложу деньги. Не суть, не забегай так далеко.

Убирает за ухо непослушную прядь и крепко прижимает к себе. Тихо шепчет.

— В конце концов, я всегда успею стать частным детективом, если вдруг соскучусь по адреналину или же внезапно захочу помогать другим людям. Я многое повидал и могу предсказать, как мыслят преступники. Не волнуйся, без дела сидеть не буду, — усмехается.

— Дурак. Я вовсе не об этом думаю, — недовольно бормочу себе под нос.

— Ну серьезно, Царапка, расслабься. Я ведь во всех планах хорош, — иронично щурится. — Тебе ли не знать.

Я поднимаю глаза и поддаюсь резкому порыву, напрочь выбрасывая из головы присутствие посторонних людей. Обнимаю мужа за шею, губами касаюсь его рта и долго целую, до тех пор, пока не начинаю задыхаться от нехватки воздуха.

— Я люблю тебя, — с лёгким сердцем бросаю откровенное признание.

Самолет взлетает.

Конец