Чтение онлайн

– Какие-то проблемы? – стараясь сохранять спокойствие, спросил я.

Антон и Гурьян растерянно смотрели на меня. На измене они! Не успели еще вступить в бой, а уже проиграли. Не бросятся в драку, если, конечно, я не смогу пробудить в них боевой дух. Но для этого мне самому нужно рвануть на бандитов с кулаками, сбить с ног хотя бы двоих из них.

А бычье стадо крупное. Сначала нарисовались четыре туши, затем добивались еще две. Полдюжины бандитов – это чересчур. А если у них под куртками волыны спрятаны, тогда туши свет, сливай керосин.

– Ты кто такой? – исподлобья глядя на меня, спросил тот самый бугай, который угрожал Кеше.

Голова у него лысая и гладкая как бильярдный шар. Ощущение такое, что и вместо мозгов у громилы сплошь слоновая кость.

– Директор.

– Ты нам и нужен! Пошли в кабинет, говорить будем! – Бугай попытался схватить меня за рукав, но я вовремя отошел в сторону и заявил:

– Ты давай без рук.

– А то что? – осведомился лысый и глянул на меня глумливо, с неприкрытой угрозой.

У него и лицо, казалось, было вырублено из слоновой кости. Ударишь такого – пальцы переломаешь.

– Разговора не будет, – сказал я, хотя давно уже не чувствовал себя таким беспомощным, как сейчас.

– Без разговора платить будешь!

– А если крыша у меня?

– Кто?

– Скажу. Если разговор состоится. А если нет, то промолчу.

– Умный, да? – сощурив один глаз, спросил бугай.

Я понимал, что шансов против него у меня нет. Во всяком случае сейчас. Поэтому надо было сбивать накал страстей и договариваться. Кто такие эти ребята, кого представляют? Если команда серьезная, то можно будет обговорить их условия. В стране царят рыночные отношения, значит, торг вполне уместен.

– Ты коней попридержи, – сказал я. – Тогда и поговорим.

– Где ты здесь коней увидел? – возмущенно протянул бугай.

Похоже, не выйдет у нас спокойного разговора. А общение на повышенных тонах чревато мордобоем. Лупить меня будут обязательно, причем на глазах у жены. Лиза наверняка стоит у окна, наблюдает за сценой. Она-то, конечно, пожалеет суженого, но прежнего уважения уже не будет. Девушка, как ни крути, не простая, и блатная романтика для нее не пустой звук.

– Где кони? Какие кони? – услышал я вдруг рычащий голос, который показался мне знакомым.

Со стороны проходной неспешным стремительным шагом к нам приближался бритоголовый качок в кожаной куртке. Нахальный взгляд, самодовольная ухмылка. Он усмехался не только губами, но даже и ямочкой на широком, будто подрубленном подбородке.

Я узнал этого парня. Лагерный придурок Яша Балаган. Только сейчас он не похож на недоумка. Да и в зоне он был не столько дураком, сколько злым клоуном, каких показывают в фильмах ужасов.

– Ты, что ли, конь? – спросил Яша, с гоблиновской ухмылкой глядя на меня.

– А похож?

В зоне мы были врагами, и сейчас дружба нам не светила, поэтому я и не думал улыбаться ему как старому знакомому. Да и он объятия не распахивал.

– Как дела, Кречет?

Лысый бугай удивленно глянул сперва на Балагана, потом и на меня.

– Твоими молитвами, но не очень.

– Чего так?

– Моя это фирма.

– Да?.. – Яша на мгновение задумался. – Что ж, тогда будешь платить.

– Обоснуй.

– Гы! Узнаю Кречета! – Балаган оскалился.

– Кого ты представляешь?

– Себя! Обосновать надо? Легко!.. – Яша вдруг стал снимать с себя куртку. – Я здесь все решаю! Да, Пахом? – Он с небрежностью большого босса провел ладонью по лысине бугая, а тот покладисто кивнул. – Как скажу, так и будет. Захочу, сорок процентов мне отстегивать будешь и ничего со мной поделать не сможешь. Или вообще платить не будешь. Давай забьемся! Если я тебя сделаю, то ты сороковку мне каждый месяц отдаешь. Если ты меня, то мы с тебя слезем. Крышу поставим, охранять станем, а бабла с тебя не возьмем. Как тебе такой расклад, Кречет? – закатывая рукава, спросил Яша.

Я радовался, когда Балаган выходил на волю. Думал, что больше нам не придется выяснять отношения, драться на потеху толпе. Он уходил, и больше некому было доставать меня своей жаждой реванша. Но не прошло и двух лет, как Балаган вернулся. Эта жажда пришла вместе с ним.

Яша всегда мне проигрывал, но сегодня он наконец-то мог взять реванш. С тех пор как откинулся, Балаган стал мощней. Уверенности в нем куда больше, чем прежде. Да и мотивация у него жестокая. Он ведь крутой бандитский бригадир, и ему никак нельзя ложиться под меня. Вместе с ним рухнет и его авторитет.

– Хорошо.

Пальто я так и не надел. На мне сейчас был только пиджак. Я скинул его, но рукава на рубашке закатывать не стал – это лишнее.

Сорок процентов с прибыли – это грабеж, а если с оборота, то и вовсе катастрофа. Полное разорение ждет меня как в том, так и в другом случае. Что ж, банкротство – это не смерть. Как-нибудь переживу. Ведь не станет же Балаган убивать меня за то, что мне просто нечем будет расплачиваться с ним. Хотя кто его знает.

В любом случае биться мне нужно не на жизнь, а на смерть. Не могу я проигрывать, не тот у меня характер. А еще на кону стоит мое светлое будущее.

– Ну что, начнем? – приманивая меня пальцами, спросил Балаган.

– Начнем, – сказал я.

Тут же последовал удар, которого я ждал.

Балаган превратил свое тело в груду мышц, но манеру боя не изменил. Удары у него мощные, хорошо поставленные, но им не хватало скорости, во всяком случае против меня.

Сейчас его действия показались мне медлительными. Я мог спокойно уйти в сторону, но, уклоняясь от ударов, Яшу не победить. Его нужно атаковать, яростно, убойно. При этом никак нельзя забывать о защите, хотя и зацикливаться на ней не стоит. Атака прежде всего!

Я не стал уклоняться от удара или ставить блок, а всего лишь чуть-чуть отвел в сторону голову. Кулак Балагана слегка скользнул по моей щеке. Ощущение было таким, как будто чугунная чушка прошла по касательной.

Я и сам зарядил справа, прямым в голову. Она у Балагана была выточена из гранита. Я отбил кулак, но это меня не остановило. Удар слева, снова справа! Каждое движение сопровождалось дьявольским выбросом энергии и боли.

Я бил, пропускал удары, от которых взрывалось в голове, взламывал активную защиту, терял на каждом ударе массу сил, стремительно слабел. Голова пылала как башня танка, расстрелянного бронебойными болванками. Но я все-таки держался на ногах и продолжал рубиться с Яшей.