Центурион
Шрифт:
— Нет, — покачала головой она, не поворачиваясь к ней. — Ничего, кроме того, что его отец застрелился из-за сделки с моим. Я пытаюсь…
— А незачем пытаться! — повысила голос Ева, поднявшись с кресла. — Эти люди тебе не нужны! Возвращайся к прежней жизни, можно забить на компанию, мы вместе можем открыть свое дело, ты возобновишь отношения с Эриком, вы поженитесь и все будет хорошо! Без всех этих дрязг!
— Но я так не могу, — резко обернулась Келли, — понимаешь? Эти призраки прошлого не дают мне жить, и я не сверну с пути. Я вновь буду сидеть в президентском кресле своей компании!
— Принципы?
— Принципы, — отчеканила Рамонес и вздохнула, — но я не знаю, что творится со мной в последнее время… все так сложно и запутанно!
— Все образуется, — Ева приблизилась к подруге и крепко её обняла. — Поверь мне.
Келли кивнула, и они расположились на диване. Герц вновь налила им вина, в то время как Рамонес решила позвонить Кевину. Она видела, что мужчина уходил в крайне смятенных чувствах, и ей хотелось убедиться, что с ним все хорошо. Первые три вызова он проигнорировал, как и последующие два. Келли начала беспокоиться, но Ева подняла тему, от которой девушка не смогла отбиться.
— Это ты ли за него так беспокоишься? — усомнилась подруга. — Неужели у тебя есть к нему какие-то чувства?
— Ты что, — слегка улыбнулась Келли, — конечно нет… когда это у меня хоть к кому-то они были?
— Ну да. Действительно, — хмыкнула Ева, — даже Эрик не добился ничего, кроме симпатии.
— Только не начинай, — прикрыла глаза Рамонес, облокотившись о спинку дивана, — нас же ничего не связывало кроме бизнеса родителей.
— И то верно. Но красавец же был…
— В том то и дело, что был, — развела руками Келли, дав понять, что этот разговор окончен.
Она уже дремала, когда раздался звонок её телефона. Ева недовольно что-то пробормотала, едва ли не свалившись с дивана. Рамонес выключила звук, а затем сползла с лежбища и отошла подальше к кухне, чтобы окончательно не разбудить подругу. Увидев, что ей звонит Кевин, да еще и в час ночи, она не на шутку испугалась.
— Да, я слушаю!
— Доброй ночи, девушка, забирайте вашего жениха из бара, ему уже явно хватит.
— Что? — не поняла Келли. — Какого жениха?..
— В баре на бульваре Уилшир*, пятьдесят третье здание, — ответил спокойно мужской голос, а затем повесили трубку.
— Жених? — нахмурилась она, не понимая, каким образом ей его в женихи записали, хотя, пять пропущенных вызовов…
Девушка тихо обулась и надела кожаную куртку, чтобы не разбудить Еву, и взяла ключи от недавно отремонтированного "Бугатти". Сделав на голове высокий хвост, чтоб было удобнее, она записала на всякий случай в заметках адрес бара, чтобы потом внести его в навигатор и без проблем добраться туда. Келли не знала к чему себя готовить, и если его надо просто отвезти домой, то с этим ей справиться, как нечего делать. Девушка за рулем уже почти семь лет, с восемнадцати, и с перевозками у неё все было отлично, если, конечно, трезвое состояние. Сегодня она почти не пила, глоток вина не в счет, это Ева выпила почти половину бутылки, а Келли словно чувствовала предстоящую поездку. Ночью дороги посвободнее намного, чем днем, и буквально за полчаса Рамонес доехала до нужного бара. В этой части города в такое время была куча людей — все отдыхали от тяжелой недели, морально готовясь к завтрашнему понедельнику. Несмотря на обилие дорогих машин, черный "Бугатти" моментально приковал всеобщее внимание, и Келли припарковалась рядом с авто Кевина. Значит он еще здесь.
Она вошла в заведение, в котором стоял невыносимый шум, голоса дезориентировали, играла громкая музыка, и ей еще предстояло отыскать в этом полумраке своего начальника. Ситуация — глупее не придумаешь. Пробираясь сквозь толпу не самых трезвых людей к барной стойке, Келли начинала активно размышлять над тем, как его вытащить отсюда и как, для начала, найти. Бармен наливал кому-то пиво, и стоило ей подойти к стойке, как несколько мужчин обратили на неё внимание. Весьма пристальное, надо сказать, внимание.
— Здравствуйте, — слегка нервно улыбнулась девушка, — мне звонили, говорили забрать жениха… не подскажете, где я могу его найти?
— Этот? — безразлично кивнул бармен в сторону конца стойки, где она и увидела Кевина.
Тот опустошал уже неизвестно какой по счету стакан, но выглядел вполне трезвым.
— Этот, — подтвердила Келли, не сводя с него глаз. — Не подскажете еще, сколько стаканов у него уже ушло?
— Последний был шестым, — так же невозмутимо ответил бармен, и она уверенно направилась к своему начальнику.
Не совсем представляя, что делать в таких случаях, девушка, стоя у него за спиной, ловко выдернула стакан из его руки, а затем стала так, чтобы он её видел.
— Я никогда бы не могла подумать, что вы такой же, как и остальные, — с плохо скрываемым разочарованием произнесла Келли, — как и я! Чуть что, сразу напиться до беспамятства, в лучшем случае проснуться в каком-то углу своей квартиры! Я думала, что вы гораздо сильнее! Подумаешь, что мистер Моран повел себя как подлец, другого от него уже можно не ожидать, но вы…
— Уйди, — спокойно и холодно произнес он, словно не был пьян.
— Опять будете говорить, что от меня одни проблемы? — фыркнула девушка, отодвинув стакан подальше, и стараясь не обращать внимания на то, что к их разговору уже прислушиваются некоторые люди. — Да, знаю, что я не идеал, не подарок, как говорят в простонародье, но меня попросили вас отсюда забрать, я и заберу!
— Я не просил, — жестко ответил он, сжав руку в кулак, вены на запястье вмиг стали видны куда лучше.
— И что? Как вы любите говорить, нам завтра на работу! — не собиралась сдаваться Келли.
— Мне виднее, а вот что делаешь ты одетая весьма вызывающе в половину второго ночи в баре, где куча пьяных мужчин?
— У вас не получится меня обидеть, — поморщилась девушка, потянув его за руку. — Нам надо идти.
Он спрыгнул с высокого стула так молниеносно, что Келли не успела отойти в сторону, как Кевин схватил её за воротник куртки и притянул к себе. Его невероятно холодные глаза были в нескольких сантиметрах от её глаз, так широко открытых, что в них можно было утонуть. Она медленно положила ладони на его руки, пытаясь отнять их от своей куртки, но, увы, ничего не получилось. Сил мало, чтобы противостоять ему.