Чтение онлайн

С хрустом разрывая кольчугу, клинок свершил своё кровавоё дело. Бухнадаровец, ещё не понимая, что всё кончено, и не обретя ожидаемой опоры, низринулся в пропасть. А секундой позже, окончательно потеряв равновесие, следом за ним полетел и Святополк. Некоторое время враги скользили по влажной глине отвесного берега, а затем погрузились в воду. Нейс, безразличный к исходу поединка между людьми, тут же подхватил их и потащил в глубину.

– 6 —

Святополк открыл глаза. Он лежал на берегу, а вокруг высились стройные фигуры водяных.

– А где «рыжий»? – спросил, он закашлявшись. Кое-как поднявшись на ноги, оглядел себя. Воду бы хоть с сапог слить, да чуть потерпеть придётся.

– Ты убил его, а после он утонул, – лаконично промолвил обитатель воды.– Мы всё видели. Вот твой меч. Лучше скажи, кто ты?

Князь назвался. А потом добавил:

– Я друг Омутника Бобра, сына Перекатника Выдры.

– Мы – Выдры, а Омутник наш брат… Доказать то, что сказал, можешь?

– Опять, – проворчал князь, досадуя на недоверчивость водовиков.– Конечно, могу. Ножами мы поменялись… Ох! Только я его потерял. Найти надо.

– Он здесь. Мы нашли.

– Так что же ещё?

– А если ты его убил, а нож взял себе?

– О, Мокошь 16 и Руевит! – простонал молодой витязь.– Что ж мне делать?

– Хорошо, – видимо что-то решив, ответил водяной.– Мы позовём судью.– И махнул кому-то рукой.

Вот за что князю понравились водяные, так это за то, что ждать не заставляли. И совсем скоро позади возникло какое-то оживление. Обернувшись, молодой человек увидел, что приближаются трое Выдр и с ними ещё нечто.

– Леший, – пояснил водяной.– Он судья.

Воин ничего не ответил, только поморщился, да тремя пальцами прикоснулся ко лбу, испросив помощи Триединого.

А леший, тем временем, уже приступил к своим обязанностям. Он, кряхтя, уселся на пенёк, растёр между лап-веток горсть земли, что-то сипло побормотал, а затем приложил нож к обрубку ствола, который заменял ему голову. На судью он походил мало, скорее, на старый кряжистый дубок, который в детстве приболел, а потому не вырос, но дела это не меняло. Судья, так судья. «Посмотрим, что за извол в его деревянной башке родится», – изготовившись к самому худшему, решил Святополк и собрался слушать.

Леший же, впрочем, окружающих томиться не заставил.

– Не виновен! – проскрипел он, поднимаясь с пенька.

Князь облегчённо выдохнул.

– Я свободен?

– Да, конечно, – ответил за всех лесовик.– Если что, нужда какая – обращайся. Всегда помогу. Меня зовут Дуб.

– Я так и знал. А меня…

– Я знаю, я увидел, – не совсем понятно для сына Ратибора ответствовал лесовик и, похлопав его по плечу ветвящейся лапой, добавил:– Можешь идти, если, конечно, не хочешь задержаться в компании подводных.

– Я б задержался, да дела.

И Святополк, кивнув всем присутствующим в знак прощанья, и прихватив лежащее на песке оружие – кинжал и меч, – направился вглубь леса.

– 7 —

А дела, между тем, были скверные. Только «белое» оружие – нож да меч на месте, спасибо водяным. А вот всё остальное – цепь, конь, шлем, копьё… Да что копьё! Где Черномазик?

– Не печалься, добрый молодец, – услышал тут Святополк знакомый хриплый фальцет.– Твой оруженосец никуда не делся. Вот он – я.

И домовой выглянул из-за дерева.

– Всё нашёл, всё, – проговорил он.– И щит, и копьё, и даже цепь собрал, на нитку нанизал. А Ветролёт вон – за деревьями, пошли.

«Слава Триединому», – подумалось молодому князю, когда он увидел, что верный конь цел и невредим. Но это ещё что? Рядом с Ветролётом стоят люди какие-то. Мужчина, женщина и маленькая девочка. Подойдя ближе, витязь разглядел, что одеты незнакомцы по—доростольски.

– Доброго дня вам, – приветствовал их витязь.– Откуда вы здесь?

К удивлению сына Ратибора, все трое тут же рухнули перед ним на колени и хором запричитали:

– Спасибжо, спасибжо тебе, вельможный князе! Да дадут тебе боги гарну невесту та калиту побильше.

– Э-э! – воскликнул Святополк, пытаясь поднять их на ноги.– Какой я вам «вельможный»? И почему, «князь»?

– Так доспех больно богатый, – ответил мужчина.

«Да что ж такое, снова „доспех“… серебряные, что б их, латы! – подумал молодой ратник.– Выкинуть их что ли»? А вслух спросил:

– А спасибо за что?

– Та ты ж спас нас! Псы рыжехвостые нас в полон волокли!

– А, вот в чём дело. Тогда ясно. А вы, что, из Доростола, что ли?

– З Доростолу, так.

И спасённые начали наперебой рассказывать, как жили они, что делали, и как на хутор налетели бухнадаровцы, схватили их и увезли. А девочка во все глаза смотрела на домового, прячась за спиною отца.

– Ну, шо ты на него осиишь 17 , як бобрец на п`лкевое знаме? – заметил испуг дочки мужчина.– То ж барабаш. У нашей хате таких под крышей цельный гурт столовался.

«Как бобр на полковое знамя, – улыбнулся сравнению Святополк. – У нас обычно говорят: как баран… А вот с «бобром» они бы потише, не приведи, водяные услышат. Попротыкают острогами к Чернобогу. Шуток они не очень «разумиют».

– И куда вы теперь? – поинтересовался князь.

– Та з вами бы, ясный рлыцарь… спокойнее, – просящим тоном проговорил мужчина и, не совсем кстати, добавил:– Как-то мы не змовили 18 , я – Огнен, то, – он указал на жену, – Златка, а то – доча наша – Ниточкой кличут.

– Вам бы – домой, – сказал молодой князь, – а не со мною. Я ведь в Гринуэлл. Не по пути.

– Та нет, славный пане, нам бы з вами, – повторил Огнен.– Скрозь лес хлопот велико.

– Ну, как знаете, – разведя руками, произнёс Святополк.– С нами, так с нами.

Отблагодарить своих спасителей Огнену и Златке было нечем, поэтому они предложили Святополку и Черномазику с ними отужинать. Тем, что «Жива послала».

И всё было прекрасно, лишь домовой, присевший чуть в стороне, обиженно ворчал: