Цепной пес и одинокий волк
Шрифт:
– Я ранен! Черт... я ранен!
– стонал Рама.
– Куда, Рама?
– спросил Колобок.
– В живот!
– Стрелять можешь?
– Я ранен! Ранен!
Молодцов упер ружье в бедро, передернул двумя руками затвор и выглянул из-за пня. Колобка и Гамлета было почти не видно, они лежали в нескольких метрах друг от друга, вжавшись в мох. Видна была только нога Гамлета в кроссовке. Молодцов выставил ружье, прицелился и выстрелил. Он видел, как пуля колыхнула штанину.
– А-а!
– заорал Гамлет.
Молодцов перезарядил ружье, действуя скованными руками.
– Сука...
Колобок дал очередь в их сторону, не целясь.
Перезарядив ружье, Молодцов поднял голову и осмотрелся. Позади метрах в пяти над кочкой виднелся автоматный ремень. Молот, пятясь, пополз к автомату, при этом держал ружье наготове, чтобы в случае чего сразу выстрелить.
Рама и Гамлет стонали, каждый на свой лад.
Серегин выглянул из-за ели. Ему был виден Рама, он лежал на открытом пространстве, едва прикрытый молодой елкой. Он держался за живот залитой кровью рукой. Серегин прицелился, но вид страдающего человека не давал ему выстрелить. Рама заметил его и направил на него пистолет.
Серегин выстрелил. Рама вздрогнул, выронил пистолет и, ткнувшись лицом в сухие иголки, стал дышать лихорадочно и прерывисто.
– Молодца сержант! Ай, молодца!
– обрадовался Молот.
– Рама! Рама!
– крикнул Колобок.
Из-за холмика, за которым лежал раненый Гамлет, появился пистолет и произвел три выстрела в сторону Молодцова. Молодцов ответил выстрелом из ружья. Мох на холмике разлетелся в клочья и рука с пистолетом исчезла.
Молодцов зацепил ногой ремень автомата и подтянул к себе. Приподняв голову, он осмотрелся, вскочил, перебежал к толстенной ели и сел за нее. Колобок и Гамлет выстрелили в его сторону, но поздно.
– Сержант, ты как?
– спросил Молодцов.
– Живой!
– Патроны приберегай!
– Молоток, ты мусором заделался?
– крикнул Колобок.
– Лучше мусором, чем пидарасом, как ты!
– Заткни глотку! Сука! Ты ответишь за эти слова!
– Я всегда отвечаю за свои слова!
– Молодцов выглянул из-за ели.
– Я тебе сердце вырежу!
Молодцов усмехнулся.
– Тебе обидно, Колобок? Это от гордыни. Если б ты не заносился, а посмотрел бы на себя, кто ты есть на самом деле, ты бы не обиделся. Ты ведь просто шестерка у Кирюхи. Был бы ты человек, ты бы спросил, зачем ему моя жизнь понадобилась. А тебе сказали, ты и делаешь. Сказали - Молотка убрать, ты гривой тряхнул и пошел, и не спросил, за что. Ты же знал меня раньше. И все равно пошел. Ну и кто ты после этого?
– Ты криво засадил, поэтому на тебе крест поставили.
– Где я криво засадил?
– Тебя же приняли, а тебе говорили, что этого не должно быть.
– Ну и что, что приняли?
– Сам знаешь. Такие люди замазаны.
– Меня не раскололи! Я никогда ни одной бумажки у ментов не подписал!
– Молодцов высунулся и выстрелил.
Колобок усмехнулся.
– Тебе тоже обидно! Это надо было Кирюхе говорить, тогда. А теперь поздно. Теперь за нас стволы говорят.
Колобок тоже высунулся и выстрелил. Из ели вылетела щепка. Молодцов передернул затвор.
– А, - стонал Гамлет.
Молодцов выстрелил в его сторону, передернул затвор, и, осторожно высовываясь, наблюдал за обстановкой.
– Положение у вас, ребята, хреновенькое, двое раненых. Вам надо думать, как шкуру спасти. Колобок! Ты видел двоих на полянке? И вы тут ляжете!
– Еще посмотрим, кто из нас ляжет!
– Вам, парни, не позавидуешь, в такой замес попасть!
– он приготовился, положив палец на спусковой крючок.
– Вы ведь только морды бить умеете и пальцы гнуть, а тут маленько повоевать надо. Слышь, Колобок!
Он видел спину и макушку Колобка, отползающего назад. Он выстрелил в него, бросил ружье, схватил автомат, выскочил из укрытия и, взяв автомат как пистолет, побежал приставными шагами, по дуге, ведя огонь короткими очередями.
Колобок повернулся, чтобы выстрелить, но было поздно. Серегин высунулся из-за ели и сделал три сдвоенных выстрела. Выйдя Колобку и Гамлету во фланг, Молодцов остановился за деревом и сделал две прицельные очереди. Подождал и выглянул из-за дерева.
– Сержант, твой там шевелится?
– Вроде нет.
– Сиди пока, не высовывайся.
Молодцов вышел из-за дерева и направился к Колобку и Гамлету, направив на них автомат. Колобок лежал неестественно изогнувшись. Гамлет уткнулся лицом в мох, его спина и бок были в крови. Молодцов опустился на корточки и отстегнул магазин. Магазин был пуст.
– Спасибо, Господи, - шевельнулись его губы, а глаза на секунду вознеслись к свету, пробивающемуся между кронами.
Он сунул за пояс пистолет Гамлета и взял автомат Колобка, пошарил у них по одежде, есть ли запасные магазины.
– Теперь нас двое против одного!
– крикнул он.
Он упер автомат в плечо, поднялся и направился к елочкам, за которыми лежал Рама. Различив его за ветками, он дал очередь и побежал по дуге, заходя ему в тыл. Оказавшись сзади, он перебегал от дерева к дереву, приближаясь к Раме. Когда до него осталось несколько метров, он опустил автомат и вышел из-за дерева.
– Сержант, иди сюда!
Серегин пошел.
Рама не дышал, он лежал, скрючившись, лицо было искажено гримасой боли. Серегин посмотрел на Раму и побледнел.
– Тебе опять поплохело, сержант?
– усмехнулся Молодцов.
– Зато тебе по херу, - огрызнулся Серегин.
– Он хотел убить меня. Почему мне должно быть на него не по херу?
На лице Серегина была борьба эмоций.
– Такой здоровый.. просто не верится, что он... не живой, - пробормотал он.
– Это раньше он был здоровый, а теперь он жратва для лесных зверушек.
У Серегина дрожали пальцы, он никак не мог вложить пистолет в кобуру. Убрав пистолет, он опустился на корточки и закрыл лицо руками. Молодцов поднял пистолет Рамы.
– Вот, и меня - с почином.
– Тебе-то что!
– всхлипнул Серегин.
– Вытри сопли!
– суровым взглядом Молодцов сверлил его затылок.
– Они сами виноваты в своей смерти!
Серегин вытерся рукавом и встал, но не поворачивался к Молодцову, чтобы он не видел его мокрые глаза. Молодцов смотрел по сторонам.
– Сейчас остальные подтянутся. Надо выбрать место для засады.
Серегин стоял, повернувшись к нему спиной, и оправлял аммуницию.
– Перебей мне наручники, - сказал Молодцов.