Цереус
Шрифт:
— Мы приехали, чтобы забрать нашу дочь!
Елизавета Петровна перевела взгляд на эту высокую, стройную женщину и вздрогнула. Она никогда не встречалась с Викторией, но даже со сломанной рукой в гипсе, она производила впечатления очень уверенной и сильной женщины. Ни один человек так сильно не впечатлял Шелковскую, как Виктория, в ней она видела отражения себя сомой, но только совсем юной, когда её сердце еще не ожесточилось. Но, сегодня Елизавета Петровна стала другим человеком, и она не могла понять, как в этом лицемерном мире, можно оставаться таким чистым и непорочным? Шелковской правила злость и зависть. Она так долго пыталась сломать Викторию, но не смогла, и из-за этого она стала ненавидеть девушку еще больше.
В этих небесно-голубых глазах, излучалось все: нежность, понимание и жизненная усталость, все, что так опротивело Шелковской. Все те, качества, за которых она презирала людей.
— Ее здесь нет, — сухо ответила она.
— Значит, ты не отрицаешь, что моя дочь росла у тебя? — прокричал Алекс.
— Нет, — торжествовала Шелковская.
— И то, что ты ее украла? — Раздраженно гремел Сафин.
— Конечно, нет, — Усмехнулась старуха, наблюдая за их потрясенными лицами.
Ее ледяное спокойствие начало выводить Викторию. Она смотрела на Шелковскую и пыталась увидеть в ней хоть каплю сострадания и добра. Как она могла воспитать ее дочь? Что же из нее выросло? Вспоминая Павла Шелковского, она вдруг вздрогнула, ее сын изнасиловал Валерию, и теперь Вика совсем не удивляется жестокосердию этого поступка. С такой матерью, являющейся самим воплощением зла, он пытался их убить. Как можно к ней вообще приближать детей? Что же она сделала с ее дочкой? Во что она превратила малышку?
— Где моя дочь? — Спросила Виктория, сердце готово было выскочить из груди. Она сжимала пальцы в кулаки, стараясь не думать о том, как ей хочется все здесь переломать.
— Отвечай! — Скомандовал Александр.
Елизавета Петровна величественно поднялась с кресла и не спеша обошла стол.
— Ее здесь больше никогда не будет, она ушла.
— Ты лжешь, — Алекс приблизился к ней.
— Зная, твою бестактность, Сафин, ты можешь разнести весь дом, но вашей дочери у меня нет!
— Что ты с ней сделала? — Виктория подошла к мужу.
— Недавно ко мне заявлялся ваш племянник, кажется, ваша покойная сестра успела охмурить и моего сына, раз родила этого мерзавца!
— Дима?! — Виктория схватила Алекса за руку, предостерегая от глупостей.
— Я не знаю, как его зовут, — старуха развела руками, — он сбежал отсюда, прихватив вашу дочь. По-видимому, она такая же ветреная, как и ее мать.
— Ты, — Алекс указал пальцем на Шелковскую, — будешь сидеть в тюрьме, до конца своих дней, и не выйдешь на свободу уже никогда!
— Ты смешон, Сафин, — расхохоталась Елизавета Петровна.
— Поехали, — Виктория развернулась.
— Поздно, — усмехнулась Шелковская.
Александр и Виктория посмотрели на друг на друга. Потом снова на Шелковскую.
— Все поздно, вы уже не успеете. Я всегда говорила, что этот мир очень жесток, и ангелы должны жить на небесах.
— Саша, поехали к Диме, они на яхте! — Виктория отвернулась к двери. — Я сама отдала ему ключи от яхты, чтобы он пожил там!
— Вы глупы, их там уже нет. Их уже нигде нет.
— Что за бред? — Александр взялся сотовый телефон.
— Она больная, не слушай ее! — Вика направилась к выходу.
— Ваша дочь мертва! — Закричала Шелковская, Вика встала, как вкопанная, но не поворачивалась.
— Я звоню в полицию! — Кричал Сафин.
— Вы пустые, жадные людишки, это вы убили ее! Если бы вы не явились сюда и не влетели в нашу жизнь, все было бы хорошо!
Виктория вышла из комнаты. Алекс направился за ней.
— Это ты убила ее! Это из-за тебя гибнут твои близкие! — Кричала Шелковская.
Яркие лучи солнца играли и переливались на блестящей поверхности моря. Давид Сафин заглушил мотор «Лексуса» и снял солнцезащитные очки. Он выбрался из автомобиля и направился в сторону песчаного пляжа. Утром, из-за штормового предупреждения, народу было еще мало, и он присел на край у самой воды. Его взгляд оглядел несколько яхт, раскачивающихся на волнах. У конца причала парень увидел свою яхту, как давно он не был здесь. Это была память об отце! Сейчас, когда их перебранки с Алексом стали, уже нормой, парень особо остро нуждался в поддержке родного отца. В такие минуты, Давид приходил на это место, и просто сидел в каюте. Он знал, что мама разрешила пожить Диме на яхте, и чтобы не тревожить своей сентиментальностью брата, он решил не заходить внутрь. Давид смотрел на палубу и вдруг заметил, как через борт, на палубу залезли двое. Это были совсем посторонние люди в масках. Давид сразу понял, что-то происходит. Люди покрутились на палубе и выпрыгнули в море. Кто бы ни были эти люди, ничего хорошего они не принесли! Возможно, жизни Димы, что-то угрожает! Но еще большее было удивление Давида, когда из каюты, потягиваясь, появилась девушка в длинном светлом платье. Давид не мог остаться в стороне, когда дела касалось безопасности, а вдруг они не просто появлялись на палубе? Давид увидел, как эти двое выскочили на берег и побежали к черной «тойоте».
Девушка подошла к мачте и улыбнулась солнцу. Вдруг яхта медленно заскользила по волнам. Ее золотые волосы развивались ветром. Что-то заставило ее вздрогнуть, и она повернулась.
Давид снова посмотрел на подозрительных людей, заметив, как один из них посмотрел на руку, где размещались часы. Давид все понял. Кто-то пытался навредить или ограбить яхту, а возможно и взорвать.
Он вскочил с места и рванулся к причалу. Доски на помосте тряслись и скрипели под его ногами. Он прыгнул с причала на палубу, ловко, как большая гибкая кошка. Давид бежал к девушке. В два шага и он был подле нее. Давид сбил ее с ног, схватив за талию. Они вместе повалились в воду. Лаура не поняла, что произошло, и потеряла сознания, случайно ударившись головой о воду. И в этот момент произошел хлопок. Часть яхты вспыхнула пламенем.
Держа ее за талию, он плыл, быстро, как мог. Он старался заплыть за скалу. Между двух утесов находился грот, там и хотел пока укрыться. Давид с трудом плыл к берегу, чтобы спрятаться от этого кошмара.
Он вытащил ее из воды на песок. Она дышала и это уже его радовало. Давид встряхнул с волос воду и посмотрел в сторону яхты. Она проплыла еще метр. И, вдруг, с грохотом взорвалась.
Давид перевел взгляд на девочку и с ужасом снова посмотрел на огонь. С этого места надо уезжать как можно быстрее. Он не хотел встречаться с полицией и вообще привлекать к себе внимания. Вспоминая разъяренного отца, Давид принял решение поскорее покинуть пляж и увести девочку к себе.
Сначала появился дымок, и почти сразу последовал оглушительный взрыв, рассекая небо в ярко-красное пламя.
Виктория и Александр выскочили из «Джипа», застыли в ужасе. Их лица были прикованы к яркому пламени. Яхта скользила оставляя, только горящее пятно на воде, и черный густой дым на фоне голубооко неба.
Александр посмотрел на бледное лицо жены и закрыл глаза.
— Это сумасшедшая взорвала яхту? — Спросил Алекс.
— Только бы их там не было, — на лице Вики был страх и ужас от увиденного. От мысли, что она снова потеряла дочь, ее начало лихорадить.
— Лаура! — Закричал Дмитрий. Он выскочил из-за склона к ним и, схватившись за голову заметался по пляжу. — Алина!
— Нет, — зашептали губы Виктории. — Нет, нет, нет.
— Она была там, — Дмитрий присел на песок, охватив колени руками, — она была там, это я ее убил! Это я виноват, что привез ее сюда!
Виктория хотела броситься в море, но Сафин перехватил ее. Он начал отдавать команды подбежавшим охранникам. Молодые парни принялись помогать спасателям.