Цейтнот
Шрифт:
А что было потом?..
«Москвич» умчался.
Он вышел из укрытия, глянул по сторонам и быстро пошел в сторону дома. Почти побежал. Их двор-колодец был погружен во тьму. Он поднялся по лестнице, вошел в галерею, затем в комнату. Отец и мать спали. Он не стал зажигать свет, чтобы не беспокоить их. В темноте задел ногой высокую деревянную подставку, на которой стоял аквариум. Аквариум грохнулся на пол и разбился. Большинство рыбок погибло. В зарплату отец купил себе новый аквариум. И рыбок подкупил, взамен погибших…
«Напрасно я пошел в закусочную, — подумал Фуад. — Целый час был в моем распоряжении. Надо было вернуться к старикам, помочь матери сменить воду в аквариуме…»
Он опять свернул за угол. До Дома культуры железнодорожников оставалось метров сто. Теперь здесь все было честь честью: перед входом толпились люди, на тротуаре — работники милиции, на проезжей части улицы — два офицера ГАИ, здесь, на перекрестке, — еще один. Подъезжали, отъезжали машины — белые, оранжевые, голубые, зеленые, вишневые, черные.
«Да, надо было вернуться… — билась в сознании Фуада мысль. — Что сейчас у отца осталось в жизни, кроме этого аквариума? Надо было…»
Он вдруг остановился. Другая мысль пришла ему в голову. Совсем другая! Неожиданно другая!
«Действительно, а что будет, если я…» — Но он тотчас отверг эту странную мысль.
Опять пошел. И опять остановился.
«А может, все-таки?..»
Времени на раздумье у Фуада почти не было. До открытия выставки оставались считанные минуты.
1977