Чтение онлайн

— А к нам? Пусть со всеми проверками. Я берусь уговорить их ждать сколько нужно.

Саша усмехнулся.

— Ты забыл про «пальчики». Я таких не беру вообще.

— О, ч-черт, — простонал Валера.

Идиот, надо было поговорить с ВДВ, когда он приезжал к нему в Саратов. Хотя у него тогда дела шли блестяще, он бы не стал слушать... А теперь поздно.

— Валер, тебе не приходило в голову, что у них желание заниматься криминалом может сохраняться лишь до тех пор, пока не уладятся их дела с ментами?

Валера промолчал, поскольку у него были такие же подозрения.

— Давай-ка мы сделаем так: замну я каким-нибудь образом их дело, и тогда будем смотреть.

Да, наверное, это было самым разумным решением проблемы.

— Не говори им пока ничего. Посоветуй немного пожить в Москве, отдохнуть, развлечься. От себя далеко не отпускай. К кому они в Питер собирались?

— К Мазуро.

— Не имеет смысла, — категорично сказал Саша.

— Ему жизни на полгода осталось. Его Солдат теснит. Арсений неделю назад звонил, сказал, что Мазуро забросил всю работу и сорвал ему заказ. Ругался очень сильно — я впервые слышал, чтобы Арсений крыл кого-нибудь трехэтажным матом, как заправский сапожник. Так что пусть остаются в Москве, они могут потребоваться в любой момент.

Момента, однако, пришлось ждать целую вечность. «Афганская пятерка» недоумевала — по какой причине Яковлев тянет время, они бы уж давно устроились в Питере. Валера вынужден был отделываться недомолвками. В конце концов, когда ВДВ всерьез намылился уезжать (надоело сидеть на шее приятеля), Валере пришлось сознаться, что кое с кем он поговорил, но этот товарищ никогда не дает ответ сразу. И про Мазуро добавил. ВДВ приуныл — прежние планы оказались нежизненными, а что скажут в Москве, одному Богу известно.

ВДВ с парнями болтался в Москве почти три недели, когда наконец позвонил Александр и предложил Валере приехать к нему, прихватив пятьдесят тысяч долларов. По-няв, что он сдержал слово и замял дело, Ватера сорвался и поехал в Коньково.

Настроение у Матвеева было замечательное. Посмеиваясь над формулировками, он увлеченно перелистывал подшитые в толстую папку с надписью «Дело» бумаги — развлекался. Валера отдал деньги, тот захлопнул папку.

– Забирай. Это уже макулатура. Твои приятели тоже свободны. Если хотят, могут вернуться в Саратов и даже начать свое дело — никаких воспоминаний о каком-то Во-ронине и иже с ним в правоохранительных органах не осталось.

— А отпечатки пальцев? — осторожно спросил Валера.

— Все здесь. Здесь собран вообще весь компромат на них со всех инстанций. Поэтому так дорого.

Валера вздохнул с нескрываемым облегчением.

— А если они не захотят возвращаться в Саратов?

— Это их личное дело.

— А если они все-таки решат заниматься криминалом?

Саша помолчал.

— Если решат... Значит, решат. Ни к измайловцам, ни к чеченцам я их попросту не пущу — мне не хотелось бы

Наткнуться на команду с таким уровнем подготовки в самый неподходящий момент.

— Значит, к нам?

— Яковлев, не задавай дурацких вопросов и не уточняй двадцать раз элементарные вещи. Естественно, к нам. Лучше упустить деньги, чем стоящих людей.

— К Слону?

— Возможно. А возможно, и нет. Я намеренно собирал весь компромат, а не просто добивался закрытия дела. Не хотелось связывать себя в момент принятия решения такой ерундой, как их испорченная репутация. Поэтому я и подчистил им биографию. Посмотрю на них в деле, так-то, на улице, я их видел, хотелось бы посмотреть, каковы в работе... Там видно будет.

— И что мне им сказать?

— Ну, если они упрутся на криминале, то пусть готовятся к проверке. Я разговаривал с отцом, испытание они будут проходить в «гвардии». Я часто прихватываю «гвардию», может, подвернется возможность поработать вместе до того момента, как я решу, куда их пристроить. В этом случае им надо приехать в контору к десяти утра. Василий подъедет, заберет их. Если им захочется чего-то поспокойнее, то отец готов взять их в охрану — их бывшие клиенты дали им отличную рекомендацию. Тогда раньше полудня им приезжать не стоит, с утра никто их не станет оформлять на работу.

На прощание Валера задал вопрос, давно мешавший ему спать спокойно, — что Саша думает о наличии у него родного отца. Тот пожал плечами:

— А ничего. Валера, человек, который шлялся где-то столько лет и не подавал вестей о себе, — не отец. Отец — тот, кто воспитывал. Нет, мне, конечно, льстит, что я потомок королей и султанов, но и только. Никаких сыновних чувств по отношению к Алияру — это что-то вроде прозвища моего родителя — у меня не предвидится. Я не знаю, существует ли что - то, за что я мог бы его уважать. Отцом я считаю Сергея Ивановича. Даже если Алияр соизволит показаться в Союзе, в чем я сильно сомневаюсь, я при нем буду обращаться к отцу так же, как и без него. Все права на меня как на сына Алияр потерял.

— Почему? Может, он хотел приехать, а обстоятельства...

— Да какие, к чертовой матери, обстоятельства?! Алияр бежал с виселицы, власти, чтобы не позориться, объявили его казненным. Я понимаю, пару лет, которые он провел в Пакистане у своей матери, ему действительно не стоило никуда высовываться. Но потом он выехал в Штаты, он американский гражданин, свободно разъезжает по миру! Побывал даже в Турции, в том самом городе, где его «казнили», а детей навестить не посчитал нужным! Это не все: отец полгода — полгода! — назад послал запрос. Алияр получил его, ему письмо отца передали из рук в руки, и не отреагировал никак. Вот это уже свинство. Я сказал отцу, что при любом раскладе он может рассчитывать на меня как на сына.

Домой Валера летел, как на крыльях. Дело он отдал ребятам, которые пришли в состояние вполне понятного восторга. Вопросов, почему так долго тянули время, ни у кого больше не возникало. Как и желания возвращаться в Саратов. «Пройденный этап», — коротко сказал Славка. Все гораздо больше интересовались людьми, проделавшими такой трюк. Валера вздохнул:

— Люди как люди... Бслясвская группировка. Пол-Мос - квы держат, несколько сотен людей в составе. Сильнейшая команда Москвы, да и в Союзе она вторая или третья. Эго действительно серьезный народ, не то что ваш Мазуро. Занимаются они всем, что приносит прибыль, в том числе и легальным бизнесом. Готовы взять вас к себе. Хотите — в легальную охрану, хотите — в качестве боевиков. Бабки в любом случае приличные.

ВДВ поскреб в затылке.

— М-да, заманчиво. Ватер, мы тут не один раз прикидывали, что почем. И думаем, что рэкет был бы предпочтительнее. Как-никак, это военизированная структура, это нам привычнее. Осточертела штатская разболтанность, суетливость, безответственность. Яковлев, думай сюда: бросай ты свой кооператив и айда с нами! Будешь разведчиком, как мечтал. Мы им там всем покажем, как нато работать.

Вот тут Ватера не выдержат, расхохотался.

— ВДВ, это не я с вами пойду, а вы за мной! Это только так называется, что я в кооперативе работаю.