Чтение онлайн

– Чентрале, – повторила Мама и, заметив беспокойство дочери, сменила тему: – Как там Марио?

Она и предположить не могла, что из Италии София привезла ещё и темперамент. Та моментально взорвалась и проговорила тоном нетерпеливого наставника, подчёркивая произношение, выделяя ударением слоги и сопровождая их вспомогательным жестом.

– Centrale, mamma! Milano Centrale!

Чтобы успокоиться, София отправила в рот маленькую шоколадку, хрустнула обёрткой и упавшим голосом проговорила:

– В моей московской конторе я бы всё равно не смогла много заработать. Коттеджные посёлки – только звучит помпезно, а на деле – типовой ширпотреб. Да и тот теперь неизвестно, как будет продаваться. В Италии дела тоже не лучше. Особенно, когда русских покупателей недвижки не стало. Чёрта-с-два я от своих миланских кураторов приглашения дождусь: им местных архитекторов некуда девать – куда там мне ещё соваться! Вот я и занялась ерундой: реконструировала вокзал в свободное от практики время. По собственным расчетам.

– Сама? – изумилась Мама. – Вот эту хоромину – моя куколка делала сама???

Софии было приятно. И за куколку, и за хоромину.

– Мама, – ответила она треснувшим от усталости голосом, – твоей куколке уже двадцать четыре года – все хрящики уже давно обросли твёрдой костной тканью. Я придумала кое-что. Я к этим моделям русского национального колорита добавлю. Без перегруза. По-современному. В меру. Так что, комиссия, надеюсь, оценит.

– Что? Комиссия? Опять? Какая теп'eрь-то ещё комиссия?

Мама испугалась, что дочь опять встанет перед умниками в белых халатах, но та поспешила её успокоить:

– Комиссия моей мечты, мама, не волнуйся. Тендер на сеть зданий для российских вокзалов объявлен – не слыхала, нет? А я в шорт-листе уже, между прочим. Буду дальше претендовать.

Мама взглянула на Софию, открыв рот:

– Ну не дочь, а бомба!

– Да погоди пока, – хмыкнула "бомба", – не взорвала ещё ничего. Не ларёк ведь на обочине ставим – тут соперники будут серьёзные. И не все будут бороться честно, purtroppo18…

Но Маму трудности не волновали – в победе своей куколки она не сомневалась:

– Не важно, я уже купила шампанское!..

– Белое или красное? – задорно посверкивала девушка глазами, сидя к Роману вполоборота с руками за спиной.

Пока Елена и София подсчитывали шансы на победу в конкурсе года, их соперники мчали в аэропорт, чтобы увеличить свои. На заднем сиденье "корейца" не уставала затейничать милашка в шортиках и гетрах, которую Роман не взять с собою не смог. Он и сейчас не смог противиться ей и только делал вид, что как бы снизошёл до этого детского сада, реагируя, как влюблённый пёс, который позволяет играть с собой маленькой киске:

– Белое.

Девушка вытащила из-за спины руки, в которых были зажаты леденцы на палочке в белом и красном фантиках. Тот, что в белом, она мгновенно развернула и запихнула в рот, а красный сунула под нос Роману, откинувшись на спинку сиденья – всё, мол, шуточки кончились, теперь серьёзно.

– Отличный выбор, – ответила она. – Классный магазин белого золота есть во Флоренции. Потом скину тебе адресок.

Роман взял конфету и, тоже откинувшись на спинку, намерился её развернуть. Он иронично переглянулся с водителем через зеркало заднего вида, но взгляд водителя иронии не выражал. Он был полон недовольства.

– Зубы, смотри, не испорть! – буркнул Герман…

София ждала ответа, а пока шли гудки, пожёвывала шоколадку и разговаривала с Мамой о вкусной и здоровой пище:

– А мне всё на пользу. И пицца, и паста у меня откладываются в нужных местах. – Вдруг, дозвонившись, она радостно взвизгнула: – Mario! Ciao! – Но тут же разочарованно сбросила звонок: – Автоответчик…

– А жизненный опыт? – подмигнула Мама.

– Что?

– Опыт откладывается в нужных местах? В голове или, может быть..?

София не поняла вопроса. Её больше беспокоило, что Марио до сих пор никак не проявился, поэтому нить беседы с Мамой от неё постоянно ускользала.

– Как я понимаю, Марио плюс София равняется большая и чистая любовь. – Мама кивнула Софии на живот: – Ты не везёшь мне там, часом, никого, кто вместо пирога сейчас затребует спагетти?

Её дочь мгновенно изменилась в лице:

– Мама!

Та, ляпнув необдуманно, и сама уже испугалась:

– Милая…

– Мама!

– Милая, прости!

– Ты же знаешь, что я не могу забеременеть – зачем ты цепляешь меня за больное?!

– Дура потому что! Прости, любимая! – Маме хотелось провалиться сквозь пол с педалями за свою глупую фразу.

– Это жестоко!

– Я просто подумала, раз уж ты прошла курс…

– И – ничего! – София накалилась от ярости, но, видимо, сразу же вымоталась и упавшим тоном пояснила: – Недостаточно, как оказалось. Назначили повторный. Через год. А потом ещё один. С наблюдением регулярным. Но это надо жить там, работать. А как? Щас с этим "евро" скакнувшим и на месяц-то денег не наскрести.

– А что твои заказчики здесь?

– Заказчики выпустили газики…

Мама обернулась к дочери и ласково сжала её ладонь, виновато улыбнувшись:

– Всё будет хорошо.

– Будет. Если выиграю тендер, – и София отвернулась к боковому окну…

Сдвинув брови, Герман молча вёл машину в аэропорт. Девушка Романа держала в руках карту-путеводитель, разглядывала её, но вдруг отвела в сторону, потому что Роман потянул к карте свои ручонки.

– А ну, ручонки! – пресекла она. – Я спрашиваю ещё раз, это – твоё?

– Так, чтобы не заблудиться, – пояснил Роман, как бы снизойдя и до этого детского сада.

– Не заблудиться? – допытывалась Девушка.

– Исключительно, чтобы не заблудиться, – терпеливо повторил он.

– Запомни этот момент – ты только что поклялся мне в верности.

– Милая, – улыбнулся Рома, – слово "заблудиться" интерпретируется не только в значении корня "блуд".

– С тех пор, как я пометила территорию твоей квартиры своей зубной щёткой – только в таком.

– Я обещаю, что буду "блудить" сугубо от гостиницы до офиса Джанфранко Скарфоне.