Чародольский князь (Ведьмин крест)
Шрифт:
– Отлично, – тут же одобрил Рик. – Вы должны непременно пойти. А ты – обязательно.
– Почему это я обязательно? – изумилась Каве.
Рик наклонился к ней очень близко.
– Как ты думаешь, – шепнул он ей прямо в ухо, – ты попала в делегацию только из-за своих способностей к иллюзиям?
– Думаю, что я вообще попала в вашу компанию из-за одного золотого предмета, – отпарировала девушка.
– Верно, – вновь зашелестел голос Рика. – Вернее, еще из-за двух предметов. Твой браслет, Каве, – полудух говорил так тихо, что девушка еле его слышала, – может помочь нам отыскать Скипетр. Ты же знаешь, как твое магическое украшение реагирует на эти легендарные предметы… Если мы сможем заполучить второй символ власти, то здорово облегчим себе поиски Великого Мольфара.
Каве поежилась. Браслет действительно реагировал на появление Скипетра или Державы, а особенно на прикосновение к ним: воспоминание о той страшной, запредельной для человека боли стерлось из памяти, а вот страх остался.
– Госпожа Кара ничего не говорила об этом.
– Зато она просила слушать и исполнять все, что я говорю, не так ли? – Дождавшись ответного кивка, Рик продолжил: – Ты – моя ученица, Каве. Поэтому сейчас выслушай меня внимательно. У тебя нет выбора. Или ты отдашь им Венец и погибнешь, или же поможешь мне собрать все три символа, чтобы найти великого карпатского мага. Мы откроем путь в Чародол в обход этой кучки чванливых колдунов, а ты, Каве, выйдешь победительницей. Ты будешь показывать им всем дули с высокой горы. Что выбираешь?
Каве промолчала.
– На вечеринке ты побродишь в той части дома, где живет младший Вордак, и хорошенько осмотришься. Возможно, Скипетр лежит именно там. А пока я собираюсь вызвать их старшего, Вордака, на разговор. А может, получится перекинуться словцом и с Лютогором. Если действительно удастся, я проведу мысленный вызов: тебе будет интересно послушать нашу беседу. Так что будь готова.
Каве вскинула голову:
– А если я найду Скипетр? Что потом? Мне придется его украсть?
Рик хищно усмехнулся:
– Главное, найди его, Каве. А остальное предоставь мне.
– Ладно, – пробурчала девушка. – Но тогда скажи, раз уж ты столь откровенен со мной, почему ты представил меня такой важной специалисткой по иллюзиям? Разве это не привлечет ко мне излишнее внимание? Криста уже клещом вцепилась в меня, и знаешь, раньше мы с ней отнюдь не дружили.
– Главное, чтобы твои бывшие знакомцы не признали в Каве тебя – Марьянину правнучку, которую они желали и желают обвести вокруг пальца. Пусть приглядываются к тебе, считая за крупного специалиста, профи. Кроме того, Вордак вряд ли думает увидеть тебя в составе самой делегации. Он догадывается, что мы знаем, где Венец, но и только. Возможно, они думают, что мы тебя давно убили… Поэтому не стоит так переживать. Просто веди себя осторожно. Да, и постарайся говорить с легким акцентом. Потренируйся, поучись у бедолаги Патрика – славянская речь дается ему с трудом.
– Ясно.
Каве мрачнела с каждой секундой. Как у Рика Стригоя все просто: убили, не переживай. А действительно, что помешает этому полудуху укокошить ее, когда все три вещи будут собраны вместе?
Рик прищурился:
– В чем дело, Каве? Неужели жалеешь себя?
– Нет.
Но он уже взял ее за подбородок. Каве изо всех сил свела скулы, чтобы не отвести взгляд от серых изучающих глаз или хотя бы не моргать.
– Ты что, ничего не замечаешь? – начал Рик. У Каве мурашки побежали по спине от его тихого, вкрадчивого тона. – У госпожи Кары собрались все, кто когда-либо был проклят. У каждого из семьи Лизард есть свое личное проклятие. Например, наша славная маленькая Эрис – оборотень, она была наказана за неосторожность.
– Оборотень?!
– Да… но светлый, довольно интересное перевоплощение… белый единорог.
– Единорог?!
– Удивлена? Собственно, бедняжка Эрис не любит говорить об этом. Если захочешь узнать больше, спроси у нее. Но лучше подожди, пусть сама расскажет.
– И Патрик оборотень?
Рик скривился:
– Патрик… Этот дурак по глупости погубил собственную девушку.
– Патрик что?… – Каве запнулась, ошарашенно глядя на Рика. – Не может быть!
– А у тебя – Карпатский Венец, который ты не можешь передать другому, если хочешь остаться в живых, – безжалостно продолжил Рик. – Госпожа Кара собрала всех, на ком лежит проклятие, и помогает им заново обрести силу. Или получить ее. – Полудух усмехнулся. – Я сделаю тебя сильной, Каве. Или же сам убью, клянусь.
– Я этого не хотела! – вдруг вырвалось у Каве.
– Никто не хотел. Но поверь, каждый из нас заслужил свое проклятие.
– Я не об этом… Я вообще не хотела быть ведьмой.
Рик прищурился. В его глазах промелькнуло удивление.
– Почему? Я видел – тебе нравится колдовать. У тебя получаются отличные иллюзии, есть некоторые другие, очень интересные способности. Тот же луньфаер… – Он помолчал, потом заговорил снова – Так ли ты не хочешь быть ведьмой? Если собрать три вещи вместе и отдать их Мольфару, твое проклятие сгинет. Венец больше не будет довлеть над тобой. Впрочем, ты всегда можешь подарить свой браслет кому-нибудь и будешь свободна. И перестанешь быть ведьмой. А пока учись всему, что преподают, ясно?
– Куда уж яснее, – буркнула Каве.
– Вот и чудесно.
– Знаешь, Рик, – неожиданно произнесла девушка, – если бы сейчас была жива моя прабабка… Ну, та, которая впутала меня во все это, подарив свой браслет, а с ним – эту чудовищную карпатскую тайну… Вот я бы с ней поговорила по душам. За все бы рассчиталась.
Рик неизвестно чему улыбнулся. И вдруг спросил:
– Послушай, так ты злишься, что она сразу не взяла тебя на обучение? С детства?
Каве пожала плечами.
– Ну… в общем, да. Если прабабка так хотела назначить меня новой хранительницей Венца, могла бы и подготовить к столь великой миссии.
– Каве… – Рик опять широко улыбнулся и добавил неожиданно тепло: – Поверь мне, тебе повезло, что ты не была ее ученицей. А то бы выросла такой, как эта симпатичная, но безнадежно вредная рыжая ведьмочка. Ты лучше их всех. Просто пока слабее. А сейчас советую подготовиться к официальной части, – произнес он обычным тоном. – Будет ужин при свечах и прочая ерунда напоказ. Надень какое-нибудь платье и всю эту вашу женскую нарядную ерунду.
И исчез, оставив Каве с раскрытым ртом, – она чуть ли не впервые дождалась от Рика Стригоя похвалы.
Девушка еще раздумывала над словами полудуха, как вновь засеребрился зеркальный овал, и перед ней появилась Эрис.
Невольно Каве вспомнила об ее проклятии. Почему эта девушка стала оборотнем? Да еще таким необычным – единорогом? Но спрашивать сейчас, конечно, рано. Как сказал Рик Стригой: если Эрис захочет, сама расскажет.
Эрис уже облачилась в красивый зеленый наряд, расшитый золотыми лилиями. Ее темные волосы были аккуратно забраны под заколку в виде золотой ракушки, украшенной настоящим жемчугом, и даже в ушах сверкало по жемчужине, оправленной в золото. Каве с ужасом вспомнила, что не взяла с собой ничего нарядного. Единственное черное короткое платье было ей теперь до колен, да и вообще – как взглянешь в свои «новые» каре-желтые глаза, так и наряжаться не хочется…
Эрис быстро разгадала замешательство подруги.
Улыбаясь, она с большой ловкостью вытащила из-за спины (конечно, из личного астрала) аккуратное синее платье – длинное, с коротким рукавом и с красивым черным кружевом по низу.
– Я знала, что ты ничего не взяла. А мы сейчас одного роста.
– Зачем мне наряжаться, если я похожа на тощего уличного кота? – грустно поделилась с ней Каве. – Этот ужин еще не начался, а мне уже хочется, чтобы он закончился.
– Не переживай, потом будет особая вечеринка, – хмыкнула Эрис. – Эта девушка, Криста, оказала мне особую честь, ха-ха, пригласив через меня всех нас. Думаю, там будет поинтереснее.