Часовщик 3
Шрифт:
— Хорошо, — я смахнул со лба капельки пота. Мне не хотелось опозориться перед отцом. Сегодня он решил проверить, чему я успел обучиться у лучших инструкторов королевства.
Мы снова сошлись с ним в схватке, и на этот раз мне удалось продержаться дольше.
— Молодец, сын, — тепло произнёс отец и убрал шпагу в ножны, — ты явно делаешь успехи, но умение биться — не единственное, что требуется настоящему воину и правителю. Есть ещё честь, и достоинство, и… точные науки, — он, прищурившись, улыбнулся, заметив, как я насупился, — твой учитель по математике жалуется на тебя.
— А чего он столько домашних заданий задаёт! — с вызовом ответил я. Голова у меня хорошо соображала. Это я давно понял. Точные науки давались мне легко, но необходимость сидеть за тетрадями, выполняя домашние задания, ужасно раздражала. Лучше бы я это время потратил на прогулку с ребятами или полазил по замку, изучая неизведанные закоулки. Усидчивостью я не отличался.
Мы прошли в раздевалку и, быстро приняв душ, переоделись. На выходе меня ждала мама. Она строго посмотрела на нас с отцом, но в этом взгляде было столько любви!
Некстати всплыло воспоминание: через год её не станет. Мама умрёт при родах, подарив отцу дочку, а мне — сестричку.
Мать обняла меня, а я стоял со слезами на глазах, вдыхая её запах.
Когда и почему я изменился? Перед глазами пронёсся ворох воспоминаний. Да, я не мог больше ходить, стал калекой, вынужденным всю жизнь передвигаться с посторонней помощью. Но в этом ли причина? Неужели нельзя было жить дальше, оставаясь человеком? Потерял мать в десять лет. Легко давалась учёба. Зазнался, но отец железной рукой вернул меня на землю. Потом год пролежал в кровати, жалея себя. Но родные от меня не отвернулись, поддерживали, как могли. Возможно, именно тогда я озлобился на весь мир?
Усилием воли я покинул воспоминания. На моих глазах стояли слёзы.
— Серкх, — тихо произнёс я.
— Да, господин, — маленький паучок с переломанными лапками лежал на полу, испуганно глядя на меня.
— Прости меня, Серкх. Ты был прав. Я пока не готов стать прежним. И не хочу этого.
— Максим, — он облегчённо выдохнул.
С помощью остатков магии я создал целительское заклинание, разом излечив все его раны.
— Скажи мне, хитрец, ты же не зря подобрал именно эти воспоминания и их очерёдность? Ты снова манипулировал мной. Даже разговор построил таким образом, чтобы я потребовал не все воспоминания, а только малую их часть.
— Да, господин, — раздался в моей голове его голос, — я долго готовился и просчитывал варианты.
— Ты нарушил наш договор, — улыбнулся я смелому мальцу. Он очень сильно рисковал. Пойди что-то не так, и Серкха уже не было бы в живых.
— Готов понести заслуженное наказание, — в его голосе слышалась улыбка, — я рад, что ты вернулся, Максим.
— Давай, отправляйся к себе. Мне нужно время, чтобы всё обдумать, да и энергия заканчивается, — я потратил последнюю энергию, активируя одну из рун, отвечающую за прокол пространства, — через пару дней вызову снова, пообщаемся, — пообещал я Серкху.
— Благодарю, — раздался его голос, — до встречи! — Серкх тёмным дымком растаял в портале.
Умывшись, я лёг в кровать. В голове переплетались воспоминания из прошлой жизни и бродили разные мысли. Стало понятно, почему на меня иногда накатывало сильное раздражение. Особенно в те моменты, когда я пытался вспомнить прошлую жизнь. Вместе с воспоминаниями менялся мой разум. К счастью, это длилось недолго, а потом я снова становился собой — Максимом Андером, а не Андером Максимусом, как меня раньше звали.
Получается, я вырос редкостным мерзавцем. Не знаю, что стало причиной этого. В шестнадцать лет я был другим, и моя задача — не повторить тот путь, что привёл к столь плачевному результату.
Снова пересмотрел полученные воспоминания, но как бы со стороны, не пропуская через себя. Назвать меня отъявленным негодяем, наверное, будет неправильно. Но прошлый я был мерзок и противен моему нынешнему сознанию. Самодовольный, эгоистичный, самоуверенный. Таким я был. Ещё и Ильдар оказался человеком с садистскими наклонностями который при этом еще и не пропускал мимо ни одной юбки. Думаю, это тоже оказало влияние на мой характер. Рядом со мной не было человека, который стал бы положительным примером. Отец после моего поступления в академию магии практически не уделял мне времени, сосредоточившись на дочери и проблемах, что навалились на королевство. Решил, что я уже достаточно повзрослел. И его трудно в этом винить.
И да — великая цель не всегда оправдывает средства, тем более, моя цель была эгоистичной: вернуть себе молодость и здоровье. Идя по этому пути, я не видел преград. Что мне человеческие судьбы, которые мешают достичь поставленной задачи?
Прав Серкх: если бы я со всеми своими знаниями и с прошлым характером появился в этом мире — или натворил бы бед, или влип бы в такую историю, которая привела бы меня в тюрьму, а то и стоила жизни.
Усталость взяла своё, и я наконец уснул.
Проснувшись, решил отбросил все тяжёлые мысли. Сейчас я — Максим Андер, и точка. Всё. Никаких сомнений. Буду жить эту жизнь так, чтобы мне не было стыдно за себя, тем более, завтра должен приехать Адик, а он — ходячий калибратор благородства. Что, безусловно, будет мне полезно.
Чувствовал я себя великолепно. Аглая как целительница оказалась хороша, и нога совершенно не болела. При мыслях о девушке моё настроение поднялось. Вечером мне предстояло свидание.
До мастерской я шёл пешком. Погода по-прежнему была чудесной, и прогулка доставляла истинное удовольствие. С деревьев опадали пожелтевшие листья, которые дворники собирали в небольшие кучи. Ночью прошёл слабенький дождь, пахло свежестью, а в лужах отражалось яркое солнце.
— Привет! — поздоровался Виктор, стоило мне переступить порог мастерской. — Отлично выглядишь. Подлечился? Как тебе Аглая?
— Очень хороший целитель, — я широко улыбнулся в ответ.
— Ты это, — Виктор слегка замялся, — сорян, короче, за то, что не рассказал о её некоторых особенностях, — выдал он и слегка покраснел. Видать, вспомнил эти самые особенности и свою реакцию на них.
— Пошутить хотел? — сразу раскусил его я.
— Ну да, думал — с тобой пойду, а ты один ушёл. В общем, был неправ. Мир? — Он протянул мне руку.
— Нормально всё, — я пожал протянутую ладонь. Не было смысла обижаться на такие мелочи.
За работой время пролетело незаметно. Под вечер пришёл Колычев и позвал меня в свой кабинет.
Устроившись в кресле за столом и плеснув на донышко бокала виски, он кивнул мне:
— Рассказывай! — На этот раз в голосе мастера не было недоверия или подозрения. — Что случилось с княжной, и как ты там оказался, — уточнил он.
Рассказал, как всё было. Скрывать мне нечего.
— Геннадий мне примерно так и обсказал, — поделился со мной Матвей Фёдорович.
— И что дальше? Меня вызовут на какой-нибудь допрос? Как вообще это всё работает? — решил уточнить я. Надо понимать последствия.