Чтение онлайн

Лондо улыбнулся:

— Вам следует почитать ваши собственные законы, лорд Воле. Должность губернатора Целини, которая, как известно, не использовалась в последние годы, довольно древняя. Она упоминается в Договоре об Объединении, поставившем Целини в зависимость от столицы. Губернатор мог быть избран местным парламентом - который предшествовал как Договору, так и основанию самого императорского Двора - и не подчинялся никому, кроме как императору или спикеру Центаурума. И обе должности, увы, сейчас вакантны.

— Министр Моллари говорит верно, - произнес спикер.

— Но этот закон не использовался веками, - заявил лорд Воле.

— Это... не существенно, - произнёс Вирини.
– Со временем сила Целини убывала, и губернатора, как уже было сказано, не избирали несколько веков. Его роль выполнял спикер местного парламента. Однако, закон не отменён, и... министр Моллари вполне корректен в своих трактовках.

Воле вздохнул:

— Это глупость в своём крайнем проявлении. И вы это прекрасно понимаете. Ну что же, давайте досмотрим комедию до конца. Каково требуемое большинство, которое необходимо Моллари для победы в... голосовании? В любом случае... он не наберет больше двух голосов.
– Воле обернулся к сидящим в зале, свирепо глядя на присутствующих.

— Простое большинство, - ответил спикер.
– В случае, когда должность оспаривается несколькими претендентами, победителем считается набравший на десять и более процентов больше голосов, чем ближайший конкурент. Но, поскольку, это не наша ситуация...

— Подождите, - выкрикнул Воле.
– Вы говорите, оспаривается? Тогда я объявляю о выдвижении своей кандидатуры на пост губернатора. То, что распространяется на тебя, Моллари, распространяется и на меня.

— За исключением того, милорд, что вы не имеете права выступить с прошением к парламенту, так как не прожили на острове положенного срока. Ваше место жительства - на материке.

Воле тряхнул головой.

— Сколько времени у тебя ушло, Моллари, чтобы раскопать этот отживший своё закон?

— О, около девяноста дней, - признал тот, улыбаясь.
– Итак, милорды. Вы выслушали мою речь, вы услышали, за что я борюсь и чего желаю. Я уверяю вас, что не принимал участия в убийстве последнего императора, и единственными моими преступлениями можно назвать патриотизм и любовь к нашему народу. Я клянусь вам всем... я буду служить Целини, народу Целини, и таким образом - Республике Центавр. Я мечтаю только служить.

— Полная глупость, - проворчал Воле.
– Это голосование должно быть открытым или закрытым?

— Думаю, закрытым, - поспешно произнёс Вирини.

— Боюсь, что нет, милорд, - ответил спикер. Голосование, о котором ведётся речь, предшествовало принятию обычая голосовать закрыто. Всё делается открыто.

Воле улыбнулся.
– Очень хорошо. Давайте посмотрим на тех, кто поддержит безрассудное предложение разыскиваемого цареубийцы о назначении его на недействующий пост. Все, кто поддерживает Моллари... пожалуйста, встаньте.
– Сам лорд красноречиво сидел.

Лондо медленно выдохнул и закрыл глаза. Он сделал всё, что мог. Всё, что ему оставалось - довериться лордам. Он хорошо знал народ Целини - гордый, самонадеянный, полный решимости, своевольный; многие и сейчас не боятся открыто высказывать своё мнение. Но... здесь было много и изгнанных Двором, и они считали возвращение Лондо угрозой своим замыслам. Здесь могут быть даже считающие обвинения Двора справедливыми.

Если он проиграет, то будет немедленно арестован. Он лишь надеялся, что успел сделать достаточно, и план сможет развиваться и без него. Марраго, Карн, Ленньер... все они знали, что делали, и как должны были действовать.

И Тимов... пусть боги благословят её. Это действительно странно, подумал Лондо, влюбиться в свою собственную жену после тринадцати лет супружества.

Гневный крик вывел его из задумчивости, и Лондо открыл глаза. Сперва он увидел лорда Воле в такой ярости, что, казалось, его вот-вот хватит удар. С широко раскрытыми глазами Лондо обернулся вокруг, глядя на присутствующих.

Почти все стояли. Да, некоторые остались сидеть, но почти все они, подобно Воле, были сосланы Двором. Вирини стоял и глядел на Лондо, легкомысленно смеясь. Дворяне аплодировали ему со всех сторон, и он понимал почему. В большинстве своём они были похожи на него: они принадлежали забытым эпохам, временам, куда мечтали вернуться.

Спикер поднялся на ноги и отвесил низкий официальный поклон. Лондо был так удивлен, что с трудом расслышал последовавшие слова:

— Приветствую тебя, губернатор Моллари.

Уэллс был удивительно нетерпелив. Скоро. Возможно, в течение месяца. Через месяц - точно. И тогда будет пролито больше крови, чем в любой битве.

Но это будет не битва, во всяком случае, на первых порах. Это...

Уэллс тряхнул головой. План был полностью продуман и в данной ситуации неизбежен. Г’Кар и его Армия Света вмешались в два главных сражения Правительства Сопротивления. Сложно сказать, что могло бы произойти на Втором Рубеже - битва являла собой полнейшую неразбериху.

Тем не менее, на Минбаре... вмешательство Г’Кара изменило ход событий. Не появись его корабли, минбарцы были бы поставлены на колени. Колонии были бы ликвидированы, и Минбар был бы не просто опустошён, а именно уничтожен. А теперь посмотрите на них: разъединённые - да, расколотые - верно... но живые, и активные, и более, чем когда-либо - воинственные.

Г’Кар стал очень серьезной помехой, и Кларк решил, что пришло время заняться им.

Но почему, ради всего святого, Бестер помогает им в этом?

Уэллс вновь взглянул на часы и понял, что думает о своей жене. Часы были её подарком к годовщине свадьбы, сделанным задолго до её смерти на Орионе. Уэллс давно не вспоминал о ней. Он не хотел знать, что она думала бы о нём, если бы могла видеть, что он делает. И что сделал.

Дверь отворилась и Уэллс оказался в компании капитана Декстера Смита. Типичный кадровый военный, всегда точный и безукоризненно аккуратный. Как и предписано. Но в последнеё время поведение Смита было и несколько... странным. Он не был на Минбаре, но играл значительную роль в войне до того момента. Хотя, может он просто слишком много видел?

— Вы хотели видеть меня, сэр?
– спросил Смит. Уэллс заметил формулировку и мысленно улыбнулся. Не имея определённого официального чина в вооружённых силах, он являлся заметной фигурой в Правительстве Сопротивления. И таким образом, обладал определённой властью над военными в рамках своей сферы деятельности - безопасности и разведки.

Но сейчас были сложные времена и небольшая... свобода действий была приемлема.

— Садитесь, капитан.

— Благодарю вас, но я лучше постою, сэр.