Чтение онлайн

– Пусть первое решение этого Совета будет милосердие и жизнь.

– Это – мое предложение, но, как всегда, вы должны решить сами.

Метод голосования был тот же, что использовался со времен формирования Совета Валеном. Столбы света, оставшиеся гореть означали голоса 'за'. Те, что погасли, означали 'нет'.

Козорр оторвал взгляд от Катс и огляделся. Он хорошо понимал, почему Калейн делал это. Крестовый поход Калейна против мастеров, особенно убийство Хедронна в самом святом из святых мест, вызвал много критики и не только среди жрецов, но и среди воинов. О, никто не осмелился что–либо предпринять, но это вынудило Калейна изменить его политику.

Предложить милосердие, предложить доброту, предложить дружескую руку… и критика прекратится.

Козорр огляделся. Не было похоже, чтобы кто–нибудь собирался заменить свой свет темнотой. Никто не разгадал эту тошнотворную шараду.

Никто кроме него.

– Итак, мы выбрали милосердие, – сказал Калейн. – Благодарю вас, сатаи, за проявленную мудрость. – Он захромал в сторону Катс, слегка вздрогнув, когда вошел в центральный столб света. Покидая его границы, он стремительно умчался в темноту.

– Займите предназначенное вам место, сатаи, – сказал он.

– Я… благодарю вас… сатаи, – прошептала она. – Ваше… милосердие больше… чем я… заслуживаю. – Она с трудом пересекла зал, и заняла свое место в круге. Она чувствовала себя здесь даже менее удобно, чем сам Козорр.

– Милосердие – величайшее оружие, которым мы располагаем, – сказал Калейн, все еще не вернувшись в свой столб света. – Этот акт милосердия, я уверен, одобрили бы Вален и Синевал. В конце концов, правосудие свершилось.

– Когда Синевал возвратится из своего странствия, я уверен, он будет благодарить нас за этот день, и когда он вернется, он возродит нашу новую эру величия.

Когда Синевал вернется? Козорр теперь ясно видел Калейна, его глаза, пронзали тьму, чтобы смотреть прямо на него.

– Я – просто его голос, его помощник, его ученик. Синевал – спаситель, который уже давно был предсказан, и мы имеем счастье стоять рядом с ним, когда вновь сделает нас великими.

Поспеши же, Синевал. Мы нуждаемся в тебе.

Посмотрев в его глаза, Козорр увидел правду. Калейн был абсолютно безумен.

Минбар был обречен.

Где ты, Синевал? Ты нужен нам.

– Вот он, Собор. Пристально посмотри на наш дом, минбарец, и оставь надежду.

Синевал был далек от полного отчаяния, но он, по крайней мере, находился под его влиянием. Он не смог выследить родной мир охотников за душами, его не знали даже виндризи. Он строил множество предположений, основываясь на своих знаниях и опыте, но он не мог предположить ничего подобного.

У охотников за душами не было родного мира. Собор был кораблем – огромным, древним, подобным миражу. Он был похож на крепость, замок, величественно плывущий в пространстве. Очевидных признаков внешнего вооружения не было видно, но он казалось, в нем и не нуждался. Глядя на показания приборов, Синевал предположил, что для проникновения через его щиты большинству рас не хватит огневой мощи. Возможно даже минбарцам.

Он был рад, что изобрел способ попасть внутрь. Лобовое нападение достигло бы очень немного.

Изучая корабль, он задавался вопросом об использованных технологиях. Были ли охотники за душами действительно такими развитыми? Корабль, на котором он путешествовал, казался более примитивным, чем этот…

– Может ты пересмотрел свое безумное предприятие, минбарец, – лязгнул шаг–тот. – Может ты…

– Может ты заткнешься, – ответил Синевал без малейшего признака гнева в голосе. Он был… спокоен. Это был час перед величайшим столкновением в его жизни. В прошлом он чувствовал своего рода детское волнение перед приближающимся сражением. Сейчас он видел, насколько безрезультатными могут быть такие эмоции.

– А если я этого не сделаю?

Синевал вздохнул. Если все охотники за душами такие же спорщики как этот, он не ничего не добьется. – Тогда я убью тебя и уничтожу твою коллекцию. – Это заставило Шаг–тота замолчать на некоторое время. Сердито ворча, он что–то нажимал на панели управления. Синевал улыбнулся. Охотник за душами должен считать, что он готов к любому предательству, и что он принял меры предосторожности. Синевал ожидал предательства, но у него самого не было никаких скрытых мотивов, кроме цели прибыть сюда. Просто позволить им так думать, это он полагал достаточным.

– Ты также отправишь сообщение вашему лидеру, что я желаю видеть его немедленно по прибытии. Будем считать, что ты еще не предупредил его о моем присутствии.

Охотник за душами сделал презрительный жест.

Синевал не собирался тратить время на пересмотр своего плана. Он знал, в чем он состоял, и он уже просчитал возможный риск. Что еще он мог сделать? Он давно осознал цену, которую он должен будет заплатить, если он сработает, и он результат будет более чем стоящим.

– Мы убьем тебя, минбарец. Мы разорвем твое тело на части, уничтожим даже след твоего существования. Мы…

– Вы не можете убить меня. Вы не убиваете, шаг–тот. Это ваше кредо, не так ли? Вы больше ждете смерть, чем ускоряете ее. Убийство не ваш путь. То есть предполагается, что вы защищаете эти души, вы 'собираете', а не просто мучаете их.

– Варвар! Жалкий слабак, бескровный минбарец!

– Я сумел заставить тебя доставить меня сюда, к самому вашему логовищу. Я не понимаю, как слабак мог это сделать.

– Тогда мы не будем тебя убивать. Но мы заставим тебя страдать… страдать долго, пока ты не умрешь, а затем мы заберем твою душу…

– Что будете меня пытать? – Они начали стыковку, весь корабль окутала тьма. На Синевала нахлынуло волнение. Рядом. Почти рядом… – Боль сделала бы мою душу практически бесполезной для вас. Чем дольше агония, тем сложнее будет сохранить душу такой, какой она была при жизни, не так ли?

– Откуда ты все это знаешь, минбарец? Откуда?

У меня есть источники.

Корабль закончил стыковку и остановился. – Мы на месте, – вымолвил охотник. – Приготовься сделать свой последний вздох.