Чтение онлайн

– А, это? Да нет, попросили тут перевезти, я и согласился. А потом поехал пропавшего искать и забыл, - Федя врал на ходу, говоря первое, что приходило в голову. Он машинально потрогал карман, в который спрятал женские трусики, найденные им в руках одного из парней ещё до прибытия спецназа. Хорошо, что догадался осмотреть тела повнимательнее. Иначе вопросов и подозрений было бы намного больше. Куда же пропала девушка? Тоже убита или убежала?

Ящики перенесли в кабину, освободив лишнее место. Но всё же трупы уместились в багажное отделение только после очень больших усилий. Закончив эту неприятную работу, Федя, Илья и Олег Васильевич поехали в Северский Погост.

***

Для поселения, находящегося на границах Дикого поля, которое правильнее было бы именовать "диким лесом", Северский Погост был на удивление слабо укреплён. Илья заметил только несколько пулемётных гнёзд и одну сторожевую вышку, которые к тому же пустовали. А ведь ходили слухи, что пограничные поселения обнесены многометровыми металлическими заборами и минными полями.

Федя подогнал внедорожник к дому старосты. Там их уже поджидала группа людей, среди которых была и супруга погибшего поселенца. Архипов быстро выскочил из машины, опережая своего коллегу и подбежал к ней. Обнял её, делая вид, что утешает, сам в это время быстро заговорил ей на ухо:

– Люда, простите. Ваш муж мёртв. Эти приехали разнюхивать, из самого Логова. Слушайте внимательно. Вы с Женей поссорились и он ушёл. Вы сообщили мне и я отправился его искать. Что с ним случилось, я пока не знаю. Если этот, - Федя указал глазами на вылезавшего из кабины внедорожника Илью, - будет спрашивать, так ему и говорите. Хорошо?

– Я всё поняла, - вопреки страхам Феди, женщина сориентировалась в ситуации быстро и верно. До неё только сейчас дошёл смысл сказанных младшим инспектором слов. На глазах её стали наворачиваться слёзы, но она кивала в знак одобрения.
– Я всё поняла, Федя...

– Простите, что не уберёг его.

– Здесь девушка...
– заговорила Людмила, но осеклась. К ним подошёл Илья.

– Вот, познакомьтесь, это мой коллега. Прислан мне на помощь.

– Я могу увидеть мужа?
– Людмиле меньше всего был интересен сейчас этот посторонний человек, к тому же обозначенный как источник угрозы.

– Да, сейчас мы будем выгружать тела. Это лучше сделать у медпункта.

– Отдайте мне мужа!

Просьба Людмилы была удовлетворена. Остальных отвезли в медпункт, где за ночь их должен был осмотреть Олег Васильевич. Перетаскивая тела, Илья внимательно всматривался в них и старался запомнить лица. Это могло пригодиться. Когда всё было сделано, к нему подошёл Федя:

– Эксперта наш местный доктор к себе зазвал, - сказал Архипов.
– А ты?

– А что я? Меня доктор не звал.

– Ну так, что, я тебя зову. Мы с женой тебе комнату приготовим. Пока расследование идёт, живи у меня. Я приглашаю.

– Почему нет?
– улыбнулся Илья.

***

Дом у Феди Архипова был самый обыкновенный, точно такой же как у самого Ильи. Два этажа, автономное электроснабжение и прочие прелести цивилизации. Отличался он только одним, но отличие это было кардинальным. Младший инспектор Северского Погоста жил там с женой. Кристина, приятная молодая девушка, добрая улыбка которой украшала симпатичный овал лица. Смеющиеся голубые глаза прекрасно гармонировали с длинными русыми волосами, заплетёнными в две косы. Благодаря женщине, в доме Феди царили опрятность и уют. Илья испытал неприятное ощущение горечи и зависти. Совсем недавно и он точно также жил счастливо со своей Викой. И это были лучшие годы его жизни. Жена была для него одним из смыслов жизни. Была частью его самого. Когда Вика умерла, то вместе с ней сгинула в могиле лучшая часть его собственной души. А на её месте образовалась зияющая сырая могила, затенявшая всё доброе, что так или иначе окружает любого человека, и излучавшая вокруг себя только боль. С годами могила эта немного заросла травой, боль притупилась, частично он закрыл ей заботой о сыне, но черневшая могильной сыростью рана никуда не делась. И когда Илья встречал семейные пары, то их счастье было ему как насмешка, напоминая, что сам он безвозвратно потерял то, что любил. И даже сына ему больше не суждено увидеть. Когда Федя и Кристина показали Илье комнату на втором этаже, где он будет ночевать, снизу донёсся плач младенца. Ну конечно, кто бы сомневался. Кристина юркнула вниз, Федя с гостем последовали за ней и уселись на кухне. Вернулась жена, баюкающая на руках крошечного ребёнка. Она с гордостью показала малыша Илье:

– Вот, Светочка наша. Не плач моё золото, Светочка, Света...
– Кристина прижала дочь к груди и унесла.

– Получили разрешение у демографической комиссии?

– Ага, - ответил Федя, собирая на стол.
– Даже в очереди стоять не пришлось. У меня льгота как у служащего.

– А у нас с женой не было льгот. Мы без разрешения зачали.

– Ого! И что было?

– Ничего особенного. Предложили либо аборт, либо выселение. Так я и оказался в ваших краях.

– О, значит ты в городе жил? И как там?

– Многолюдно, - улыбнулся Илья.
– Да не надо пир устраивать. Так, закусим и всё. Экономьте продукты. У меня и с собой небольшой запас есть.

– Ну ладно, что? Ты наш гость, мы хотим тебя угостить. Садись пока, я сейчас.

Илья сел за стол, а Федя ушёл к жене. Из-за плотно закрытой двери он слышал плач ребёнка и разговор супругов. Федя что-то объяснял Кристине, но что именно, понять было решительно невозможно. Илья покосился на стол. Приятный вид угощения и, особенно, его запах напомнили Коробову, что он не ел с самого утра. Поколебавшись некоторое время, он, не дождавшись хозяев, приступил к ужину. Жареная картошка с солью и луком показалась сейчас самым изысканным блюдом из всех возможных. А в сочетании с помидорами, огурцами и редиской, вообще не имела себе равных в мире. Вскоре вернулись хозяева.

Утолив первый голод, Илья потерял аппетит. Федя и Кристина вернулись за стол. Их дочь мирно спала в соседней комнате. Илья кожей ощущал неуместность своего присутствия в доме молодой семейной пары. Их счастье ещё сильнее оттеняло его одиночество и травило душу противной, смешанной с завистью, болью. Коробов сделал попытку уйти, но хозяин дома опередил его. Федя велел жене развлекать гостя, а сам отлучился "по нужде". Кристина задала первый пришедший на ум вопрос:

– Скажите, Илья, вы женаты?

– Ну... Как сказать, да. Наверное...

– А почему так неуверенно?
– улыбнулась хозяйка.
– Жена дома осталась?

– Она умерла восемь лет назад. Заражение крови. Врачи ничего не смогли сделать.

– Ой, Илья, простите, я не хотела...

– Всё нормально. У нас остался сын, - упредил следующий вопрос Коробов, - Костей зовут. Но он со мной попрощался. Хочет в экспедицию. В космосе чего-то там колонизировать. Я не разбираюсь в этом. Так что я теперь остался совсем один, - Илья мысленно обругал себя за эту последнюю фразу. Но копившиеся весь день грусть и желание пожалеть самого себя требовали хоть немного высказаться на данную тему. Хоть кому-нибудь, в ком можно попытаться найти сочувствие.

Кристина не нашлась, что ответить. Повисла неловкая пауза, но их выручила Света, вновь проснувшаяся и заплакавшая в комнате. Кристина с облегчением побежала к ребёнку. Илья двигал по столу вилку и смотрел в окно, слушая как мать убаюкивает младенца. Неожиданно он увидел в темноте силуэт, приближавшийся со стороны других домов поселения. Мгновение спустя, этим силуэтом оказался Федя. Он тихонько приоткрыл входную дверь, потом громко хлопнул дверью в ванную комнату и прошёл на кухню. Видимо, рассчитывал, что жена отвлекает гостя разговорами и тот не будет следить за тем, что творится на улице.

– А у тебя что, туалет на улице?

– Э... Нет, с чего ты взял?
– растерялся Федя.

– Видел тебя в окно сейчас.

– А, это... Да нет... Показалось, что шум какой-то, решил проверить просто. Вот... И вышел. Потом соседа встретил, он расспрашивать стал что да как.

– Понятно, - очередное подозрение пополнило мысленную коллекцию Ильи.
– Дай мне карту-ключ, я в опорный пункт пойду ночевать.

– Зачем?
– опешил Федя.
– Ты что, обиделся на что-то? Оставайся, не придумывай! Там и спать не на чем толком. Я опорным пунктом почти не пользуюсь, там из-за этого пыльно.