Чтение онлайн

Я слушала Вашария, пила вино, ела сладкие фрукты и пыталась не думать о Дольшере. И мне это почти удалось.

Наконец, когда у меня в голове немного зашумело от выпитого, а на улице громко запели птицы, предвещая скорый рассвет, Вашарий встал.

— Я тебя совсем утомил, наверное, — с извиняющейся улыбкой проговорил он. — Тебе надо давно отдыхать, а я все болтаю и болтаю. Извини, я уже успел забыть, как правильно обращаться с девушками. Особенно если они настолько милы и привлекательны.

Наверное, вино развязало мне язык и помогло притупить чувство неловкости и смущения, но неожиданно я развернулась на стуле и перехватила Вашария за руку, останавливая по пути к лестнице. Тот посмотрел через плечо с немым вопросом и, как мне показалось, робкой надеждой в глазах.

— Послушай, — проговорила я. — Прости, вряд ли мне стоит спрашивать, но…

— Ты хочешь узнать, правду ли тебе рассказала Дайра о моей интимной жизни? — догадливо завершил за меня Вашарий. Глубоко вздохнул, сделал шаг назад и поднял меня со стула. Теперь я стояла так близко от него, что слышала ровное биение его сердца и ощущала аромат одеколона. Затем он спросил хрипловатым голосом: — А, собственно, почему это тебя так интересует, Киота?

— Я… — прошептала я, теряясь под его изучающим насмешливым взглядом. — Я никак не могу понять, как ты ко мне относишься. Иногда мне кажется, что я тебе нравлюсь, но уже через миг ты отдаляешься и становишься холодно-безразличным. Словно улитка, скрываешься за непроницаемой раковиной отчуждения. И твои слова насчет служебных романов. Что это значит?

— История, о которой рассказала тебе Дайра, действительно имела место в моем прошлом, — немного помолчав, сказал Вашарий. Ласково провел тыльной стороной кисти по моей щеке, убирая растрепавшиеся волосы. — И она больно, очень больно ударила по моему самолюбию. В пятнадцать лет меня выставили на всеобщее посмешище, обсудили все мои недостатки и выпятили их до гигантских размеров. Я был в таком отчаянии, что собирался покончить с собой. Благо что отец понял это и отправил меня от греха подальше в только что открытый мир, где шла зачистка территории. Когда каждый день тебя пытается сожрать непонятная гадость, меньше всего думаешь о том, чтобы вскрыть себе вены. Но в одном Дайра не права — у меня все в порядке и с потенцией и с ориентацией. Киота, я бы с величайшей радостью сейчас поцеловал тебя и отнес на руках в постель, чтобы потом еще долго не выпускать из своих объятий. Но именно в данный момент это неуместно. Ты еще не пришла в себя после истории с Дольшером и будешь видеть рядом с собой не меня, а его. На следующее утро, когда хмель уляжется, придешь в ужас от содеянного и, чего доброго, вновь начнешь старые песни про то, что я помог тебе лишь в надежде на ответную благодарность. Более того, я уверен, что скоро ты помиришься с Дольшером. В любом случае он обязательно попытается с тобой поговорить, а если узнает, что ты провела ночь со мной, в нем непременно взыграет оскорбленный собственник. В его обаянии и умении обращаться с женщинами я не сомневаюсь, поэтому даже не собираюсь вступать в этот поединок, так как заведомо проиграю. Даже если ты устоишь против Дольшера и в этот раз, то всю жизнь будешь вынуждена страдать по мечте о несбывшемся и гадать, не упустила ли величайшее наслаждение в своей жизни. Я терпелив, Киота, а Дольшер непостоянен. Логичнее всего немного подождать. Так будет лучше и для меня, и для тебя, и даже для него.

— И ты так легко говоришь об этом?! — возмутилась я. — Так легко отступаешь?!

— Не забывай, что между нами еще ничего не начиналось, и буквально несколько часов назад ты уверяла меня, что ничего и не будет. — Вашарий тихо рассмеялся, после чего нагнулся и поцеловал меня.

Дайра действительно оказалась не права. Губы Вашария нисколько не уступали в страстности и чувственности губам Дольшера. И тем горше было, когда поцелуй закончился не по моей воле.

— Спокойной ночи, — хрипло прошептал Вашарий. С явным сожалением отстранился от меня и поспешно сбежал по лестнице, ни разу не оглянувшись.

Я стояла посреди прихожей в собственной квартире и мрачно обозревала разгром. Вельвир все-таки выкинул мои вещи на помойку, не дождавшись оплаты, но потом, видимо получив втык от Вашария и плату за год вперед, поспешил исправить свою оплошность. Правда, сделал это более чем оригинально: хаотично раскидал мое барахло, усеяв им ровным слоем весь пол, не разбираясь, где и что раньше лежало.

Я уныло вздохнула и сняла с диванчика чужие, изрядно поношенные мужские ботинки. Интересно, а это откуда тут взялось? Надеюсь, Вельвир не перетащил сюда всю помойку.

— Пришла наконец, — мрачно буркнул дракончик в изголовье кровати, выходя из глубокого анабиоза, в который впал от длительного отсутствия еды. — Крови принесла?

Я с готовностью забулькала литровой бутылкой, наливая в блюдце ярко-алую жидкость с добавкой гепарина в качестве защиты от свертывания. Памятуя об угрозах Рашшара, упросила Вашария завернуть по дороге домой в вампирью лавку, чтобы не бежать туда среди ночи. Теперь-то уж точно придется забыть на неопределенный срок про поздние прогулки.

Вашарий. При этом имени я помрачнела и принялась за уборку, искоса наблюдая, как дракончик жадно припал к еде. Вашарий сегодня милостиво подбросил меня до самого порога, ни словом не обмолвившись о том, что между нами произошло вчера. А точнее — не произошло. Все бы ничего, но на прощание он торопливо выкрикнул мне:

— Киота, я оплатил твой штраф перед магическим департаментом! Не хочу, чтобы ты как-нибудь зависела от Дольшера!

После чего прыгнул в повозку и резво взял с места, пока я не опомнилась, оставив меня ошарашенно глотать пыль на обочине.

Я со злостью стукнула кулаком по подлокотнику кресла, и дракончик испуганно взмыл в воздух. Покружил около люстры, опасливо поглядывая вниз, затем вновь вернулся к блюдцу, пробормотав что-то насчет того, что мне не мешало бы нервы подлечить.

Нет, конечно, я была очень рада, что рассчиталась с департаментом, но не таким же способом! По всему выходит, что теперь я до конца жизни не смогу расплатиться с Вашарием. Хотя он и не ждет этого.

Слабо тренькнул звонок почтовой службы, и я отложила веник в сторону. Залезла в ящик и вытащила оттуда официальное уведомление от магического департамента. Обмирая от непонятного ужаса, разорвала трясущимися руками конверт из плотной бумаги, впилась глазами в текст сообщения.

«Сим уведомляется, что Киота Дайчер полностью возместила вред, причиненный государству своими действиями, и освобождается от пятилетней службы, — гласили сухие фразы. — Однако при ее желании контракт с департаментом может быть продлен на новых условиях, если те устроят обе стороны».

Вот оно как. Я задумчиво почесала нос, отложив письмо на заваленный стол. Выходит, только что мне дали понять, что по-прежнему нуждаются в моих услугах как специалиста-вещевика. Странно, я думала, что Дольшер отныне вообще не пожелает меня видеть.

Стоило мне немного разобраться в прихожей, как в дверь позвонили.

— Да кто там еще? — негромко ругнулась я, подошла и прежде предусмотрительно посмотрела в глазок. Мало ли, врагов я уже успела себе нажить даже более чем достаточно.

Увидев нежданного визитера, удивленно присвистнула и поспешила разомкнуть защитный контур.

— Привет, Киота! — В квартиру влетел почему-то красный, как вареный даританский краб, Марьян. Уставился на меня жутким немигающим взглядом, явно проверяя уровень моих сил.

— Да на нуле я, на нуле, — поспешила заверить его я, недовольно передергивая плечами. — Успокойся, не переспала с Дольшером за эти несколько дней.

— Понятно. — Марьян почему-то протяжно вздохнул, подошел к столу и принялся выгребать из карманов монеты. Построил десять столбиков, в каждом по тридцать хардиев, и оглянулся на меня: — Пересчитывать будешь?

— Да нет, я тебе верю. — Я пожала плечами и спросила с интересом: — А почему у тебя такой безрадостный вид? Будто не выиграл только что крупную сумму со мной на пару.