Чтение онлайн

–  Любезнейшая герцогиня!
– бледный маркиз улыбнулся, - Вы сейчас представляете меня этаким трусом, который готов возложить вся вину на даму! Неи, я вполне способен держать удар, если монсеньор будет недоволен сим предприятием. Пойдемте, ибо я желал бы, что бы Ваша Светлость вернулась домой до темна.

Маркиз и герцогиня наискорейшим образом вышли из садика и пешком пошли до Бастилии. По пути Рошфор рассказывал о том, что вытворяет Сен-Мар во дворце. Ядвига же слушала в полуха, она была погружена в размышления и лишь изредка улыбалась Рошфору, впрочем, не всегда впопад.

В Бастилии их встретили почтительно и герцогиня была без всяческий промедлений проведена в камеру, где обитался милорд Сомерсет. Рошфор же остался ждать даму у коменданта.

Камера английского герцога была недурно обставлена, то есть в ней были не только широкая кровать под балдахином, но и небольшая тахта, а также два удобных кресла. Мрачные стены задрапированы нежноголубым шелком. Оригинальный напольные канделябры дополняли изящество обстановки.

–  При такой камере и комнаты в гостиницах Парижа покажутся грязными каморками!
– с усмешкой сказала Ядвига располагаясь в кресле.

–  Вы пришли надо мной посмеяться, мадам?
– холодным тоном отозвался герцог.

–  О! Боже упаси, милорд! Я не имела намерения смеяться над Вами! Мои приход является чисто деловым предприятием!

–  И какое же неотложное дело привело к убийце мужа безутешную вдову?
– теперь усмехнулся Сомерсет.

–  Дело о брачном контракте!
– решила сразу "взять быка за рога" вдова Лианкура, - Мне нужно, что бы Вы дали мне слово человека чести, что не будете соблюдать все, что написано в этом контракте!

–  Удивительно! А что именно Вас, любезная мадам, так смущает в нем, что Вы решились на свидание с убийцей?

–  Прошу Вас! Не нужно тут изображать бедного капитана на театральных подмостках! Я хочу говорить с Вами, милорд, совершенно серьезно! Мне ненужно это пресловутое завершение брака! Я согласна вступить в брак, раз это так необходимо для вашей свободы. Я согласна покинуть с вами Францию. Но после этой авантюры вы должны мне разрешить вместе с моими детьми отправиться кружным путем в Жечь Посполиту, ибо я хочу жить на отчизне. Вы же, сударь, можете аннулировать брак. Думаю, что это вполне возможно.

Герцог с интересом рассматривал полячку, как будто видел ее впервые.

–  Даже не надейтесь, герцогиня! Пусть я уничтожил вашего дорогого супруга, пусть вы не испытываете ко мне той нежности, ради которой я бы переплыв не только водный проток, который разделяет наши страны, но пустился бы вплавь в безбрежную даль, по океану своих грез… Я не откажусь от вас, раз уж сама судьба, в лице премьер-министра Франции, отдает вас мне.

–  А вы, милорд, уверены, что это достойное приобретение? Что вы будете по-прежнему желать меня, зная, что мое сердце полно другим, а моя плоть жаждет иной плоти нежели ваше тело? Вам приятны будут мои глаза, не светящиеся радостью, а вечно полные думами и слезами? Вы рискуете, милорд!

–  Я согласен на риск, мадам! Ведь это надежда! Быть может я сумею заставить вас раскрыть и сердце и объятия! Почему я не должен попробовать? Тем более мне дают козырные карты!

–  Что ж, господин бретер, - Ядвига горько усмехнулась, - Тогда я зря потеряла время!

Она быстро встала с кресла, стремительно подошла к двери и постучала. Стражник отомкнул замок и открыл дверь.

–  Вы будете, герцогиня, настоящей миледи Сомерсет!
– крикнул английский герцог вслед уходящей полячке.

В тихой ярости Ядвига вошла в комнату коменданта, где ожидал ее Рошфор.

–  Пойдемте. Любезный маркиз, ибо воздух сей темницы отравляет мое здравомыслие!
– громко сказала она кусая губы.

Комендант предложил маркизу и герцогине воспользоваться его каретой.

Ядвига сев на каретное сидение и откинувшись на мягкую стену экипажа издала стон похожий на волчий вой. Рошфор с удивлением посмотрел на всегда сдержанную полячку.

–  Простите, любезнейший мой друг, - вздохнула женщина, - Я не соизмерила свои чувства с приличиями… Мне худо… Даже не знаю, как я смогу пережить этот день, ибо во мне мучительно умирает надежда!

–  Господь с вами, мадам! Что же такого мог поведать англичанин, что вам стало так плохо?

–  Ничего необычного! Он просто намеревается действительно соблюсти все условия контракта, который составил кардинал.

–  Вы имеете ввиду ваш брачный контракт, мадам?

–  Да, маркиз, увы мне и еще раз увы! Милорд Сомерсет действительно намеревается на мне жениться!

Рошфор внимательно посмотрел на герцогиню.

–  Разве ваше сердце, мадам, не свободно?
– осторожно спросил он.

Ядвига вся подобралась. Она кинула быстрый взгляд на маркиза. Прикусила губу и чуть сузила глаза.

–  Если вы кого-то любите, любезная герцогиня, - продолжил Рошфор, - то вы могли бы сообщить об этом Его Высокопреосвященству. Бывает, что он, при разумных доводах, позволяет соединиться любящим.

–  Это не мой случай, маркиз!
– вдова Лианкура грустно улыбнулась, - я не люблю никого из круга кардинала, поэтому он не будет устраивать соединение любящих сердец. И я абсолютно не хочу выходить замуж за английского лорда, потому как он мне неприятен… Но… я покорюсь воле господина министра…

Поздним вечером Ядвига заглянула в домик на парижской окраине, где находилась кормилица вылеченного в госпитале возле кладбища невинноубиенных чешского князя. Кормилица была силезкой и ее звали Ягна.

Ягна и Ядвига легко сошлись, ибо силезкий язык походил на польский, к тому же обе женщины знали лекарское искусство. Правда Ягна не владела навыками хирургии. А Ядвига не верила в колдовство, которое практиковала старая силезка.

Встретив расстроенную полячку Ягна взялась за карты.

–  Что ж… Посмотрим от чего ты не в себе, панночка!

–  Ой, Ягусенька! Не надо! Пустое это!

–  Не пустое, детка!

Силезская колдунья разложила карты.

–  Вижу, что любишь ты человека знатного, властного, но больного. И хочешь с ним остаться навсегда. Но не позволяет он тебе этого и еще и думает, что если уедешь ты за моря, то будет лучше и тебе и ему.

–  И будет лучше?
– шепотом спросила герцогиня Лианкур.

–  Тебе - нет… Ему - нет… Но вот женщине одной будет лучше, которая тоже его любит. И будет лучше его сыну… О! Так у вас есть совместный ребенок! Так он вот будет жить долго-долго…