Чтение онлайн

Фили еще раз посмотрел в сторону, куда ушел отец и направился вслед за Лестером к машине.

Каникулы! Только и делай, что ничего не делай! На три месяца избавиться от нотаций мисс Фиппс, это конечно здорово! А уж чем заняться в эти дни он всегда придумает.

Фили вышел из здания и пошел к стоянке автомобилей. Лестер стоял у Кадиллака и курил. Фили направился было в его сторону и вдруг заметил целующуюся неподалеку от стеклянных дверей молодую пару. Они были полностью поглощены своим интимным занятием и не обращали на окружающих ни малейшего внимания.

Фили залюбовался ими, жутко завидуя - сам он еще не целовался ни с кем никогда. Отеческий поцелуй в щеку, естественно, не в счет. Фили мысленно перенесся на место этого широкоплечего верзилы, так бесцеремонно, не понимая какое счастье ему привалило, сжимающего в своих лапищах это хрупкое небесное создание. Она аж на цыпочки встала от восторга. Фили облизал губу.

Прервал его мечтательное созерцание толстый носильщик, со стопкой коробок в руках - коробок было много, и они заслоняли часть обзора. Мужчина наткнулся на Фили, чуть не сбив его с ног. Верхние коробки слетели со стопки, носильщик вместо извинений грязно выругался: мол, стоят ту на дороге, всякие...

Фили не стал дослушивать его прочувствованную речь и пошел к машине. В задумчивости открыл дверцу, под внимательно-ироническим взглядом Лестера, забрался в салон и включил на спинке переднего сиденья телевизор. Лестер уселся на свое место и завел двигатель.

До дома Филморов от аэропорта было минут двадцать езды, не больше. Фили со скучающим видом уставился в осветившийся наконец экран. Молодая девица в ковбойской шляпе, в ковбойской рубашке в клеточку, в джинсах и с кнутом в руках под лихую музыку выделывала некие танцевальные па. Неожиданно камера уперлась в ее профессионально подставленную аппетитную попочку (Фили сглотнул, пытаясь прогнать неожиданно появившийся ком в горле), обтянутую джинсами, и скоро весь экран заполнила надпись "Wrangler", пришитая к этим джинсам.

Реклама.

За окном проносились буйные заросли заботливо подстригаемого кустарника и красочные щиты с броскими надписями, подмигивающими красотками и курящими верблюдами в разных позах - то в шлеме автогонщика, то под разноцветным парусом яхты, то еще как.

Фили вспомнил слова отца, чтобы он помог войти в курс дела новой экономке.

Он вспомнил утреннюю встречу с ней, вспомнил ее крепкие загорелые ноги и короткий светлый халатик...

Утром примчался на стареньком велосипеде Шерман извиняться за свое позорное бегство вчера: "Да, брось ты дуться, Фили, ну что такого?".

За ночь вся злость на друга почему-то испарилась бесследно и Фили был рад его визиту. Но он собирался провожать отца и ему некогда было наслаждаться обществом приятеля - весь день впереди, успеют наговориться.

Фили решил немного пройтись с Шерманом по саду.

И в саду друзья наткнулись на новую экономку.

Она стояла на высокой стремянке в коротком халатике в ярких лучах утреннего солнца и садовыми ножницами срезала листья с раскидистого куста, наверное для приправы.

– Фили!
– окликнула его экономка.

– Да!
– вежливо отозвался тот, и они с Шерманом подошли к ней.

Шерман откровенно залюбовался женщиной, он видел ее впервые, хотя уже был наслышан. Даже очки поправил и чуть повернулся, чтобы солнце не мешало.

– Когда ты будешь обедать, Фили?
– спросила она, приветливо улыбаясь. Полы ее халата слегка раздвинулись, обнажая чуть не до самых бедер стройные ноги, способные конкурировать с талантливо высеченными ножками безукоризненно прекрасных античных статуй, которыми любовался Фили вместе с отцом в музеях Парижа прошлым летом.

– Я наверное перекушу с отцом в аэропорту, - беспечно ответил Фили.

– Хорошо, - согласилась экономка и вежливо поинтересовалась: - А когда ты будешь ужинать?

– Не знаю... часов в семь.

– Это будет не слишком поздно?
– продолжала проявлять служебное рвение перед молодым хозяином экономка.

– Нет.

– О'кэй, - еще очаровательней улыбнулась она и подняла руку с большими ножницами, чтобы вернуться к прерванному занятию. Ворот ее халата распахнулся, полы вновь раздвинулись - еще чуть и любопытным взорам приятелей открылись бы ее трусики.
– Как прикажете, сэр, - добавила она и вновь повернулась к кусту.

Ребята в превосходном настроении пошли дальше.

– Это мисс Меллоу - ваша новая экономка?
– спросил Шерман, оборачиваясь, чтобы еще раз взглянуть на женщину.

– Ага, - подтвердил Фили.

– Как ты думаешь, сколько ей лет?

– Не знаю...
– оторопел Фили, он как-то не задумывался на эту тему. Лет двадцать пять... или тридцать.

– Старая, - вынес суровый приговор Шерман. Немного подумал и добавил: - Но не такая старая, как все остальные экономки! Как ты думаешь, она дает?

– Что?
– не понял Фили, думая несколько об ином (хотя, впрочем, о том же самом, но по-своему).

– Дурак!
– обиделся Шерман на его недогадливость.
– Я спрашиваю: она трахается?

– А я-то откуда знаю?!
– вспылил Фили.

Мимо с ящиком рассады в руках прошел садовник. Увидев мальчишек, он радостно улыбнулся:

– Добрый день, Фили!

– Добрый день, мистер Грин.

– Как ты думаешь, ваша экономка даст садовнику?
– не унимался Шерман.

– Не знаю...
– протянул Фили.
– Может быть...

– А шоферу?

Они как раз проходили мимо Кадиллака. Лестер стоял у багажника, запихивая туда туго набитые чемоданы. Фили понял, что шофер слышал их последние фразы и злорадно бросив уничижительный взгляд на Лестера (терять все равно нечего - их отношения хуже не станут), изобразил удивление:

– Лестеру! Да ты что, Шерман, совсем сдурел? Господи, да ему никто никогда в жизни ничего не даст!
– Фили старался говорить погромче, чтобы шофер непременно услышал.

Старенький велосипед Шермана стоял неподалеку от машины. Фили с удовлетворением отметил с какой злостью Лестер захлопнул багажник.

– Я провожу тебя до ворот, - сказал Фили приятелю, не желая с ним расставаться.

– Да, так будет лучше, - довольно согласился толстяк, и повел за руль свой велосипед по аккуратной аллее сада. Когда они удалились от шофера на достаточное расстояние, он спросил: - А тебе ваша экономка даст, по-твоему?

– Мне?
– удивился Фили, но тут же сказал: - Конечно!
– Перехватил иронический взгляд толстяка и добавил: - Наверное...

Они как раз подошли к красивым литым воротом, свежевыкрашенным черной краской и сейчас распахнутым настежь.