Чтение онлайн

– Ясно, Сергей Андреевич, и поддержку корреспонденту окажем, и службу нашу трудную покажем, если потребуется, можем даже побиться об заклад… Это я так, к слову, товарищ подполковник. У нас тут небольшое букмекерское дельце наклевывается… А как же, о генерале Мартове ваш, то есть наш подопечный уже доложился, обставился… Есть висяков не скрывать!.. Кстати, Сергей Андреевич, вы в курсе, что у нас в городе частный сыскарь завелся? Я не шучу, я плачу. Уже успел трупешник нам подкинуть, дело о предумышленном убийстве шьет… Утверждает, что лицензии не имеет, но разве можно их брату частнику верить? Наверняка работает по наводке какого-нибудь теневого денежного мешка…

– Это клевета, лейтенант! – оскорбился наш отставник, не удержавшись в рамках профессионального хладнокровия, в которых твердо положил пребывать своей увлекающейся натуре.

– Скорее провокация, – уточнил Подхалюзин.

Остальные дружно изобразили полное отсутствие интереса к происходящему, а самые решительные и трудолюбивые даже попытались вернуться к своим делам («Итак, вы, гражданин Штиблеткин, утверждаете, что у вас на вещевом рынке было украдено фризовое пальто китайского производства?» – «Не китайского, гражданин начальник, а канадского, и не пальто, а три дубленки, и не украли, а нагло сперли из-под самого носа… Я разорен, я в отчаянии! Разрешите смотаться на пять минуточек в рюмочную для поддержания подорванного несчастьями здоровья и восстановления утраченных душевных сил?..» И так далее.).

Стеблов дал отбой и с подчеркнутым интересом взглянул на журналиста.

– Значит, очерк о буднях подмосковного угрозыска писать собираетесь, Лазарь… извините, не знаю как по батюшке…

– Н-да, знание классики русской драматургии среди личного состава МВД оставляет желать лучшего. Лазарь Елизарович я, Денис Валентинович…

– Вижу, к нашей встрече вы подготовились, – улыбнулся старлей почти что любезной улыбкой, – чего о себе сказать не могу: не знал, не чаял, не гадал, не перечитывал, текучкой занимался…

– Надеюсь, ваши необдуманные слова о денежном мешке были сказаны в шутку, старший лейтенант? – напомнил о себе наш частный детектив и, не дожидаясь подтверждения, обратился к журналисту:

– Я принимаю пари на предложенных вами условиях, и предлагаю третейским судьей старшего лейтенанта Стеблова. Вы согласны?

Журналист успел только кивнуть, – Стеблов вмешался:

– Я тоже принимаю пари и в порядке ответной любезности предлагаю третейским судьей Муравушкина.

– Заметано, господа, – хихикнул Подхалюзин и, усилием недюжинной воли подавив дальнейшие проявления неуместной смешливости, немедленно объяснился: – Деньги все равно редакционные, так что кто бы из вас ни выиграл пари, в результате победит истина. А истина – это то, что наш еженедельник призван нести в читательские массы. Единственное требование – чтобы истина была занимательной, то есть не слишком прописной и в меру скандальной…

– Представьте себе, я так и думал, что пари – задание вашей редакции. Такие штучки с ходу не выдумываются и с кондачка не предлагаются, – поделился своей проницательностью старлей Стеблов и мило ухмыльнулся.

– Так я пойду, товарищ старший лейтенант? – проявил нетерпение Илья Муров. – Вам-то что, у вас вон целый штат помощников, а мы, частные детективы, как волки-одиночки, ногами кормимся…

– Ножками Буша, – сострил в сторону (почти себе под нос) старлей, затем подуспокоился, полюбопытствовал:

– А куда вы спешите, если не секрет? В морг?

– В морг? – удивился Муров и тут же пожалел об этом. Глупо, непрофессионально. Детектив не должен ничему удивляться. Что бы ни произошло, он обязан сохранять твердость духа, спокойствие, наблюдательность и цепкость. И наш отставник поспешил исправить досадную оплошность отменной игрой при сносной мине:

– Ну да, в морг, куда же еще? Пропуск дадите? Или хотя бы по телефону их там предупредите, чтобы не чинили препятствий…

– Я, конечно, всего лишь коп – медный лоб, но за четыре года службы в угрозыске кое-чему научился. К примеру, тому, что, чем меньше народу знает об оперативно-розыскных мероприятиях, которые вы намереваетесь предпринять, тем выше вероятность их успешного исполнения…

– Вот черт! – чертыхнулся сам себе наш отставник. – Это же азы! Это же я знаю! Совсем из черепушки вылетело…

– Да, но, Игорь Валентинович, – вмешался Подхалюзин в профессиональную беседу двух сыщиков, – его же могут элементарно не подпустить к телу потерпевшего. Сами знаете – административный восторг-с…

– Если он настоящий частный детектив, а не понарошечный, то справиться с этим восторгом для него не проблема. Правильно я говорю, господин Муров?

– Именно, – кивнул наш отставник и заторопился. – Я пойду?

– Скатертью дорожка, Илья Алексеевич. Когда ждать результатов?

– Минимум, через три дня, – не задумываясь отрезал Муров и, помахав на прощание ручкой, устремился на выход, напряженно раздумывая: на кой ляд ему сейчас переться в морг, и если не в морг, то куда ему в таком случае переться?

– Не боитесь, что действительно до чего-нибудь докопается? – спросил Подхалюзин Стеблова, как только Муров покинул помещение.

– Таким, как он, докапываться нет необходимости, – устало пожал плечами старлей. – Всё сами в лучшем виде придумают…

ГЛАВА V

в которой рассказывается о том, что случилось с нашим детективом

после того, как он покинул здание отделения милиции

Оказавшись на Центральной улице, Илья Алексеевич впал в еще большую задумчивость и, устремив очи долу, двинулся абы куда, лишь бы на месте не топтаться – и так столько драгоценного времени с этой ментурой потерял!..

Из задумчивости его вывел чей-то голос, судя по тембру, женский, уравновешенный, вежливый, немолодой.

– Извините, пожалуйста, вы нас не сфотографируете?

Муров очнулся от дум, огляделся и установил, что находится на площади Победы, где посреди зеленой клумбы возвышается постамент с танком Т-34. Под постаментом престарелая пара пыталась запечатлеться на пленку на фоне легендарного бронированного гроба на гусеничном ходу.

– Да-да, конечно, – пробормотал Илья Алексеевич, принимая из рук благообразной дамы (назвать ее старушкой не решился бы даже отъявленный невежа) фотоаппарат с краткой и доходчивой изустной инструкцией по его эксплуатации, и наводя объектив на постамент.

– Пониже, пожалуйста, – попросила дама и взяла своего спутника под руку.

Пока наш отставник наводил пониже, с дамой успела случиться неприятность, – у нее потек левый глаз.

– Опять ты, Софочка, переборщила с косметикой, – мягко заметил ее спутник, тоже с виду никакой не старичок, а презентабельный мужчина преклонных лет.

– Косметика тут, Феденька, ни при чем, – возразила дама, утирая белоснежным платочком слезящийся глаз. – Просто эта правая линза очень какая-то неудачная…