Чтение онлайн

– Кем бы ни был тот, кого мы ищем, – он может быть там, – предположила Джулиан, с надеждой глядя на дом.

– Я бы не загадывал, – заметил Андрей, опасливо оглядывая пространство, пестреющее зеленью. В лунном свете она отливала ядовитым оттенком. Андрей втянул носом воздух. – Здесь какой-то странный кислород, как будто отравленный – я чувствую неорганический запах.

Джулиан, давно убедившаяся в трусливости Андрея, решительно направилась к дому. Андрей заметно отстал.

Джулиан с презрением ускорила шаг и, подойдя к бесцветной двери дома, постучала.

– Открыто! – раздался высокий голос.

Помещение оказался просторнее, чем можно было предположить. В конце светлого коридора с закругленными углами, нагнетающими иллюзию бесконечности, мерцала точка – она росла, превращаясь в фигуру женщины, стремительно приближающейся к Джулиан. Хозяйка оказалась блондинкой в длинном красном платье, усыпанном драгоценными камнями. Их свет перекликался с платиновым сиянием стен.

– Здравствуй, дорогая, – прошелестел голос, напомнивший голодных костистых докторш из поликлиник, которые на время обретают человеческий облик при виде подарочной коробки конфет в руках пациента.

Джулиан убрала руки в карманы, нащупав в одном их них обжигающее письмо.

– Здравствуйте. Мы с другом немного заблудились – не подскажете, что это за местность и который час?

Эхо вопроса исчезло под невидимым потолком.

– Меня зовут Терция, – сказала блондинка. – Добро пожаловать в мой дом. Теперь вы – мои гости.

Андрей, услышав человеческие голоса, просочился в дом вслед за Джулиан.

– Дождь пошел, – буркнул он, закрыв за собой дверь и испуганно взглянув на улыбающуюся хозяйку. Она напоминала чеширского кота – словно угадав мимолетное сравнение, Терция сказала:

– Кстати, познакомьтесь с Донбассом, – из белизны выступил пушистый платиновый кот. Он беззвучно описал круг и выразительно замер у стены, не сводя магнетического взгляда с Андрея.

– В Вас есть какая-то нечистая сила, молодой человек, – улыбнулась Терция, – Донбасс всегда это чует… Но что-то мы здесь застряли, друзья, – пойдемте.

Она повела удивленно переглядывавшихся «друзей” в конец коридора, где они перешли в зеркальный зал. Стены и потолок заполнили отражения гостеприимной улыбки, недоверчивого взгляда Джулиан, которая так и не услышала ответ на свой второй вопрос, и восторженного лица Андрея при виде сервированного стола. Терция парила в зеркалах, быстро перемещаясь от бара к столу, расставляя перед гостями яства, разливая душистый чай, рассказывая про способы приготовления творожного пирога и особенности породы американских кошек. Ее насыщенный голос сочетал властные интонации с переливчатым смехом. В ее манере говорить, распевая фразы, и в долгом гипнотизирующем взгляде было что-то от мифических сирен.

Спустя полчаса светского общения, во время которого Джулиан, как и Андрей, забыли о том, почему они здесь, – опомнившись, возможно, от резкого чувства жажды, Джулиан (она не притрагивалась к чаю) опять поинтересовалась, сколько времени.

– Здесь нет времени, – безмятежно ответила Терция. Снежные волны ее локонов покачнулись в такт словам, как усыпляющий маятник. Андрей, доев последний бутерброд, откинулся на спинку утопающего кресла.

– Как так? – переспросила Джулиан, стараясь не смотреть на предложенные блюда. Тарелка с пирожными, вылепленными из превосходного песочного теста, начала двоиться в глазах.

– Скажем так, – сказала Терция, и впервые приветливая светскость в ее голосе поблекла, – те, кто попадают в этот лес – они как Алиса из американской компьютерной игры. В реальной жизни – сумасшедшие в припадке, или же здоровые, находящиеся в коме. Поэтому все, что тут происходит, полностью зависит от силы воображения – то есть, непосредственно, от тебя, Джулиан.

Андрей заснул, его руки беспомощно свисали с кресла.

Джулиан выпрямилась, выдержав пронзительный изучающий взгляд Терции.

– И Вы – тоже в моем воображении? – спросила Джулиан.

– А разве ты меня не помнишь? – улыбнулась хозяйка. Джулиан стала перебирать в памяти знакомых с тяжелыми белокурыми волосами и высоким голосом, но нашла лишь отдаленно похожий образ школьной подруги.

– Нет, – честно призналась она, – я Вас не помню.

Терция, совмещая безмятежность с ноткой досады, мягко сказала –

– Я – архетип твоего бессознательного. Помощница.

Неожиданно в голове Джулиан всплыли образы, являвшиеся к ней на помощь в кошмарах. Джулиан отмахнулась от этой мысли – ей стало казаться, что она внушенная.

«Старая ведьма», – подумала Джулиан, незаметно оглядывая сложное зеркальное пространство зала, в котором не было видно ни выхода, ни входа. Вслух она произнесла:

– Подождите… Кажется, я все-таки вспомнила. Ну да, конечно… – бросая взгляд на стену, где когда-то была дверь, через которую они прошли, – Кажется, в том сне, где я падаю в пропасть. Вы меня вытащили оттуда. Ну конечно, Вы – архетип феи.

Терция, довольно кивая, подливала Джулиан чай. На потолке отразился платиновый кот, привлекший внимание Джулиан к черной дыре темнеющего люка. Кот запрыгнул на стол, едва не сбив блюдо с пирожными.

– Кыш! – бросила Терция, взмахнув длинным рукавом, усыпанным гранатами. Донбасс исчез в отражениях на зеркальном полу.

– Знаете, пожалуй, уже поздно, – тихо сказала Джулиан, начиная расталкивать Андрея. Терция с неподвижным, как фарфор, лицом наблюдала за ее попытками. – Пора идти – нас ждут.

Андрей проворчал что-то сквозь сон, мотая головой, и перевернулся на другой бок.

– Он не проснется, – спокойно сказала женщина в красном.

В воздухе раздался звук удара по стеклу – на пол скатилась капсула огневых часов. Фитиль догорал, превратившись в искру, почти касающуюся дна.

Не выпуская Терцию из поля зрения, Джулиан подобрала часы и спрятала в карман. Судя по фитилю, за время их пребывания в доме наступил рассвет – а казалось, что пролетело не больше получаса.

Джулиан поднялась из-за стола.

– Спасибо за гостеприимство, – сказала она Терции, внимательно следившей за ней, и решительно вытащила Андрея из кресла. Кое-как взвалив его на плечо, Джулиан смогла сделать лишь несколько шагов.

Ей пришлось взглянуть в спокойные глаза Терции, которые стали напоминать взгляд убийцы из старых фильмов ужасов, о чьем существовании зритель узнает по голосу из-за кадра и чьей-то внезапной смерти.

Джулиан отогнала крадущийся страх, но, словно ему на помощь, свет в зале изменился, приобретя красноватый отлив. Отражения в зеркалах померкли так, что удавалось различить лишь сияние платинового кота, время от времени мелькавшего в разных углах.

Терция молчала, зловеще улыбаясь; Джулиан выпрямилась, догадываясь, что сейчас, как в кошмаре, она не сможет пошевелиться и вокруг начнется хаос.

Однако произошло нечто иное.

Черты Терции начали расплываться, сливаясь с переливами платья, пока не превратились в чистое пурпурное сияние, растворившись в гранатовых переливах зеркал. Cтол пропал, тарелка с фруктами канула в отражениях.