Чтение онлайн

А раз так… то что остается?

«Черт… неужели я и правда не состоялся как диверсант?»

В голове промелькнули все слова, которые когда-то говорил ему Син.

В свое время он заметил, что главный недостаток Тору — его привычка взваливать все на себя и решать собственными силами. Он сразу добавил, что его чистоплюйство как диверсанта однажды может сыграть с ним злую шутку.

Диверсант не сдается. Не молит о пощаде. Не вопит.

Он не сдерживается, старательно расходует тело, душу… а затем и жизнь. Он умирает, не обронив ни звука. Диверсант готов на любую подлость и хитрость, но мысль эту считает своим принципом.

Вот только… работает он, когда с жизнью расстаешься лишь ты.

— Тору?! — взволнованно воскликнула прижатая красная Чайка.

Если сейчас погибнет Тору, умрет и она.

Конечно, он совсем не обязан защищать девушку, которую в свое время считал врагом, но…

«Шутка Акари оказалась нешуточной».

Может, он и правда падок на сребровласых девушек с фиолетовыми глазами?

А может, виновато что-то еще…

Но главное — Тору не мог принести себя в жертву, если при этом погибла бы и красная Чайка.

А значит…

— Кх…

Он услышал, как приближаются Субару.

Несомненно, они отправились добивать.

— Лежи здесь и не двигайся, — бросил Тору и приподнялся.

В следующее мгновение он увидел, как сквозь дым с четырех сторон проступили мужские фигуры.

Все они сжимают короткие мечи. Все готовятся пронзить его.

Не увернуться, не отбить. Тот самый порог смерти.

Тору нарочно позволил всем им вонзить в него клинки, с трудом не потерял сознание от хлынувшей со всех сторон боли и взревел:

— Фредерика-а-а!

— Иду-у, — послышалось сверху. 4

Через мгновение опустилась и сама Фредерика. Откуда она прилетела — неизвестно. Явилась она не в образе взрослой Доминики, а в привычном облике юной девушки.

— Наконец-то ты позвал меня, — сказала она, скользнула по спине Тору и впилась зубами в шею.

Еще через мгновение заработала и магия.

Тору ощутил, как его тело с огромной скоростью восстановилось.

— ?!

Стоило диверсантам Субару заметить голубой свет, полившийся из него, как они немедленно побросали оружие и отпрыгнули. Они пока не поняли, что происходит, но уже догадались, что лучше держаться подальше.

Вместо них…

— !..

Еще два диверсанта, притаившиеся за спиной Тору и не напавшие вместе с первыми четырьмя, метнули ножи.

Но его правая рука уже зажила, и он без особого труда отбил все четыре ножа стилетами. Они упали на землю вместе с мечами, которые словно выдавило из ран.

— ?!

Наверняка они подумали, что такого не может быть.

Конечно, диверсанты не обронили ни звука, но испугались.

И Тору ощутил их страх настолько отчетливо, что почуял, где находится каждый из противников.

Он так и бросился вперед с впившейся в шею Фредерикой.

— !..

Тору устремился к ближайшему врагу.

В дыму сложно кого-то найти. Это справедливо и для Фредерики, и для самих врагов.

Тору набросился на противника со всей наглостью, не боясь ответного удара. Расставшийся с мечом диверсант кидал ножи, но он и не думал уворачиваться от них. Он просто сократил расстояние, а затем сразу же нанес стилетом рубящий удар снизу вверх.

Тору мгновенно понял, что удар получился неглубоким и сердце не задел. Тем не менее, диверсант схватился за грудь и повалился на землю. Затем он начал отплевываться кровью — возможно, сломанная ключица впилась в легкое.

«Может, он еще не умер, но сражаться уже не сможет, — заключил Тору. — Следующий!»

Он отряхнулся, освобождаясь от впившихся ножей, а затем побежал на следующего врага.

Строй диверсантов Субару начал разваливаться.

Теперь поодиночке уничтожали уже их.

В конце концов…

— О-о-о-о-о!

Когда дым рассеялся, и на помощь подоспели Давид с Николаем, Тору уже успел одолеть восемь диверсантов Субару.

Над головой неожиданно раздался голос:

— Конец! Закончили битву!

Засновали авиаторы.

Они облетали район, вернее, поле боя, и громко повторяли объявление.

Скорее всего, им помогали маги-пассажиры, поскольку зычные голоса словно сходили с самих небес и наполняли каждый полуразрушенный дом.

— Отборочный этап закончен! Все участники должны немедленно прекратить битву и пройти к ближайшим вратам!

— Закончен, наконец?.. — Тору прищурился и посмотрел вверх.

— Поздравляю, что ли, — отозвался Давид, взвалив копье на плечо и зацепившись за него руками.

Рядом же стояли Фредерика, красная Чайка, Виви и Николай. Все они, за исключением Фредерики, покрылись царапинами и ссадинами, но обошлись без серьезных ран.

— Видимо, на этом дружба кончается, — Николай пожал плечами. — В следующий раз мы встретимся в бою уже врагами.

— Да уж, — согласился Тору. — !..

А затем прищурился.

Он заметил за спиной Николая знакомое лицо.

«Он выжил?..»

Хуго и его товарищи.

Вернее, товарищ остался лишь один. Тем не менее, они все еще стоят на ногах и до сих пор не выпустили из рук длинные стальные посохи. В прошлый раз Тору подумал, что бойцы они никудышные… но, судя по всему, ошибся.

А может…

— Тору? — недоверчиво вопросила красная Чайка.

— Нет, ничего, — он покачал головой.

«А может, они пожертвовали остальными, чтобы выжить».

Диверсантам объясняли, как сражаются монахи.

С одной стороны, их связывают табу, которые запрещают пользоваться клинками и гундо, а с другой — они с чистой совестью прибегают к таким приемам, на которые обычные рыцари и солдаты не смогут пойти при всем желании.

На боевых монахов возложена задача эффективно защищать религиозные устои.

Поэтому они совершенно не боятся умереть в бою. Более того, погибших в бою товарищей уважают и чтят как мучеников. Оттого монахи не гнушаются жертвовать соратниками.