Чтение онлайн

– Мне нужно купить рождественские подарки для людей на ранчо, где я жила. Знаете, платки, шкатулочки, всякие мелочи.

– Я бы мог попытаться, – убеждал Билли с тайным намерением избавить ее от необходимости тратить собственные деньги. – У меня вкус хороший, право! Я бы не выбрал ничего кричащего, ничего слишком яркого.

– О, я бы не испугалась яркого! – улыбнулась Жуанита. – Эти люди – испанцы и мексиканцы – очень любят все яркое, веселое.

– О, тогда я для вас подходящая компания, – подхватил Билли, – я тоже люблю все веселое, я и сам очень веселый малый, не правда ли, мисс Руссель?

Но мисс Руссель совсем не нравился этот тон разговора, и она искала повода прекратить его. Она чувствовала себя ответственной перед миссис Чэттертон.

– Знаете что, – продолжал с живостью Билли, – отчего бы нам не поехать вместе в Сан-Матео? Я намерен пробыть там часа два, так что у вас будет достаточно времени для покупок.

Анна, стоящая за спиной Жуаниты, делала ему предостерегающие, неодобрительные знаки, но Билли не замечал их. «Проявит ли Жуанита достаточно благоразумия и откажется от поездки?» – спрашивала себя Анна. Но она так и не узнала этого: Кент Фергюсон взошел на террасу, и разговор принял другое направление.

Кент поздоровался со всеми со свойственной ему спокойной непринужденностью. Но в глазах его, когда они встретились с глазами Жуаниты, промелькнуло что-то и скрылось раньше, чем она поняла, что это было.

– Ну-с, – возвестил Кент, – могу вас обрадовать, ее сиятельство отбыла из Чикаго вчера вечером. Она неожиданно отменила визит к Пальмерам и намерена прибыть домой как раз вовремя, чтобы поздравить всех нас с Рождеством Христовым.

– Вот это мило! – искренне обрадовалась Анна, а Билли прибавил: – Я так и рассчитывал.

– Мистер Чэттертон только что получил телеграмму, – продолжал Кент, – и, конечно, вся программа изменилась.

Он завтра днем едет ее встречать. Билли, а вы, кажется, собираетесь в Сан-Матео?

– Я как раз убеждал мисс Эспинозу, что сумел бы помочь ей выбрать рождественские подарки.

Действительно ли Кент и Анна обменялись быстрым, многозначительным взглядом, или это только показалось ей? – спросила себя Жуанита. Хотя она не поняла значения этого взгляда, кровь ударила ей в лицо. Она отрицательно покачала головой, смягчая отказ улыбкой, и вошла вслед за Анной в дом.

Билли снова спустился в сад, Кент же с равнодушным видом пошел за девушками. Когда Анну кто-то кликнул наверх, и она убежала, Кент слегка дотронулся до плеча Жуаниты.

– Как дела? – спросил он, когда они остановились у широко раскрытого французского окна, откуда был виден, как на ладони, сад, весь залитый сегодня золотым светом. Даже тени, казалось, были пронизаны им.

– Все прекрасно, – отвечала Жуанита. – Но ведь ничего неизвестно, – прибавила она с легкой тревогой, – пока не приедет миссис Чэттертон и не решит.

– Думаю, что она решит в положительном смысле, – улыбнулся Кент, прищуривая глаза. – А вам бы хотелось остаться?

– О, да! – И затем она прибавила немного сдержаннее: – Это очень хорошее место, и мне здесь так нравится!

– Вы сумели освоиться со всем, на удивление, просто, – заметил дружески и одобрительно Кент. – А как обстоит дело с поисками? Сделали вы уже что-нибудь?

Жуанита оглянулась вокруг и понизила голос.

– Я просмотрела весь указатель Сан-Франциско и адресный календарь Окланд и Берклей – я нашла их в здешней аптеке… – Глаза ее стали снова печальны.

– И что же? Никаких следов? Ничего?

– Ничего!

– У него ведь несколько необычное имя? – предположил Кент.

Жуанита не дала поймать себя на эту удочку. Она серьезно взглянула ему в лицо.

– Я скажу вам это имя, но только в том случае, если ничего не добьюсь сама. Ведь я обещала матери…

– Да, да, я понимаю, но мне бы хотелось помочь вам… Мне кое-что пришло в голову… Одно, во всяком случае, достоверно, что вы малюткой были привезены на ранчо из Сан-Франциско?

– В этом я почти уверена.

– В таком случае, надо думать, что этот человек (мне все думается, что это ваш отец), находится или находился когда-то в Сан-Франциско.

– Да, и я так полагаю.

– Ваша мать, – помните, вы мне говорили – упоминала о старой Миссии, упорно твердила это в последние минуты.

– Да. И я несколько раз ходила туда. Я просмотрела все старые церковные книги за 60–70 лет, – не найду ли записи о моем крещении. Но такого имени не оказалось.

– А приходило ли вам в голову, как и мне, что сеньора, быть может, говорила о старой миссионерской церкви в Сан-Франциско? Ведь и здесь есть такая, насколько я знаю.

По всему было видно, что Кент искренне хотел помочь девушке. Горячий румянец вспыхнул на ее щеках, глаза заблестели. Она так и впилась в лицо собеседника. Сквозь маску беспечного равнодушия в этом лице, казалось ей, сквозил ум, доброта, – она внезапно почувствовала, как все в ней тянется к нему, как страстно ей хочется понять его, стать чем-то в его жизни. Она, не отвечая, неподвижно стояла возле него.

– Пожалуй, стоит попытаться, – бросил он небрежно.

– Стоит попытаться, – как эхо повторила Жуанита. – Но как мне это устроить?

– Вы можете попросить миссис Чэттертон отпустить вас как-нибудь в город. Она часто уезжает в Санта-Барбара и в Сан-Франциско, может быть, она даже захватит вас с собой туда. И… я хотел бы так устроить, чтобы побывать там вместе с вами, – прибавил он озабоченно, словно вспомнив что-то неприятное. – Постараюсь это сделать после праздников… Да, кстати… – он отвернулся, – вы идете сегодня в Сан-Матео?

– Да, по четвергам мне разрешается отлучаться по своим делам. И я хочу сегодня закупить кое-что к рождеству.

– Вы пешком? – спросил Кент, словно не придавая значения ответу.

– Я еще об этом не думала… Но ведь это всего лишь в двух милях отсюда, а я так мало гуляю… – рассуждала вслух Жуанита. – Пожалуй, правда, пойду пешком – это идея!

– Часа в три?

– Да, я думаю, после завтрака. – Жуаниту удивил его тон, но еще больше удивилась она, когда Кент сказал:

– Подождите меня. Я пойду с вами.

И они отправились вдвоем, когда солнечное утро сменилось прохладным тихим днем. Дороги были чисто выметены ветром, только у заборов собирались в кучи опавшие листья. В некоторых окнах уже висели зеленые гирлянды, а когда Кент и его спутница вошли в деревню, то в окне почти каждой лавки они видели маленькие елочки, корзины фруктов, весело пестреющие украшения. Повсюду толпились дети, болтая и глазея в окна, пока старшие закупали все необходимое к празднику.