Чтение онлайн

Дэниел и Пенни пересели за маленький мраморный столик, беседа их стала еще оживленнее. Милли пришлось сидеть со знакомыми девчонками и беспомощно наблюдать, как Пенни хлопает ресницами и флиртует с великовозрастным кавалером. Милли не терпелось познакомиться с ним и задать пару вопросов на засыпку. Как ни крути, а Белфаст — маленький город, не повредит с самого начала знать, с кем имеешь дело. Для того чтобы узнать об этом незнакомце все, что нужно, не понадобилось бы много времени. В какой школе учился; где работал; есть ли сбережения, брошенные ревнивые жены, малолетние дети? А может, у него криминальное прошлое? Некоторые мужчины забывают сообщать своим новым пассиям некоторые подробности. Но Пенни ни разу в тот вечер не пригласила подругу присоединиться к ним. Она встретила мужчину своих девичьих грез и не собиралась упускать его. Как ей соблазнять его, если Милли будет рядом?

Пенни села попрямее и расправила плечи, чтобы ее маленькая грудь казалась больше; она накручивала локоны на пальчик и старалась поймать глазами взгляд Дэниела.

Дэниел же перегнулся через стол, чтобы лучше слышать Пенни, и часто кивал. Через определенный промежуток времени он отправлялся к бару за напитками. Милли и официанты завороженно наблюдали за старым как мир обрядом ухаживания, который происходил прямо на их глазах.

Говорила в основном Пенни, Дэниел держал под прицелом дверь, высматривая кандидатуру получше. Пенни рассказывала ему, как однажды встретила кинозвезду — и где! В закусочной в Блэкпуле. Актер был настолько пьян, что не мог достать деньги из кармана и расплатиться за ужин, в конце концов хозяин забегаловки махнул на него рукой. Дэниелу эта история не показалась интересной, но он вежливо улыбнулся. Он размышлял о том, что, возможно, ему стоит вступить в гольф- клуб или записаться на вечерние курсы в Королевский университет. Знать бы, где собираются богачи?

Пенни сказала ему, что обычно сама первая не знакомится, но в нем она почувствовала что-то особенное. Что-то благородное, старомодное. Она рассказала ему, что ни братьев, ни сестер у нее нет, родители уже люди в возрасте. И она помогает им вести семейный бизнес: они держат чайную на Малберри-стрит. Называется «У Малдуна». А вот это уже интересно! Он прекрасно знал это место. В двух кварталах от его скромного жилища. Маленькое, непритязательное местечко. Удачно расположено в центре студенческого квартала, кругом полно молодых людей, в первый раз оказавшихся вдали от дома. Большинство из них принадлежит к среднему классу, они небось не в состоянии сами намазать хлеб маслом. Вероятно, денежки в кафе текут рекой. Дэниел улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой, и сердечко у Пенни ёкнуло.

Диджей поставил любимую пластинку Пенни. Ему показалось, она сказала, что группа называется «Экспандер Балет». Но как он выяснил позднее, это было «Спандау Балет», произнесенное с белфастским акцентом.

Некоторые посетители устремились на танцпол и начали как-то странно дергаться, подняв руки вверх, как будто они играли на невидимых барабанах. Дэниелу показалось, что у одного парня подведены глаза, но он не мог сказать наверняка. Он посчитал, что на каждом черном замшевом ботинке этого парня было по двенадцать пряжек. Это же надо так расфуфыриться, возмутился про себя Дэниел, и это в старом добром Белфасте! Однако такой кричащий наряд вовсе не вредил популярности танцора у женщин: в паре с ним танцевала сногсшибательная красотка в бархатном платье. Дэниел несколько секунд их разглядывал. Голые бледные руки девушки украшало множество серебряных браслетов, которые отражали свет от сверкающего шара на потолке. А танец-то, кажется, незамысловатый, думал Дэниел, изучая богемную парочку.

Его молоденькая собеседница притопывала ногой и кивала в такт музыке. Он пригласил ее танцевать. Они встали. Пенни была высокая, Дэниел тоже. Они хорошо смотрелись вместе, когда Дэниел вел ее на танцпол. Протанцевали около получаса, а потом, когда начался медленный блок, рука Дэниела скользнула по спине Пенни, а она нежно и в то же время чувственно обвила руками его шею. Они прижались друг к другу близко, как любовники, и двигались под музыку так слаженно, словно всю жизнь профессионально занимались танцами. Дэниел что-то шепнул Пенни на ушко, и она, прижавшись щекой к его плечу, закрыла глаза. Официанты онемели от зависти, а Милли подумала, что теперь ей придется найти новую подругу для походов в пабы и клубы Большой Коптилки.

Они поженились без лишнего шума. В канун Нового года, в 1982-м. Дэниелу был почти тридцать один год, Пенни только восемнадцать. На свадьбе было двадцать гостей — родственники и друзья семьи Пенни. Тетушка Дэниела, Кэтлин, давно умерла и отошла, надо надеяться, в лучший мир. Других родственников у него не было. Давнишнее исчезновение матери и свое недавнее увольнение он скрыл. А Пенни сказал, что его покойную матушку звали Кэтлин, но он нечасто навещает ее могилку, потому что всякий раз уж очень расстраивается. Еще он сказал ей, что его босс о нем самого высокого мнения, — узнав о свадьбе, он ради такого Случая отпустил его с работы на неограниченное время. Никого из своих бывших друзей по «Империалу» Дэниел не пригласил, отговорившись тем, что не станет созывать толпу своих друзей, когда платит за все отец Пенни. К тому же друзей у него так много, что нелегко будет выбрать, кого пригласить. Да и зачем, в конце концов? Он так любит Пенни, что больше ему никто не нужен, он ничуть не огорчится, даже если они будут одни в церкви. В качестве свадебного подарка он преподнес невесте прелестный пейзажик с пляжем в Портстюарте.

Дождь лил весь день. Свадебный кортеж подъехал к ветхой гостинице в Портраше, на северном побережье, где должны были чествовать новобрачных. Все выстроились на набережной для общей фотографии, когда внезапный порыв ветра сорвал с Пенни шляпку, перенес ее через перила и швырнул в море. Шелковые цветы на полях потемнели в ледяной воде. Еще минуту шляпка подпрыгивала на волнах вверх-вниз, а потом тихо ушла под воду, как венок на похоронах. Будь среди присутствующих Бренда Браун, она обязательно увидела бы в этом происшествии дурное предзнаменование, но в то время, когда шляпка Пенни тонула, семилетняя Бренда раскрашивала несмывающимися фломастерами узоры на обоях, которые недавно поклеила ее мать.

В банкетном зале гостиницы гуляли сквозняки, но они не помешали маленькой компании хорошо повеселиться. Гостей угощали домашним овощным супом и мягкими булочками с завитками из масла, фаршированной куриной грудкой и картофельным суфле. Официантки разносили молодую морковь и цветную капусту на блюдах из нержавеющей стали и, накладывая, немилосердно грохотали ложками. Дэниел все посматривал на серебряные подсвечники, но от греха подальше держал руки под столом. Наконец подали крошечные креманки с вишневым десертом, залитым взбитыми сливками. Потом разрезали свадебный торт, украшенный очень мило серебряными подковками, и стали наливать чай и кофе из обжигающе горячих чайников.

Длинных речей не говорили. Отец Пенни покашливал, чтобы скрыть дрожь в голосе, пока рассказывал гостям, сколько радости принесла в их жизнь Пенни, нежданный поздний ребенок. И конечно же, он надеется, что Пенни и Дэниел будут счастливы всю жизнь — так же, как счастливы они сегодня.

Потом он объявил о своем намерении отойти от дел и передать дорогую его сердцу чайную счастливым молодоженам в качестве свадебного подарка. А над чайной, добавил он, есть маленькая квартирка, в которой они могут неплохо устроиться, пока не купят собственный дом. Все захлопали, и стали громко кричать и радоваться, и дружно выпили за пригожего жениха и за скромницу невесту. Дэниел обнял Пенни и нежно ее поцеловал. Отец Пенни дал знак оркестру начинать играть, все встали и подняли бокалы.

Дэниела и Пенни вытолкали танцевать, и они, немного сбиваясь, закружились в вальсе. Пенни закрыла глаза — она была на седьмом небе от счастья. Несколько месяцев назад гадалка предсказала ей, что она выйдет замуж очень рано. И вот она покорена сказочным красавцем. Зрелым мужчиной тридцати лет. Не каким-нибудь неуклюжим юнцом, ее ровесником, который на первом же свидании постарался бы ее раздеть, даже не взглянув ей в лицо.

Она не помнила себя от радости. Не было сил ждать, когда же начнется медовый месяц. Подружка Милли предупреждала, что хорошо бы выждать немного, узнать Дэниела получше, прежде чем выходить замуж. Слишком он хорош, чтобы это было правдой, вот что твердила Милли. Но Пенни была уверена, что бедняжка Милли просто умирает от зависти. Ее последний парень, Джек, работал на верфи, и лицо у него было такое, что детишки буквально плакали от страха.

Дэниел был доволен собой. Он втайне надеялся, что ему предложат работать в семейной чайной Малдунов, и теперь ему все принесли на блюдечке. (Пардон за каламбур, подумал он про себя.) В конце концов настал и на его улице праздник. Интересно, жив ли еще его отец: может быть, сидит сейчас где- нибудь в Америке на крыльце в кресле-качалке и ест кукурузный хлеб. Он вспомнил Терезу — она гордилась бы им, он чувствовал. Ей бы понравилась эта вечеринка с танцами у самого моря. Вспомнил он и о тете Кэтлин, угрюмой и молчаливой, которая считает свои небесные пенни где-то там, высоко над ним, в темнеющем небе.