Чтение онлайн

Но Пенни спала как убитая.

— Будь проклята моя скупердяйская душонка за то, что я не установил пожарную сигнализацию! О Господи! Помоги мне! Что мне делать?

Языки пламени лизали углы комнаты. Пенни закашлялась, но не проснулась. Дэниел кричал и звал на помощь:

— Помогите! Помогите мне! Кто-нибудь!

Но никто его не слышал, а если бы и услышал, то внутрь попасть все равно не смог бы. Джек крепко знал свое дело. Чайная была неприступна. Только провода электрической гирлянды покачивались на ветру. Дэниел бросился на задний двор. Он мчался со всех ног и через несколько секунд уже перемахнул через забор и попытался открыть заднюю дверь, но она тоже была надежно заперта. Он посмотрел вверх, на окно спальни. Было не видно, есть ли там кто-нибудь и закрыто ли и это окно ставнями. Он бросил камень в темное стекло. Ничего. Он бросил камень покрупнее. В стекле осталось небольшое отверстие, а вокруг расползлись трещины. Но Пенни в окне не появилась. В отчаянии он полез по водосточной трубе и сильно поранил руку о торчащий гвоздь. Он сорвал с себя куртку, обмотал ею руку и выбил стекло. Слава богу, хоть здесь нет ставней! Собрав все силы, он подтянулся и перетащил себя через подоконник. Он обшарил большую двуспальную кровать, где последние несколько месяцев Пенни спала одна. Ее там не было.

Он бросился в гостевую спальню с окном на улицу, но и там никого. Из-за дыма, плотным слоем скопившегося под потолком, дышать стало почти нечем, поэтому на четвереньках он пополз в гостиную и увидел на диване Пенни.

— Пенни, Пенни, родная! Просыпайся! Ну же, проснись! Пожар!

Он молил Бога, чтобы не было слишком поздно.

В отчаянии мотнув головой, он поднял ее с дивана своими сильными руками и, спотыкаясь, понес вниз по лестнице и дальше, на кухню. Там он отодвинул щеколды на двери и через двор вынес ее в переулок.

— Прости меня, Пенни! — плакал он. — Прости меня. Я сам во всем виноват. Знал же, что нужно сменить проводку на кухне! Вот, дотянул.

Он увидел, что на улице появились соседи. Кто-нибудь уже наверняка вызвал пожарных. Дэниел аккуратно положил Пенни на дорожку на безопасном расстоянии от горящего здания, и она, почувствовав под собой холодную землю, открыла глаза и снова закашляла.

— Что происходит? — прошептала она.

— Слава богу! Слава богу! — ласково бормотал Дэниел.

— Мне страшно. Что происходит?

— Пожар. Чайная горит. Я с тобой. Это я, Дэниел.

Он сидел рядом на коленях и держал ее за руку.

— Дэниел? Что ты здесь делаешь?

— Я не мог уснуть…

— Боже, Дэниел, нам нужно спасать чайную. — Она попыталась встать.

— Не думай о чайной. Слава богу, сама жива осталась. Пенни, моя ненаглядная, подожди меня здесь. Огонь перекинулся на соседний дом…

— Только не это! Бренда! Дэниел, где Бренда?

— Побудь здесь, Пенни, а я посмотрю, что там…

Он вернулся через несколько секунд.

— Кажется, никто не пострадал, — с облегчением сообщил он. — Квартира Бренды выгорела почти дотла, но кто-то видел, как Бренда поздно вечером села в такси и уехала. Скорее всего назад она не вернулась. Соседи вызвали пожарных и «скорую». Пусть тебя осмотрят, и мы пойдем домой, ко мне на Магнолия-стрит.

— А как на это посмотрит вторая миссис Стэнли? — спросила Пенни и заплакала.

— Пенни, я говорю тебе правду. Тереза — моя мать. Я не рассказывал о ней, потому что мне было стыдно. Она ушла и оставила меня с Кэтлин, когда я был совсем маленький. Я купил ей дом в надежде, что она вернется. Чтобы она знала, где меня искать. Кэтлин — моя тетка, и я ее терпеть не мог.

— А где сейчас Тереза? И почему она бросила тебя?

— Она не могла справиться со всем одна. Она была сломлена. Наверное, она снова вышла замуж и не захотела, чтобы я ей мешал.

Пенни, пожалуйста, не нужно вот так на всем сразу ставить крест. Я не соображал, что делаю, я был не в себе. Я женился на тебе из-за кафе, из-за денег — это правда. Прости меня!

— Ты абсолютно ничего не чувствовал ко мне в день нашей свадьбы? В медовый месяц?

— Чувствовал. Вину.

— И все? Только вину?

— Ты нравилась мне. Ты была хорошенькой и молоденькой.

— А я-то! Если бы ты только знал, что я испытывала в тот день, Дэниел! — всхлипнула Пенни.

— Зато теперь я так люблю тебя, Пенни! Давно уже люблю. Я просто сам не понимал, как ты мне нужна. Если ты уйдешь от меня, я умру. Столько лет потеряно! Пожалуйста, разреши мне хоть что-то для тебя сделать. Я отдам тебе все, что у меня есть. Пожалуйста! Я забронировал для нас на все праздники номер в том замечательном отеле у моря. Мы можем начать все сначала.

Пенни слишком устала, чтобы думать. Она прижалась к Дэниелу, и вместе они смотрели, как догорает их драгоценная чайная. Кто-то из соседей дал ей одеяло, и она накинула его на плечи. Когда на Малберри-стрит с воем прибыла пожарная машина, от чайной уже ничего не осталось. Пожарные удостоверились, что в квартире Бренды никого не было. Пенни осторожно положили в машину «скорой помощи» и увезли для осмотра в госпиталь королевы Виктории. Дэниел поехал с ней. Когда полицейский сообщил ей, что здание придется снести, она ответила, что для нее главное — не разлучаться с мужем. Остальное не важно.

15 декабря 1999 г.

Дорогой Николас!

Все кончено. (Прости, писать на листке из блокнота не в моем стиле.)

Моя карьера художника, так и не выбравшись из болота разбитых надежд, приказала долго жить. Извини за патетический тон — весь день пью джин. Если честно, я и вчера весь день пила джин. Поэтому все и случилось! Забыла выключить этот проклятый обогреватель.

Квартира полностью выгорела. Неисправная электропроводка, так мне объяснили. Да еще столько скипидара в комнате. Мои картины были обречены. Их больше нет. Погибли, все до одной. Никто из жильцов не пострадал, но только потому, что в этот момент в доме никого не было. Я чуть их всех не погубит.

Все мои работы, все ценное, что у меня было, превратилось в пепел. Мое прекрасное, украшенное бисером платье из магазина «Монсун". Выходные туфли на шпильках.

Моя серебряная рамка для твоей фотографии. Которую ты так и не прислал. Все погибло. Конечно же, я не была застрахована. И теперь мне негде жить.

В галерее мне сказали, что я их очень, очень огорчила. Они же пригласили на открытие столько важных гостей. И даже наняли небольшую музыкальную группу, которая должна была исполнять баллады. И все закуски готовы — кому же их теперь есть?

Предложили связаться с ними, если я подготовлю еще одну выставку.